Одичавшие годы - Геза Мольнар
Магда медленно покачала головой, словно говоря «нет».
— Подумайте, Магда. Ведь вы же видите, что мы никак не можем освободиться друг от друга. Не лучше ли прекратить эти мученья. Я… уверен в том, что мы оба будем счастливы. Вы замечательная девушка… Да и я не последний мерзавец.
Стуча колесами, приближался поезд. Мимо промчался паровоз, обдав их копотью и дымом.
— Я чувствую, что сейчас, — продолжал Роби, — или никогда. Скажите «да», а детали обсудим потом. Никогда еще я не чувствовал ни к кому такого… Если мы сейчас расстанемся навсегда, может случиться, что испортим себе всю жизнь. Магдушка, милая…
А она стояла и думала о том, что это невозможно…
Раздались свистки кондукторов. Магда поднялась на ступеньки вагона. Поезд тронулся. Роби шел рядом, не спуская глаз с девушки, шел по платформе. Постепенно он стал отставать, и вскоре его поглотила темнота.
Магда уселась в пустой угол вагона и безутешно зарыдала, потом тяжелый перестук колес начал успокаивать, укачивать ее.
2
Осень принесла вязальной мастерской Хайагоша много новых заказов. И хотя запас шерсти постепенно уменьшался, а немецкое искусственное волокно все больше вытесняло хлопчатобумажную пряжу, громадные вязальные машины работали с раннего утра до поздней ночи. Магда работала так много, что под вечер болели плечи, руки казались налитыми свинцом. Домой она шла, с трудом переставляя ноги, словно целый день лазила по горам. Однако она не роптала и не жаловалась: разве плохо иметь лишние деньги? Эту осеннюю горячку она принимала как нечто само собой разумеющееся: такая уж у нее специальность. А летом вот работы было совсем мало, но и тогда Хайагош платил ей зарплату полностью, не послал ее «отдыхать», как обычно поступали другие хозяева-текстильщики со своими работницами, когда начинался застой.
В дни, когда работы было завал, Хайагош не щадил даже самого себя, не отходил от машин. Свет ламп, когда он с сатанинской ловкостью вдевал нить в крохотный глазок, освещал его лысину, его упрямое жирное лицо, а его юркие, словно обрубленные, пальцы действовали, как у хорошего хирурга. Работал он с выносливостью бульдога, а стоило ему только заметить, что работницы устали, как он тотчас же находил какую-нибудь шутку. Во время короткого перерыва на ужин принимался петь или, заглушая шум машин, рассказывал какую-нибудь забавную историю.
— Я и сам не пойму, — часто говорил он, — что я за начальник? Опора буржуазии… И меня тоже будут низвергать? Я же пролетарий! И сам вот работаю здесь, чтобы было чем заплатить вам сверхурочные. Ну что ж, давайте, голубушки, поработаем как следует этот сезон, а то не пришлось бы прикрыть мастерскую.
Деньги, которые Магда получала за сверхурочную работу, она не отдавала дома.
После нескольких недель тяжелой и напряженной работы ей захотелось хоть немножко развлечься. Всю последнюю неделю шел дождь. В воскресенье утром было ветрено, из-за туч, разорванных ветром, выглянуло солнце. «Куда бы пойти?» — думала Магда. Идти к знакомым ребятам не хотелось. Роби последнее время совсем не давал о себе знать. Лаци Мартин как в воду канул.
Небо совсем прояснилось, и Магда больше была уже не в силах сидеть дома. После обеда она быстро оделась и вышла на улицу.
— Привет, Магда! Куда это ты?.. — крикнула ей вслед Ирен Кечкеш.
Магда остановилась:
— И сама не знаю. Просто надоело дома сидеть.
— Тогда подожди меня.
Через несколько минут обе девушки уже торопились к трамвайной остановке. Они сели в прицепной вагон трамвая, и тут Магда спросила:
— А куда мы, собственно, собрались ехать?
— Поедем на остров Маргариты!
— Я там ни разу еще не была.
— Я тоже не была, давай съездим!
У входа с моста на остров они купили билеты и смело двинулись по обсаженным деревьям и дорожкам, а справа и слева тянулись клумбы с осенними цветами. Жители Маргитвароша редко заглядывали сюда. Отпугивала даже не цена входного билета — пятьдесят филлеров, которая равнялась плате за час работы. Просто рабочий человек чувствовал себя как-то неуютно возле площадки для игры в гольф, «Казино», «Гранд-отеля», среди шикарных кабриолетов и колясок. Простые лица, мозолистые руки, плохо сшитый костюм, помятая рубашка и разные другие приметы выдавали рабочих людей, людей совсем из другого мира.
Однако девушки не чувствовали себя стесненно: красота и молодость придавали им — хотя сами они этого и не осознавали — уверенность в себе.
Усевшись на террасе «Гранд-отеля», они заказали пива и слушали джаз, с любопытством поглядывая по сторонам. Ирен вспомнила своего фельдфебеля и загрустила, но вскоре она уже с интересом, заговорщически шептала Магде:
— Посмотри-ка, на нас смотрят вон те два парня. Вон те, что сидят в углу. Симпатичные. А блондинчик поднял бокал и кивнул в нашу сторону.
— А ты уж так и растаяла! — ответила Магда, а сама краешком глаза посмотрела в сторону молодых людей.
Один из них — высокий парень со светлыми курчавыми волосами, открытым добрым лицом и приятной улыбкой. На левой руке у него блестел перстень с печаткой. Второй, темноволосый, походил на итальянца. На нем был черный костюм, ослепительно белая рубашка, а на манжетах — золотые запонки.
Ирен начала меняться прямо на глазах изумленной Магды: громко разговаривала, смеялась, жестикулировала, будто играла на сцене, и то и дело бросала взгляды в сторону заинтересовавших ее мужчин.
На террасе появилась молоденькая продавщица цветов, она по очереди обходила посетителей. От столика с молодыми людьми она направилась прямо к девушкам и положила им на стол букет красных роз.
— Это от тех молодых господ, — цветочница кивнула в угол.
Ирен взяла цветы в руки и стала вдыхать их аромат.
Вскоре к девушкам подошел официант и сказал, что два господина просят разрешения присесть за их столик. Ирен мило закивала в ответ. Молодые люди подошли к девушкам и представились. Коренастый шатен заговорил с Ирен, а блондин с Магдой.
Они просидели на террасе до заката солнца. Ирен и Марио быстро нашли общий язык, а у Магды и Оси дело не клеилось, девушка довольно сухо разговаривала с молодым человеком.
Они долго гуляли, пешком прошли по проспекту Святого Иштвана до Западного вокзала, и там юноши раскланялись с ними.
— Видно, мы не поняли друг друга, — шутливо заметил Оси Магде при расставании. — Но я охотно встретился бы с вами еще раз. Если маркиз договорится с мадемуазель о свидании, будьте добры, приходите и вы…
Магда неопределенно кивнула.
Оба молодых
