Демон Пепла и Слёз - Виктория Олейник

– Велор… – потерянно прошептала я. Испуганно обернулась на шаманку. – Вы подчиняетесь Амброзу!

Прозвучало как обвинение, но шаманка изящно повела плечом.

– Мы больше никому не подчиняемся. – Она небрежно подхватила с жертвенника лучину и зажгла погасшую свечу. – С Амброзом я заключила мир. Если хочешь, он мой покровитель.

Она задула лучину и пристально посмотрела мне в глаза.

– Не волнуйся. Я знала, что ты придешь. И с каким вопросом. Все было предопределено до твоего рождения.

– Тогда вы знаете, что я…

– Хочешь убить его? Разумеется. Ведь ты моя кровь. Мое творение. Я расскажу тебе.

Шаманка не спеша двинулась по стене и, лишь добравшись до потолка, лениво обернулась. Ее улыбка, скользнувшая по красным губам, выглядела… зловеще.

– Но ты никогда его не убьешь, – уверенно заявила она и последовала дальше. Через мгновение она растворилась в тенях, я даже моргнула.

Прошла секунда… другая… шаманка как в воду канула. Я поежилась, попятилась к Алексу: не в ловушку ли нас завели? Зал, погруженный во тьму, хранил мрачное молчание.

– Госпожа просила провести вас в комнаты и позволить вам отдохнуть, – раздался голос сбоку, я чуть в голос не закричала от неожиданности.

Женщина соткалась будто из теней, неожиданно появившись у небольшого прохода в коридор. Толстая черная коса, перекинутая через ее плечо, сверкала всевозможными бусинками. Глаза казались умными и добрыми, совсем как у моей бабушки. И голос спокойный и доброжелательный.

Я немного расслабилась: на первый взгляд укутывать нас в паутину она не собиралась, и то хорошо.

Женщина подошла ближе и цепко схватила меня за подбородок острыми когтями. Рассмотрела с интересом, будто лично знала.

– Ты на нее похожа. Совсем одно лицо.

– А вы…

– Сестра шаманки племени. Твоя мать моя племянница, – снисходительно пояснила она. Схватила ближайшую свечу и кивнула. – Следуйте за мной.

Стоп! У меня тысяча вопросов! Что значит, моя мама племянница сестры шаманки? Выходит, шаманка – моя…

– Пойдем, – сбил меня с мысли Алекс, хватая за руку.

Я встряхнула головой и с трудом отбросила вопрос родни на потом. Должно быть, эта женщина ошиблась. Может, у шаманки есть какая-то другая внучка. Не я же, в самом деле?

Коридор оканчивался тупиком, но несколько каменных арок вели в небольшие комнаты. Женщина выбрала одну из них и пригласила внутрь. Что ж. По крайней мере, здесь тепло. Две кровати – одна большая, другая поменьше – ютились у настенного ковра. Разбросанные по полу бурые шкуры, круглые подушки и разноцветные покрывала расцвечивали комнату красками.

– Выходит, шаманка моя… бабушка? – первым делом, осмотревшись, уточнила я. Женщина стояла у входа, загадочно улыбаясь. Свеча в ее руке потрескивала, распространяя вокруг аромат душных трав.

– Вам надо отдохнуть, – доброжелательно откликнулась та. В ее словах скрывался подтекст. И что-то настораживало… недосказанность.

– Могу я поговорить с ней? – сделала я шаг к женщине. Та покачала головой и повторила:

– Позже. Вам надо отдохнуть.

– Я не устала, я просто хочу…

– Приятных сновидений, мои дорогие, – перебила она и задула свечу. Густой черный дым повалил от нее, расползаясь по комнате щупальцами. Не успела я сообразить, как вдохнула запах всей грудью. По ногам разлилось приятное тепло, голову затянуло туманом…

– Отдыхайте и чувствуйте себя как дома. – Голос женщины звучал как из-под ватного одеяла, слабый и далекий.

Последнее, что я увидела, как вход закрывает большой камень, намертво замуровывающий нас в комнате.

А потом я мягко опустилась на теплый, пушистый, такой мягкий ковер. Мне надо отдохнуть. Совсем немножко. Мне надо… отдохнуть…

– Ты принадлежишь мне.

Его глаза такие темные, что, кажется, будто заглядываешь в бездну. Его губы трогает зловещая улыбка.

– Танцуй для меня. Танцуй.

Я не чувствую себя. Я не знаю, кто я. Кружусь в танце, будто мной управляют, бездумно, словно в трансе. Мои ноги оставляют кровавые следы. Я ступаю по иглам, мне больно, но мне все равно.

Я лишь игрушка в его руках. Я делаю, что он велит, я живу ради него…

Но меня останавливают чьи-то руки. Я смотрю в знакомые глаза, не могу оторвать взгляда.

– Я рядом, – говорит Алекс.

По его щекам бегут кровавые дорожки. Черные глаза пусты и безжизненны. Я дотрагиваюсь до его бледной кожи… падаю на колени и кричу, кричу, что есть силы…

Вздрогнув, я распахнула глаза. Сердце билось в груди так сильно, что вот-вот выпрыгнет. Несколько мгновений я лежала, стараясь отогнать ужасное видение. Кто бы знал, как я ненавижу такие сны! Они оставляют горький привкус, не отпускают, держат в сетях.

И какого мрака такое вообще снится?

– Тиш-ш-ш…

Я затаила дыхание. Шипение раздавалось во мраке. Откуда-то веяло сквозняком, и в комнате… кто-то был.

Тут я, конечно, вспомнила, как нас замуровали. И шаманку с паучьими ногами тоже вспомнила. А еще вспомнила, что я не дома, в мягкой постельке, а в какой-то проклятой – в буквальном смысле – деревушке. Во тьме, в которой, не исключено, водятся вполне себе реальные монстры.

Я вцепилась в краешек меховой шкуры, одной из тех, которые в изобилии были накиданы на пол. Впилась так, что больно стало. Я слышала свое дыхание, ворчание Алекса – видно, его тоже что-то разбудило – и мирное сопение Аньки.

А еще слышала чье-то нетерпеливое дыхание над ухом…

– Тиш-ш-ш… – повторил зловещий шепот. – Тиш-ш-ш…

Дыхание над ухом прервалось… на секунду… а потом кто-то недовольно заурчал. Так кошки не дают собратьям подобраться к миске.

– Тиш-ш-ш!..

Урчание усилилось, и меня со всей силы дернули за волосы! Я аж подскочила. Притворяться предметом интерьера было поздно, монстр из-под кровати нашел меня и знает, кем пообедать! Взвизгнув, я резко села и поползла, поползла назад! А что еще делать?!

– Тиш-ш-ш, тиш-ш-ш! – раздалось по пещере, но шипение быстро перекрыло урчание. Монстр меня преследовал, а я, пинаясь, кажется, больше ковру вреда нанесла, чем загадочной нечисти! Я отползала назад, молясь, чтобы сзади никаких монстров не оказалось, – и, ну конечно, они там оказались!

– А-а-а, не подходи ко мне, мерзкая нечисть! – заехала я согнутым локтем во что-то мягкое, поджидавшее сзади. Кто-то сдавленно охнул. А потом, пискнуть не успела, меня скрутили мертвой хваткой!

– Лия, это я… проклятье! – выругался знакомый голос и застонал. – Чтоб это… и надо было мне тебя драться научить…

Ой-ой. Монстра со спины я, кажется, опознала. Алексом зовут.

– Извини, – притихла я и прислушалась. – Ты его слышишь? Слышишь, да?

– Ну, Лия, – с обидой в голосе огрызнулся парень. – Еще немного, и мой род бы прервался! В следующий раз просто продинамь, не надо лишать меня… важных частей тела…

Я его не слушала. Весь слух был