Кавказская пленница. Строптивая сводная для горца - Иман Кальби
- Пойдем, — произносит Заур, нехотя отлипая от меня глазами.
- Только тебя ждут.
- Пойдем, Наташа. Вот это вот все не еда для твоего гастритного желудка. Не раздражай!
- Хорошо, нервно сглатываю. Дай мне пять минут привести себя в порядок и буду готова.
Он хмурится.
- Не нужно ничего. Не на банкет. Сейчас снова свет вырубится и ты одна останешься в номере. Пошли давай. Хорошо ты выглядишь, не придумывай…
Вздыхаю и плетусь за ним.
Внизу красиво. Свет более приглушенный, чем когда мы приехали — мощностей генераторов не хватает, но это даже создает интимность пространству. Очень мне тут нравится, конечно.
- Заур, салам, брат! — к нам подходит высокий чернявый парень. Такой же ростом, как мой спутник.
- Ва алейкум ас — салам, — отвечает Заур. Они обнимаются.
Мужчина переводит глаза на меня. Цепкий взгляд, внимательный, но не тяжелый и не осуждающий.
- Застряли в стихийном бедствии. В это время года горы буйные… — словно бы ко мне с извиняющей улыбкой обращается.
- Хорошо, что есть такое пристанище в горах, где не страшно, — отвечает Заур. Взгляд мужчины на мне не остается им не замеченным, — Наталья, это Рашид. Рашид, это Наталья. Моя помощница и дочь жены моего отца.
Он представляет меня. Как — то жестко выговаривает что ли. Словно бы границы очерчивает.
Рашид снова смотрит и улыбается.
- Надеюсь, наши горы вас не напугали, Наталья.
Я непроизвольно трогаю платок на голове.
Словно бы боюсь, что белые волосы выбьются наружу.
- Давно в республике? — продолжает мужчина, видя к уже накрытом для нас столу.
- Наташа живет тут много лет, — отвечает за меня Заур, — с тех пор, как я был тут в последний раз, многое изменилось. Молодец, Рашид. Так держать.
- Ты тоже молодец, — отвечает искренне мужчина, — знаю про твой большой благотворительный проект. Уважаю. Масштабы впечатляют.
- Это заслуга Наташи. И ее придумка, — отодвигает мне галантно стул, дает возможность присесть.
- Молодец Наташа. — и снова этот улыбающийся взгляд.
Привлекательный мужчина. И очень мне кого — то напоминает… Не пойму, кого…
От смущения отвожу глаза. Благо, что глаз радуется смотреть по сторонам.
- Нравится у нас?
- Здесь очень красиво. Дизайнер — очень талантливый человек.
- Я тут сам себе дизайнер, — не скрывая удовольствия, отвечает Рашид, — с детства увлекался обустройством пространства. Еще когда мы с Зауром пацанами были. Он вечно какие — то схемы придумывал, как разбогатеть, а я обустраивал наш мирок…
Мужчины усмехаются.
Диалог переходит в более спокойное русло, словно бы границы обозначены.
Они говорят о бизнесе, общих знакомых, новых проектах.
Тема свадьбы не звучит от слова совсем.
Заур тоже ничего не спрашивает про личную жизнь Рашида, кроме как про его отца.
Я не участвую в диалоге, держусь немного в стороне, но мужчины не позволяют чувствовать себя аутсайдером — мне тактично то и дело подкладывают что — то новое из блюд. Поясняют, что это, дают на дегустацию. Я восхищена тем, что Рашид реально словно бы контролирует каждый процесс в своем отеле — и меню, видно, тоже под его чутким контролем. Про каждое блюдо он рассказывает как про любимое детище.
Не знаю, то ли восхищение в моих глазах играет свою роль, то ли он словно бы прикалывается над Зауром, но он крайне галантен…
- Кстати, Заур, комнату тебе еще одну нашли, можешь не волноваться, — говорит он невзначай, а потом в полушутку добавляет, — хотя это, наверное, скорее расстроило тебя…
Я тушуюсь и закашливаюсь.
- Немного устала. Хочу подняться в номер, прилечь. На сколько завтра ориентироваться по времени?
Заур смотрит тяжелым взглядом. Он все более мрачнеет и замыкается в себе за вечер.
- Видно будет в зависимости от расчищенной дороги… Спи спокойно, отдыхай. Телефон на зарядку поставь. Я наберу к завтраку.
- Завтрак у нас с шести до одиннадцати, Наташа, но если даже поспите дольше, в знак нашего особенного отношения мы что — нибудь придумаем, — улыбается Рашид.
Наверное, я придумываю себе, но вот это его «особенное отношение» звучит словно бы с двойным мне посылом.
От греха подальше сбегаю быстрее от мужчин и их цепкого взгляда.
Поднимаюсь в комнату, выдыхаю, ставлю тут же телефон на зарядку и проверяю вызовы.
Несколько раз мама, чаты института, какие — то рекламы, неизвестный номер…
От него еще и сообщения…
Открываю их. Совершенно не удивлена, но во рту нарастает горечь…
«Тварь, я предупреждала тебя, чтобы держалась подальше от него. Теперь только война!»
Глава 25
По спине ползут огромные мурашки. Потом понимаю, это прикосновения... Горячие, страстные, тягучие...
Шепот страсти. Хриплый, зовущий...
- Наташа... - выгибаюсь, когда пальцы гладят живот, ныряют под трусики и...
- Заур… - меня простреливает фонтаном огненной лавы.
Выгибаюсь, раскрываюсь, распускаюсь под умелыми прикосновениями...
- Девочка моя... ты так мне нужна...
- Любимый... - рваный шепот срывается с губ и тут же тонет в его горячем поцелуе.
В шоке распахиваю глаза и вижу нависающего надо мной Заура.
Ступор, паника, шок.
Его руки везде. Он хрипит, упирается твердым членом мне между ног.
Бляшка ремня царапает кожу под микрошортиками.
Я начинаю яростно отбиваться.
- Ты что?! Пусти! — кричу и бью его, почти невменяемого, по плечам.
Его глаза мутные, скулы острые, что можно пораниться.
- Почему ты в моей комнате?! Какого черта, Заур?!
Пытается отдышаться, пораженно смотря на меня.
Словно бы тоже сейчас спал...
- Ты мое имя сейчас говорила во сне, Наташа... - сипит он, а я опять невольно смотрю между ног на то, как натянуты его джинсы дико, — любимым называла... Наташа... Я... Хватит этой игры, если мы оба...
- Заткнись! — закрываю лицо рукой, — ты какого черта тут делаешь, Заур?!
- Ты телефон не брала! Я в дверь стучался! Тебе и на стационарный звонили — он все время занят, наверное, трубку случайно сдвинули. Нам выезжать уже!
Я зависаю на его словах.
В ужасе опускаю глаза следом за его взглядом.
Я в пижаме, которая вообще не оставляет полета для фантазии.
Какого черта я не спала в парандже? Да просто такая усталая была, что наперла первое попавшееся в сумке...
Быстро накидываю на себя одеяло, чтобы прикрыться.
Нервно дышу. Отводя глаза.
- Наташа, я...
Прикрываю глаза, потому что не хочу сейчас об этом. Не хочу слушать.
Да,
