Вселенная Marvel: величайшая из когда-либо рассказанных историй - Дуглас Волк
В то время драки в комиксах чаще всего изображались при помощи крутых поз, резких выпадов, сальто, сокрушительных ударов, и художники не задумывались о том, насколько реалистичен такой бой. Так же топорно выглядели и обложки «Мастера кунг-фу», когда их рисовали другие художники. Обычно это означало, что сам комикс будет в стиле кэмп в духе Грайндхауса[191] с нелепыми драками («Отведай-ка холодной стали, ты, чудо в пижаме!» – кричит убийца с ножом в выпуске № 21). Цель драк в большинстве комиксов – показать, как тяжко приходится герою, но в комиксах о боевых искусствах необходимо отобразить, как именно персонажи дерутся. Сцены драк Галейси выстроены хореографически, и движение из одного кадра имеет значение в следующем. Шан-Чи в его исполнении бьет метко и сильно, он мыслитель, и каждое его движение четко рассчитано и имеет цель.
В этом номере (одном из первых, над которыми Манч и Галейси работали вместе) начинается сюжетная линия о фантомах, к которой впоследствии никогда больше не обращались напрямую, хотя намеки на нее встречаются постоянно. Шан-Чи знакомится с владелицей секции боевых искусств Сэнди Чэнь, и их романтические отношения начинаются благодаря пицце, которую герой пробует впервые. В ходе сложного сюжета о шпионаже оказывается, что Сэнди – тайный агент сэра Дениса Нейланда Смита. Фу Манчу похищает девушку, опаивает Шан-Чи галлюциногеном и вынуждает с боем пробираться сквозь лабиринт (визуально этот отрывок вдохновлен работами Джима Стеранко в «Нике Фьюри» конца 1960-х). Шан-Чи наконец добирается до Фу Манчу и требует сказать, где же Сэнди. «Глупец! Она погибла в лабиринте! – отвечает герою отец. – Ты собственными руками убил ее!» На следующей панели начинается сцена драки. «Я заставил себя забыть сказанное отцом», – говорит Шан-Чи в одном из кадров. Так оно и происходит. Ну, или он просто подавляет это воспоминание.
Master of Kung-Fu («Мастер кунг-фу») № 33 (октябрь 1975)
ДАГ МАНЧ, ПОЛ ГАЛЕЙСИ, ДЭН ЭДКИНС, ДЖЕНИС КОЭН
К достоинствам «Мастера кунг-фу» относится и великолепная колонка с письмами, где часто печаталась резкая критика со стороны читателей. В этом выпуске письмо Билла Ву вновь поднимает проблему цвета кожи после появления в прошлом номере ярко-желтого кунг-фу-злодея с шипастыми шарами на цепях, вставленными в пучок его волос: «Кому из именитых людей, указанных на обложке, пришло в голову, что у Теневого Охотника должен быть цвет кожи оттенка перезрелого банана?» Даг Манч отвечает, что, согласно введенной политике Marvel и с учетом ограничения доступных при печати комиксов цветов, «за исключением утвердившихся персонажей (яркие тому примеры – Шан-Чи и Фу Манчу), все будущие герои азиатского происхождения будут раскрашены теми же оттенками, что и герои европейской расы. Но вот с нами случился Теневой Охотник… как и почему так получилось, мы не знаем. Мы надеемся, что теперь ситуация разрешилась, а если нет (иногда требуется время, чтобы научиться), мы исправимся».
Письма Ву в «Мастере кунг-фу» печатались очень часто[192]. Он смело критиковал расистские карикатуры, расцветку и сюжетные ходы. Он относился к серии с нескрываемым энтузиазмом и был преданным и внимательным читателем, чья реакция имела большое значение для создателей комикса. Со временем они действительно отреагировали на его возражения (как и на претензии многих других).
«Мастер кунг-фу» менялся. Первые выпуски были развлекательными, если не сказать банальными[193]: Шан-Чи либо сталкивался с каким-то злодейским планом отца, либо случайно попадал в беду – с обоими типами неприятностей он справлялся при помощи кунг-фу. Однако такой подход быстро себя исчерпал, так что Манч и Галейси придумали кое-что поинтереснее: Шан-Чи решает наверстать упущенное и начинает работать против отца с сэром Денисом Нейландом Смитом в британской разведывательной службе МИ-6. У Шан-Чи появилась постоянная компания второстепенных героев из его коллег, секретных агентов: его партнерша по работе и в личных отношениях Лэйко Ву (впервые появляется в этом номере), крутой бывший боксер Блэк Джек Тарр и язвительный бывший парень Лэйко, Клайв Рестон, вечно намекающий, что его отец – сам Джеймс Бонд, а дедушка – Шерлок Холмс. Правда, напрямую он этого так и не сказал.
Master of Kung-Fu («Мастер кунг-фу») № 38 (март 1976-го)
ДАГ МАНЧ, ПОЛ ГАЛЕЙСИ, ДЭН ЭДКИНС, ПЕТРА ГОЛДБЕРГ
Стать шпионом, чтобы исправить ошибки прошлого, – довольно сомнительная затея. Шан-Чи не раз описывает службу в спецподразделениях как «игру смерти и обмана». В этой двухчастной истории (выпуски № 38 и № 39) особенно ярко выделяются особенности эпохи Манча и Галейси: это атмосферный шпионский триллер, в котором всё не то, чем кажется. Сэр Денис отправляет Шан-Чи обратно на улицы Гонконга с задачей украсть документы у мастера боевых искусств по имени Шэнь Куэй (кодовое имя – Кот) и спасти британскую контрагентку, которой грозит опасность, – Джульетт (та самая, что срисована с Марлен Дитрих). Но Джульетт оказывается любовницей Кота, а документы – вовсе не теми бумагами, которые рассчитывал найти Шан-Чи. Альянсы между героями быстро и резко меняются.
Master of Kung-Fu («Мастер кунг-фу») № 39 (апрель 1976-го)
ДАГ МАНЧ, ПОЛ ГАЛЕЙСИ, ДЭН ЭДКИНС, ДЖОРДЖ РУССОС
Вторая половина истории о Коте, как и множество других выпусков «Мастера кунг-фу», начинается со страницы-заставки в духе киноплаката. Действие на рисунке достигает пиковой точки – боя один на один. Первая сцена драки неимоверно крута, ее визуальный ритм обгоняет свое время на четверть века. На пяти горизонтальных панелях Шан-Чи достает нунчаки, вращает их, останавливается и готовится вступить в бой. Его торс и лицо напряжены и недвижимы, несмотря на то что оружие не прекращает вращаться.
В «Мастере кунг-фу» крутые драки всегда поднимают новые вопросы. По мере боя Галейси постепенно отдаляет читателя от воюющих сторон, и повествование Шан-Чи превращается в медитацию с рассуждением на тему бесцельности насилия, в которое он впутался. Виноват в этом сам герой. Шэнь Куэй постоянно называет его «бриташкой», и ясно, что тут он такой же чужак.
Это аналогия другого разговора: британский союзник Шан-Чи, Блэк Джек Тарр, всегда называет его «китаёзой». В колонке с письмами Билл Ву сухо указывает на это, и Манч отвечает: «Несмотря на то что он использует термин “китаёза” скорее из-за вспыльчивости, чем из-за враждебного отношения, я нахожу вероятность того, что Шан-Чи будет молчаливо терпеть такое обращение вечно, крайне низкой».
Master of Kung-Fu («Мастер кунг-фу») № 59 (декабрь 1977)
ДАГ МАНЧ, МАЙК ЗЕК, ДЖОН ТАРТАЛЬОНЕ, ДЖЕНИС КОЭН
«Мастер кунг-фу» почти не пересекался с остальным
