Плачущая - Александра Пивоварова
Я опустила взгляд и попыталась отдышаться. Тяжело смотреть на такое. Конечно, они заслужили, ярость местных оправданна, но я не могу смотреть на такую жестокость.
– Дети мои, вот оно, зло, притаившееся среди нас! – Батюшка «переобулся» и с жаром призывал совершить правосудие: – Мы должны искоренить зло своими руками. Нас годами вводили в заблуждение, наших близких годами убивали эти пособники дьявола! Нас заставили поверить в то, чего никогда не было! Свяжите их и тащите на площадь!
Я закрыла уши руками, чтобы не слышать одобрительных возгласов, но внимание всех привлекла машина с мигалкой. Глазам не верю, но мой звонок сработал. Полицейский автомобиль быстро приближался, и я ощутила слабую надежду на истинное правосудие. Прибывшие сотрудники были в шоке от представшей перед ними картины. В воздухе раздался треск холостого выстрела в небо, полицейские потребовали прекратить балаган и объяснить происходящее.
Я не могла больше на это смотреть, не было сил. Обойдя всех, не обращая внимания на крики и споры, я, наконец, оказалась в доме дедушки. И стоило мне зайти, как я сползла по стене и зарыдала, закрыв лицо руками. Я устала душевно и физически. Все происходящее было похоже на продолжение ночного кошмара. Сложно поверить, что подобное возможно в реальности и что я стала участницей этого безумия.
Звучит еще один выстрел, и я вновь закрываю уши, чтобы не слышать крики и непрекращающийся шум.
Я продолжаю сидеть на полу, не в силах подняться, но в окно видно, как огонь стремительно обнимает дом Таисии. Ясно как день, что никто не позволит его потушить. И вряд ли этим монстрам удастся избежать людского гнева, двое полицейских не смогут сдержать толпу.
Я вздрагиваю от скрипа двери. В дом входит Карина, и от нее пахнет костром и бензином. Женщина опускается рядом и заключает меня в теплые, дрожащие объятия.
– Спасибо тебе! Спасибо, что открыла нам правду! – Она гладит меня по волосам, а ее голос успокаивает, но я все равно чувствую, как внутри меня все переворачивается. – Мы столько лет считали, что наши души прокляты, что эта сущность реальна и Галина виновата в наших бедах. Но все это время монстры жили среди нас, улыбались нам и подкармливали нашу веру. Прости нас, Варя, что втянули тебя в это. Но ты стала нашим лучом надежды и спасения, – прошептала Карина, и я вижу, как слезы блеснули в ее глазах.
– Что… Что вы сделаете с ними?
В голосе женщины звучит усмешка, как предвестник чего-то ужасного.
– То же, что и они сделали с нашими семьями. Им не суждено встретить рассвет. Каждый готов замарать свои руки в крови, но отомстить за утраченные жизни. Но тебе не нужно этого видеть. Мы похороним твоего деда, как и хотели, а после тебя отвезут в город. Тебе здесь больше нечего делать. Пусть поселок и не проклят, но мы все запятнаны и погрязли в ложных убеждениях, а ты чиста и должна просто забыть обо всем!
Слова Карины проникают в меня, как острые иглы. Я смотрю женщине в глаза, и я вижу в них отражение своего страха, своего смятения. Но также в них есть надежда, которая, возможно, все же сможет спасти меня от этого бесконечного кошмара.
Эпилог
Дождь. Поднимаю голову, и крупные капли с глухим стуком ударяются о мою кожу, словно маленькие камни, сброшенные с небес. Ночь прошла как в тумане, а пока местные линчевали убийц, я тихо собрала свои вещи. Полиция не смогла помешать возмездию, и теперь некоторых из тех, кто решился на крайние меры, будут судить, но местных это не волнует, они сделали то, что считали справедливым. Оставшиеся жители поселка пришли проститься с дедушкой и сказать мне спасибо. Вот только меня тошнило от людей вокруг, тошнило от этого места. Я очень виновата перед дедушкой, но должна убраться из Мирного как можно скорее.
Положив цветы поверх свежей земли, я вытерла слезы, понимая, что это последний прощальный жест. Вот и все. Меня здесь больше ничего не держит. Как бы я ни любила дедушку и бабушку, как бы ни хотела перенести их кости в более спокойное место, но сегодня мой последний день в Мирном. С этим местом связано столько боли и зла, что я больше никогда не хочу переступать его границы. В воздухе витает напряжение, как будто сама земля пропитана ненавистью и страхом. Карина вызвалась проводить меня на поезд, и я не стала спорить. Ее поддержка – единственное, что я готова принять от поселка. Я выдохнула с облегчением, когда поселок остался позади. Надеюсь, что ночные кошмары закончатся, но, чувствую, мне потребуется психолог.
Плачущая. Ее образ навсегда запечатлен в моей памяти. Да и шрам на щеке не позволит забыть о случившемся. Я покидаю Мирный с тяжелым грузом на душе и жалею, что вообще попала сюда. Но, надеюсь, местные наконец вспомнят, кто они на самом деле, и вернутся в реальность. Хочется верить, что у этих людей все наладится, хотя боль в их душах никогда не утихнет.
С надеждой смотрю на лес, который окружает поселок, и надеюсь, что он поглотит это место, сотрет его с лица земли. Может, это хоть как-то поможет зарубцеваться ранам утрат. И, несмотря на то что урок был тяжелым, я его усвоила, перестав быть маленькой плаксивой девочкой и окунувшись в реальную, жестокую и лицемерную жизнь. Я не вернусь сюда, не позволю этому месту вновь завладеть мной. Пусть оно останется в прошлом, как тень, которую я оставила позади.
Сноски
1
Кукла-мотанка (или узелковая кукла) – это древний оберег или игрушка, которую делают, наматывая ткань и нитки, а не сшивая их. Одна из ее главных особенностей – отсутствие лица, так как считалось, что глаза могут стать «входом» для злых духов.
