Универсальный солдат II. «Воскресший». Книга вторая - Иван Владимирович Сербин

В зеркальном бампере громадины неожиданно возникло его собственное лицо. Перекошенное, напоминающее карикатуру на политических деятелей в «Ньюс Уик». Растянутый лоб, разъезжающиеся в разные стороны щеки, выпученные глаза, похожие на оловянные пуговицы, и торчащие в разные стороны волосы с аристократической сединой, явно преобладающей над чёрной порослью. Казалось, он даже разглядел двухдневную щетину на собственных щеках.

Удар бампера пришёлся ему точно в лицо. Однако благодаря «галотану» Дункан почти не почувствовал боли. По крайней мере, она была не сильнее, чем от укола булавкой. Он даже слышал, как лопнул его собственный череп. Звук был похож на звук разбивающегося об асфальт перезревшего арбуза, выпавшего из рук незадачливого прохожего.

Влажная жижа, ударившись о решётку радиатора, расплескалось по всему передку грузовика. Мощный «Мак» смял колесом тело доктора, опрокинул его на спину, расплющил лёгкие и остальные внутренности, перемолол в муку рёбра. Длинные дорожки крови потянулись по всему асфальту. Клочья кожи, волос и сорванные с лица обрывки плоти повисли на бампере, приклеившись к нему кровавыми сгустка­ми.

Истошно визжа тормозами, грузовик остановился. Прав­да, этого доктор уже не видел. Он умер в ту секунду, когда рефрижератор смял его лицо.

* * *

Мюрей Мигдли выскочил из кабины и трусцой побежал к месту аварии. Ещё не разглядев как следует трупа, стоя в нескольких шагах от него, он сумел понять: дело дрянь. Го­ловы у мёртвого не осталось практически вообще. На остат­ках шеи болталось какое-то странное месиво. Водителю вся­кое пришлось повидать за тринадцать лет, проведенных за рулём, однако подобного он не видел ещё ни разу.

«Какого дьявола этому полоумному понадобилось на до­роге в такой час? — зло думал он. — Вечно с этими пьяными одна морока. Скотина пережравшая».

Мюрей подошёл к трупу поближе и присел на корточки. Стоило водителю приглядеться хорошенько и его охватило недоумение. То, что он поначалу принял за белый плащ, ока­залось светло-голубым халатом врача. В таких обычно ходят хирурги в крупных клиниках. Но что понадобилось врачу на дороге в такой час? А если этот парень не врач, то зачем нацепил на себя халат?

Водитель покачал головой. Теперь неприятностей с поли­цией не оберёшься. Начнутся экспертизы, расследования, об­следования, а у него полный кузов груза. Во всяком случае, пока ему удастся отыскать ближайшую патрульную машину, пока приедут эксперты и следователь дорожной полиции он потеряет, как минимум, часа четыре. А ведь к двум часам дня ему уже нужно быть в Финиксе.

Мигдли ещё раз вздохнул. Продолжая бормотать себе под нос какие-то ругательства, он упёрся ладонями в колени и встал. Конечно, ждать, пока пойдет следующий грузовик, Мюрейне мог. Значит, все же надо было выехать на Шестьдесят седьмое шоссе и поискать на нем патрульную машину. Но даже если её и нет, то километрах в шести отсюда есть заправочная станция, а на ней телефон. Можно попросить кого-нибудь из проезжающих мимо, чтобы они позвонили и вызвали дорожные службы и полицейских. «Скорая по­мощь» тут уже не понадобится.

Мюрей Мигдли обернулся и оторопел. В метре от него, широко расставив ноги и вытянув перед собой правую руку, в которой был зажат массивный пистолет, стоял странный человек. Странный, потому что одет он был в «джангл-фетигз», что, в общем-то, встречается не так уж часто. Шофёр знал многих парней, любивших армейские брюки, но таких, что согласились бы таскать военную форму целый день, он не видел, ни разу.

Но главное-то было вовсе не это, а ствол пушки, смотря­щий ему прямо в лоб «пустынный орёл». Массивный, никелированный пистолет профессионалов. Лицо человека тоже казалось необычным. Водитель уловил в нём некую непри­вычную черту, но сформулировать и перевести в обычные человеческие понятия не смог. Иногда говорят: «Было в его лице что-то адское, тёмное, неземное». Люди, так или иначе, представляют, что именно имелось в виду, однако сказать этого точно не сможет никто.

Набычившись, парень с пистолетом смотрел прямо в глаза Мигдли. Короткая стрижка, могучая шея, неимоверно широкие плечи, всё телосложение, выдавали в нём бывшего спортсмена. Может быть, военного.

«Даже наверняка военного, — думал Мигдли, — судя по форме».

— Что тебе нужно? — Мюрей был не самым робким пар­нем и голос его прозвучал настороженно и немного враждебно.

Незнакомец помолчал пару секунд, а затем со странными скрипучими интонациями ответил:

— Мне нужно средство передвижения. Я конфискую ваш грузовик, поскольку нахожусь при исполнении служебных обязанностей.

— Да ну? — Мигдли оскалился. — О чём ты говоришь, урод? Хочешь украсть мой грузовик вместе с грузом? А если я сообщу в полицию?

Парень набычился ещё больше. Белесые брови сдвину­лись к переносице. Ему явно пришлось не по вкусу то, что он услышал от шофёра.

— Я не собираюсь красть твой грузовик, дятел. Мне не нужен твой дерьмовый груз, ослиная задница. Можешь забрать его себе. Я конфискую рефрижератор для нужд Во­оруженных Сил. США.

— Вон как, — Мигдли заметил, что пистолет в руке этого странного человека дрогнул и пошёл вниз. — Ты можешь пойти и объяснить это моим хозяевам, — Мюрей кивнул через плечо. — Это недалеко, всего полторы сотни километ­ров. Иди, доложи. Если они решат, что армия США им доро­же собственного кармана, то ты очень меня удивишь.

— Я не собираюсь никуда ехать и ничего спрашивать,— голос унисола потяжелел. Он словно налился свинцом, и те­перь слова попросту тонули в бездонном мраке ночи. — Я думаю, ты пока не совсем хорошо понял, что здесь происхо­дит. Я, сержант армии США Эндрю Скотт, конфискую твой сраный автомобиль, поскольку речь идёт о национальной безопасности. И не собираюсь спрашивать разрешения ни у тебя, ни у твоих дерьмовых хозяев. При разговоре с ними ты можете сослаться на меня и на Пентагон. Всё.

Он развернулся и направился к рефрижератору. Однако Мигдли не собирался уступать свою машину вот так вот, за здорово живёшь. Он направился следом, выкрикивая на ходу:

— Эй, погоди-ка! Ты что, всерьёз вознамерился спиздить мою колымагу? Ничего не выйдет, приятель. Там одного груза на несколько тысяч. Я не собираюсь из-за тебя влезать в долги. У меня их и так предостаточно. Так что можешь катиться отсюда к такой-то матери. И оставь в покое мою машину.

Унисол не слушал его. Он просто шёл, отмеряя шаг за шагом расстояние от мёртвого доктора Айзека Дункана до кабины рефрижератора.

От появления незнакомца Мюрей Мигдли оторопел настолько, что даже не вспомнил о трупе, лежавшем на дороге. Точнее два этих события: человек на четвереньках и этот парень в