Плачущая - Александра Пивоварова
Она устремила на меня взгляд, но упорно молчала. А мне нужно было выжать из старушки как можно больше, пока у нее еще были силы.
– Прошу вас, это важно. Я считаю, что Таисия – ее дочь! Это правда?
– Плохо ты поступаешь, Варечка, в чужие дела лезешь, давно спрятанную грязь достаешь. – Кажется, каждое слово давалось Светлане с трудом. – Ненавидели они друг друга, люто ненавидели. И Таисия просила смерти для своей матери и для сестры своей, первой ее и похоронила.
Женщина не говорила прямо, но и без этого все было очевидно. Я оказалась права, Таисия – ее дочь.
– А Мария, она ведь дочь Таисии, правда?
Я обернулась на грохот, донесшийся из коридора, а следом услышала, как открылась дверь.
– Не нужно тебе этого знать, их тайна, их дела. Они все несчастные, все виноваты. – Светлана отпустила мою руку и устремила взгляд вверх, как будто пытаясь увидеть что-то, что было мне недоступно.
– Так, поговорили? – Виктория отдернула штору на двери, ее взгляд был суровым и ледяным. – Обедать собираемся, поэтому тебе пора.
– Да, поговорили. Спасибо, Светлана Юрьевна, крепкого вам здоровья! И вам, Виктория!
От этих слов губы Виктории искривились еще больше.
Направляясь к выходу, на кухонном столе я заметила чай в целлофановом пакете с такими же красными сухофруктами. Неужели это тот же сбор, которым меня угостила Таисия…
Наконец я оказалась на улице, но домой не спешила. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что вокруг ни души.
«Их тайна. Их дела».
Похоже, я права во всем. Но как Таисия и ее семья смогли провернуть все так, что местные жители не догадались? Пусть из старожилов осталась только Светлана Юрьевна, пусть остальные давно покоятся в могилах, но ведь слухи и сплетни разлетаются быстро. Поколение сменилось, но правда так быстро забыться не может. Или повлияла репутация Галины?
Видимо, страх ослепил местных жителей. Они вбили себе в голову каких-то ведьм и проклятия и упорно в это верят. Не удивлюсь, если Таисия сама распустила эти слухи. Она наверняка затаила обиду на свою семью, только вряд ли я смогу узнать, какую именно, не спросив ее лично.
– Плачущая… – шепчу тихо и делаю глубокий вдох.
Если Галина не ведьма, то откуда взялось проклятие? Откуда взялась Плачущая? Почему она поставила себе задачу истребить местных?
А главное, что за воспоминания крутятся в моей голове?
Я села на первую попавшуюся на улице скамью, опустила голову и закрыла лицо руками.
Старая, скрюченная женщина со спутанными седыми волосами тянет ко мне иссохшие длинные пальцы, покрытые бурыми пятнами, а от ее смеха леденеет кровь. Я не могу различить черты ее лица, но ощущаю исходящую ненависть. Она выкрикивает мое имя, требует вернуться, отдать то, что я якобы забрала у нее. Раз за разом я пытаюсь сбежать, спрятаться от ее воплей, но все дороги ведут в густой и темный лес, из которого нет выхода. Стоит мне оказаться у реки, как на секунду наступает давящая тишина, а за ней – устрашающий женский плач. Он гипнотизирует, лишает движения, подчиняет.
В какой раз вспоминается сон.
– Что я забрала у тебя? Вспоминай, Варя! Что ты могла забрать?!
Я окончательно запуталась. Не понимаю, что мне нужно искать и делать дальше. Все как в тумане.
В каком-то трансе дохожу до дома, но не спешу заходить внутрь, ведь входная дверь нараспашку, а я, хоть и не заперла ее на ключ, но прикрыла. Чувствую страх, хотя я ощущаю его все это время, но не так ярко выраженно.
Выбора нет. Медленно продвигаюсь вперед. С виду внутри ничего не изменилось, но здесь определенно кто-то был, а может, все еще есть.
– Ха-х… – я нервно усмехаюсь, осознав, что кто-то копался в моих вещах.
Открытый чемодан стоит в центре комнаты, вещи из рюкзака разбросаны по дивану, а мой разбитый ноутбук валяется в углу. Это не похоже на простое вредительство – кто-то явно что-то искал. Открываю кошелек: деньги на месте, до последнего рубля. Значит, материальная выгода здесь ни при чем. Но и не похоже на случайный бардак, который устраивали раньше. Это не похоже на Плачущую.
Проверяю все комнаты, но в доме только я и дедушка.
– Что мне делать, дедушка? – Я села на стул около его тела и устремила взгляд в окно. – Должна ли я уехать? А если проклятие Плачущей реально и мне не сбежать? Не может ведь весь поселок сойти с ума, правда? Ее видели многие, ее боятся все. И я видела, слышала, ощущала ее присутствие. Но если все реально, то что мне нужно сделать, как избавиться от нее?
Я прочитала множество статей, но так и не выяснила, как изгнать демона такой силы, если даже священники не способны противостоять той, которая посягала на жизни собственных детей. Если я все правильно поняла, то сущность остановится только тогда, когда истребит всех, кто причинил ей боль.
– Я ничего не забирала у нее… Но почему-то страдаю.
Прищурившись, я вытянула шею. От дома Таисии в сторону леса с корзиной в руках быстро движется женщина в черном длинном платье и такого же цвета косынке. Лица не видно, не могу утверждать, что эта Таисия, но точно не Плачущая. Она реальна, и она торопится.
Не задумываясь, я сорвалась с места. Выбежала на улицу, хлопнув дверью, и обошла дом.
Подбежала к забору и опять чуть не упала, вновь споткнувшись об торчащую железку. Женщина уже дошла за леса и в считаные секунды скрылась в его тьме.
– Черт! – Бью коленом по дощечке, чтобы сдвинуть ее с места, и пролезаю в дыру.
Я моментально провалилась в траву, а ступни увязли в мягкой земле. Как-то я не подумала, что за забором меня будет ждать болотистая жижа. Несмотря на мокрые ноги и налипшую до щиколоток грязь, я принялась пробираться дальше. Колючки царапали открытую кожу ног, но у меня была цель, и я не обращала внимания на дискомфорт.
– Твою ж… – Наконец, я выбралась на тропинку.
Видно, что по ней ходят часто: заросли сильно примяты, вот только из окна и даже от забора они совсем не заметны из-за высокой растительности вокруг. И странно, что зелень здесь вообще есть. У Таисии ведь немало скота, и ее вполне можно скармливать им, чтобы не тратиться на корм, но хозяйка почему-то не убирает ее.
Я остановилась на границе света и тьмы, где солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, создают причудливые
