Восьмерки - Джоанна Миллер
Это значит, что у них остался только один вариант − Беллпорт, и Стайк не был уверен, что готов к этому. Валиэйн, третий из предавших его людей, по слухам, жил в Беллпорте. Отпустив Тенни Уайлса, Стайк хотел иметь больше времени, чтобы обдумать свои действия перед очередной конфронтацией.
− Тогда в Беллпорт, − сказал он.
− В Беллпорт, − согласилась Ибана, скатывая карту в рулон. − Ты решил, что будешь делать с людьми-драконами?
Стайк выругался вполголоса. Само их присутствие всё усложняло, не говоря уже о том, что они хотели его убить.
− Ты утроила разведывательные патрули?
− Да, но с тех пор, как люди-драконы сбежали в Граналии, от них ни слуху ни духу.
Стайк вспомнил человека-дракона из Лэндфолла. Надменный тип, вёл себя так, будто мог сразиться с целой армией и победить. Теперь Стайк повидал в бою двоих. Своими победами он был обязан грубой силе, которой мало кто мог что-то противопоставить. Он не сомневался, что четверо людей-драконов, если захотят, могут превратить жизнь уланов в ад.
Хотя зачем им это? Они сделали всё возможное, чтобы застигнуть его в одиночку. Возможно, сражаться с целой армией они не захотят.
− Пока они снова не покажутся, мы мало что можем сделать, − ответил он. − Муштруй людей и убедись, что они точно знают, с чем мы имеем дело. Мне не нужны десятки мертвецов только потому, что они недооценили врага. Если повезёт, они будут держаться от нас подальше, когда мы приедем в Беллпорт.
Стайк провёл рукой по волосам, прислушиваясь к сонному сопению Селины в соседней палатке.
− Муштруй людей завтра на час больше. Ты по-прежнему применяешь систему наставничества?
− Она неплохо работает, − ответила Ибана.
− Прекрасно. Я попробую поспать. Если увидишь Ка-Поэль, скажи ей, что мы едем через Беллпорт вместо Суиншира.
* * *
На следующее утро Стайк с удовольствием наблюдал, как Ибана муштрует людей. Лошади носились туда-сюда по лугу. Когда добровольцы падали из седла или роняли пику, он испытывал смесь досады и веселья, но его совершенно точно раздражало, когда майор Гастар и штуцерники обставляли старых уланов.
Они снялись с места сразу после полудня. Ветер дул в спины, солнце стояло высоко в небе. Из какого-то городка далеко к югу поднимался столб дыма, но дорога была свободна, насколько хватало глаз.
Стайк, придержав Амрека, оглянулся на место, где они провели ночь, и заметил вдали несколько фигур. Обуреваемый любопытством, он достал подзорную трубу и направил на них. Они были слишком далеко, чтобы разглядеть какие-то подробности, кроме того, что их четверо и что они верхом. На них не было ни дайнизских нагрудников, ни жёлтых фатрастанских мундиров.
Они стояли неподвижно, наблюдая за «Бешеными уланами», а потом медленно последовали за ними. Стайк подумал, не послать ли к ним отряд, но отказался от этой идеи. Отряд либо перебьют, либо все просто потеряют время. Люди-драконы не будут показываться на глаза, если только сами не захотят, чтобы их увидели.
Избавиться от этих ублюдков будет сложнее, чем он надеялся. Обеспокоенный, он убрал подзорную трубу и пришпорил Амрека, чтобы догнать уланов.
Глава 23
Микель смог увидеть Ярета только на следующий день после того, как засёк Форгулу с Мархоушем. Микель думал, что его пригласят в Капитолий, где он встретится с Яретом в каком-нибудь огромном кабинете на верхних этажах, но Теник привёл его на оживлённую улицу в нескольких кварталах от Капитолия, где гуляли дайнизы в военной форме и в гражданском.
Микель сразу понял, что элита дайнизов просто заняла эти роскошные дома в пяти минутах ходьбы от средоточия государственного аппарата, которые прежде принадлежали элите фатрастанской.
Домохозяйство Ярета располагалось в одном из небольших особняков в конце улицы. Зрелище было необычным: по обе стороны двери стояли солдаты, в небольшом саду перед домом играли рыжеволосые дети, а по тротуарам околачивались непоседливые подростки. Теник разогнал подростков резким замечанием и провёл Микеля мимо солдат в переднюю, где оказалось шумно и многолюдно.
«Домохозяйство» оказалось очень подходящим словом для оплота власти Ярета. Коридоры и комнаты заполняли дайнизы всех возрастов. Идя следом за Теником по коридорам, а потом на второй этаж, Микель, несмотря на ограниченный словарный запас дайнизского, услышал разговоры о политической стратегии, экономике, военные прогнозы и множество сплетен.
− Это родственники Ярета? − негромко спросил Микель, когда Теник постучал в дверь.
Оба оглянулись на двух мужчин лет тридцати с небольшим, которые курили в коридоре и не стесняясь промывали косточки конкурирующей семье, чью фамилию Микель не разобрал.
− Домочадцы Ярета, − поправил Теник. − Семья имеет большое значение в нашей культуре, но домохозяйство стоит выше. Все в этом доме верны Ярету по праву крови, из-за работы или политических связей.
− Насколько велико домохозяйство?
− Здесь? Несколько сотен человек, если не считать воюющих солдат.
− А в Дайнизе?
− Десятки тысяч.
Микель негромко присвистнул. Интересно, такая суета стоит во всех домах на этой улице? Вопрос он задать не успел: в комнате отозвались, и Теник открыл дверь.
Казалось, кабинет Ярета был единственным помещением в доме, где находился только один человек. Перед взором Микеля оказалась просторная комната, обставленная по последней фатрастанской моде: встроенные книжные полки, широкое окно, в которое влетал южный ветерок, и огромный письменный стол. Стол был отодвинут в сторону, и его место в центре комнаты занимали два мягких дивана
Ярет стоял перед книжной полкой, и на Микеля едва глянул, продолжая заниматься свои делом: снял с полки книгу, пролистал и швырнул в большую кучу в углу.
− Я поражён, сколько всякого хлама вы ставите на полки только затем, чтобы казаться умными, − заметил он. − Книги по истории, энциклопедии, медицинские справочники, пособия по сексу. Очень мало книг хотя бы открывалось, не говоря о том, чтобы их изучать.
− Вы не видели дом моей матери, − выпалил Микель и тут же прикусил язык, жалея о вырвавшихся словах.
Обмолвка о том, что у него есть мать, входила в сведения, которые враги могут использовать против него.
Ярет поднял бровь.
− Она любит книги?
− Обожает, сэр. − Микель прочистил горло. − В основном дешёвые романы. Она любит приключения.
− Она их прочитала?
− Все до единой. И не по одному раз.
− Значит, она выбирает книги лучше, чем глупец,
