Восьмерки - Джоанна Миллер

Нет, поправила она последнюю мысль. Она узнала две вещи: во-первых, ректор может исчезать по желанию, и во-вторых, платит соседям, чтобы присматривали за его домом, когда он отлучается. Если его беспокоит то, что за ним могут следить, значит, он что-то скрывает, и Влора готова была биться об заклад, что не только свою магическую природу.

Глава 34

Покинув Беллпорт, «Бешеные уланы» направились на запад вдоль северного побережья Хаммера. Ехали медленно, отправляя на разведку столько людей, сколько осмеливались, и избегая городов и посёлков, над которыми уже развевался дайнизский флаг. Даже держались в нескольких милях от моря, чтобы их не заметили с дайнизских кораблей, которые, как сообщали разведчики, десятками бороздили воды между Фатрастой и Дайнизом.

Стайк несколько дней держался особняком и скакал в арьергарде, восстанавливаясь после трёпки, которую задал ему Валиэйн, и обучая Селину обращению с новой лошадью. Животное оказалось упрямее, чем поначалу показалось Стайку, и он отправил бы его к остальным запасным лошадям, если бы Селина не прониклась к лошади такой же упрямой симпатией.

То и дело доставляли доклады от Ибаны из авангарда. Стайк читал их и отправлял вперёд приказы. По вечерам помогал обучать новобранцев − в Беллпорте приняли почти пять сотен добровольцев. Селина тем временем продолжала учить язык жестов Ка-Поэль.

На четвёртый день Стайк услышал вдали рокот артиллерии и пробрался вдоль извилистой линии кавалеристов в авангард к Ибане, опередившей его больше чем на милю. Она сидела на лошади на вершине утёса, глядя на что-то вдали. Шакал со штандартом «Бешеных уланов» сидел рядом с ней.

Грохот продолжал разноситься над водой. Стайк разглядел источник канонады на северо-западе. Там, на конце длинного волнореза, стояла небольшая крепость, название которой давно вылетело у него из головы. Она располагалась между Хаммером и безымянным островом, и яростная перестрелка велась между крепостью и крупным дайнизским флотом, который окружил её полумесяцем.

Не опуская подзорную трубу, Ибана сказала:

− Ты торчал в арьергарде в последние дни, потому что не смог убить Валиэйна?

Стайк огляделся. В пределах слышимости находились только Шакал, Селина и Ка-Поэль. Он посмотрел на Шакала. Его палоанские веснушки потемнели от долгого пребывания на солнце. Шакал просто поднял руки. Он явно не хотел впутываться в это дело.

− Учил Селину скакать на новой лошади, – ответил Стайк.

Ибана резко закрыла подзорную трубу и повернулась к нему.

− Я слышала, ты позволил Валиэйну отметелить тебя.

− «Позволил» − слишком сильно сказано. Он чемпион по боксу.

− А у тебя самый большой нож на континенте, − возразила Ибана. − Какой бездны ты ввязался в кулачный бой с чемпионом по боксу?

− Хотел посмотреть, смогу ли убить его кулаками.

− Как видишь, ничего не вышло. Он тебя предал, и он до сих пор жив.

− Я всегда могу вернуться и выпотрошить его потом.

Слова прозвучали резче, чем он намеревался.

Ибана пригвоздила его долгим взглядом, затем повернулась к Селине и ласково спросила, показывая на лошадь девочки:

− Как её зовут, солнышко?

Селина просияла.

− Марго. У неё уже было имя, оно мне понравилось, и я решила оставить.

− Хорошее имя, − похвалила Ибана. Погладив по носу свою лошадь, она быстро объехала Марго и кивнула. − Похоже, неплохая лошадка.

− Её купил для меня Бен.

В голосе Селины прозвучал вызов: как смеет Ибана сомневаться в человеке, который покупает лошадей для девочек. Стайк чуть не расхохотался, но вмешался, пока Ибана не разозлилась.

− Я не прятался.

− Хорошо, − просто сказала Ибана. Она подъехала к Стайку и понизила голос, явно недовольная тем, что ей придётся сказать. − Ты не хуже меня знаешь, как много значит для «Бешеных уланов» репутация. Их репутация и твоя. Если ты начнёшь щадить предавших тебя, люди решат, что ты размяк. Некоторых из этих мерзавцев держит в узде только перспектива познакомиться с твоим ножом.

Стайк выпрямился в седле, не зная что сказать. Вспомнил, как по его рукам текла кровь Агостона и как потом пощадил Тенни Уайлса.

− Если они начнут наглеть, я их приструню.

− Раньше до этого никогда не доходило. И я не хочу, чтобы дошло сейчас.

Стайк фыркнул.

− Можно, я буду мстить так, как считаю нужным?

− Можно. Просто... предупреждаю, вот и всё.

− Спасибо.

Ибана кивнула. Немного отъехав, опять достала подзорную трубу, чтобы посмотреть бомбардировку. Стайк повернулся к Шакалу.

− Как дорога?

− Довольно легко, − ответил тот. − Разведчики держат в курсе того, где силы дайнизов. А как в арьергарде?

− Скучно. − Стайк кивнул на крепость. − Духи не сказали тебе, как долго она продержится?

Шакал тут же перевёл взгляд поверх плеча Стайка, и Стайк не сразу понял, что тот смотрит на Ка-Поэль.

− Ты шутишь? − возмутился Шакал. − Только самые смелые духи подойдут к ней на милю. Я всегда могу сказать, что она близко, потому что они разбегаются.

− Ты это слышала, кровавая леди? − окликнул Стайк. − Духи тебя боятся.

Ка-Поэль это, похоже, ничуть не впечатлило.

− Но не нужно быть духом, − Шакал перевёл взгляд на далёкую крепость, − чтобы понять: с ними почти покончено. Там шесть линейных кораблей и две бригады, которые отрежут любую поддержку с суши. Крепость падёт через считанные дни. − Он с любопытством взглянул на Стайка. − Или мы придём на выручку?

Стайк посмотрел на Ка-Поэль.

− Богокамень в том форте?

Она покачала головой.

− Нет, − сказал Стайк Шакалу. − Я не самоубийца, чтобы атаковать две бригады на виду у вражеского флота.

«Кроме того, − мысленно добавил он, − мы уже взяли припасы в Беллпорте».

− Мы обойдём эти две бригады. Если повезёт, они будут так сосредоточены на форте, что нас даже не заметят.

Вдруг с дороги донёсся крик. Стайк с любопытством повернулся.

− Что это? − спросила Ибана.

− Не знаю.

Стайк поднял поводья Амрека, заметив клуб пыли, внезапно вырвавшийся из-за ближайшего холма, а затем знакомое старое лицо. Санинтиэль прильнула к шее лошади, у обеих из-за быстрой скачки текли слёзы, а морщинистую кожу старухи покрывал пот. Она привстала на стременах, даже не озаботившись осадить лошадь.

− Мы попали в засаду! − закричала она. − Кавалерия дайнизов напала на арьергард!

Стайк пустил Амрека в галоп, приказав Санин:

− Оставайся с Селиной. −