Дитя Беларуси - Хитрый Лис

— Так-так-та-а-ак! — Анита стремительным, плавным движением переместилась на сиденье рядом с Петрой. Пространство между ними исчезло, запах дорогих духов Аниты стал щекотать нос девушки. Дистанция сократилась почти что до интимной. Её голос стал низким, тёплым, вкрадчивым, как мурлыканье крупной кошки. — А что это мы так смутились? Ну-ка, расскажи сестричке Аните всё-всё-всё. Неужто юное сердечко пало жертвой этого… сурового, непоколебимого взгляда? — она протянула руку и легонько поправила прядь волос Петры, и этот едва уловимый жест был одновременно и ласковым, и невероятно властным.

Она смотрела прямо в её глаза. В этом взгляде было столько понимания, такого опасного, сладкого соучастия, что Петра, уже измотанная страхом, надеждой и стыдом, сдавая последние рубежи своей обороны. Она не смогла бы солгать. Не смогла бы даже опустить глаза. Она лишь ещё глубже покраснела и, почти не заметно, кивнула.

— Да…

Улыбка на лице Аниты стала ещё шире, ещё более хищной и довольной. Она открыла рот, чтобы задать следующий, уже по-настоящему каверзный вопрос, но в этот момент в салоне раздался спокойный, металлический голос:

— Мэм. Это срочно.

Анита вздрогнула, словно её ударили током. Вся её расслабленная, игривая поза мгновенно собралась в тугую, готовую к действию пружину. Лицо стало каменным.

— Что такое, Джей? — выдохнула она и в голосе её не было ни доли прежней игривости.

— Боюсь, что вам срочно следует выдвигаться в сторону как раз обсуждаемого вами мистера Сильвера.

* * *

Оно двигалось. Быстро. Целеустремлённо.

Незаметно.

Снующие вокруг люди даже не подозревали, что оно тут, что оно рядом.

И оно в любой момент может начать… Начать с них сбор ресурсов.

Ведь оно — оно не считает их ценностью.

Оно считает их лишь источником пищи.

И сейчас оно испытывало голод.

Долгое заточение сильно истощило ресурсы. Довело почти до катастрофического значения.

Но оно было гораздо сильнее.

Да, оно могло бы найти одинокого прохожего и пополнить свои ресурсы за его счёт.

Оно могло бы даже ворваться в толпу.

Но это было слишком примитивно. Слишком низменно. Оно так не хочет.

А ещё оно брезговало.

"Кто-нибудь" не устраивал оно. "Кто-нибудь" — это удел низших. "Кто-нибудь" — это удел слабых.

Оно было ослаблено. Но оно не было слабо.

А потому оно продолжало искать, скользя по теням и тёмным углам. Даже сама погода помогала оно, создавая серую хмарь дождя.

Но вот что-то изменилось в окружающем мире.

Ощущение. Нет. Запах.

Оно ощутило запах.

Не какой-то аромат — нет. Это был сильный запах.

Запах, который пробудил у оно голод с новой силой!

Ведь в этом запахе оно ощущало именно то, что столь угодно вкусу оно.

Оно скорректировало свой путь и устремилось по следу этого запаха, с каждой минутой ощущая всё новые и новые его ноты.

Запах манил. Запах притягивал. Запах завораживал.

А потом оно наконец увидело свою цель.

Цель билась с низшим существом.

Цель была умела.

Цель была хладнокровна.

К запаху примешалось и ощущение крови.

Оно радовалось. Оно ощущало весь искомый набор от цели.

Но оно должно ещё подождать.

Нельзя вмешиваться сразу.

Оно дожидалось когда цель ослабнет.

И только тогда оно совершит быстрый рывок и поглотит цель.

Оно приготовилось.

Глава 12

Внезапный танец

Терпеть присутствие преследователя было уже нельзя — следовало закончить это, не дав вмешаться каким-либо переменным, которые дополнительно осложнят ситуацию. Мне требовалось место для «переговоров». Что-то определённое — тихое, удалённое от посторонних глаз и, что самое важное, узкое. Глубокий переулок, петляющий между глухими стенами домов — идеальный вариант.

Быстрый поиск в телефоне — удача. Подходящий переулок нашёлся неподалёку. Пара сотен шагов и я на месте. Он был именно таким, как я и рассчитывал: не особо широкий, с опускными пожарными лестницами по бокам, несколькими мусорными контейнерами и ворохом всякого мелкого мусора — именно такой переулок, который я и искал. Я, ничем не выдавая настороженности, прошёл вглубь на пару десятков шагов. И вот позади раздался хриплый женский голос.

* * *

— Куда же ты так спешишь, красавчик? — её голос был даже по-своему привлекательным — низким, бархатистым и довольно манящим, с едва уловимой мистической ноткой, словно бы зовущей в какую-то тёмную сказку. Вот только на этот раз чары голоса не сработали.

Звук её слов эхом отразился от кирпичных стен переулка, пропитанных запахом гниющих отбросов и дождевой сырости.

Сильвер на мгновение замер, его спина, до этого расслабленная, напряглась подобно стальной пружине. Он медленно повернулся и, словно бы просто поправляя одежду, невзначай расстегнул пуговицу пиджака, освобождая быстрый доступ к рукоятям ножей, что покоились у него на поясе — простых, без изысков, но с клинками из хорошей армейской стали — ему повезло, что в наличии оказались именно такие.

Девушка замерла в десятке шагов от него: стройная, почти воздушная фигура с бледной, неестественно белой кожей, казавшейся фарфоровой под тусклым, мерцающим светом одинокого фонаря у входа в переулок. Её глаза светились заметным алым сиянием, а чувственные губы растянулись в усмешке, обнажая клыки — длинные, заострённые — у людей таких не бывает.

"Вампир? — промелькнуло в голове Сильвера. — Чёрт, я думал, это просто байки из фильмов. Но раз в этом мире существуют сверхлюди, то почему бы не существовать и таким вот ошибкам природы? Эх… А я-то надеялся, что моя догадка — это просто приступ разыгравшейся паранойи".

— Так что, красавчик, куда ты так спешишь? — повторила она, её голос перешёл в низкое рычание, словно у кошки, готовой к прыжку.

Она шагнула ближе, двигаясь с неестественной, плавной грацией, которая сразу выдавала в ней нечто большее, чем просто уличную маньячку. Каждый её шаг был бесшумен, а в глазах читалась холодная, безэмоциональная оценка добычи. Ощущение угрозы, которое чувствовал Сильвер, достигло своего апогея.

Он ей не ответил. Вместо этого он оценил пространство: переулок шириной в три метра, с пожарными лестницами, свисающими слева и справа, подобно металлическим паутинам, мусорные контейнеры у стены, полные ржавых банок и разбитого стекла, а под ногами — немного влажный от мороси асфальт, усыпанный окурками и обрывками газет. Место отлично подходило для грядущего боя — ни пространства, где от ножа можно уклониться, ни путей для отступления. А то, что бой будет, он даже не сомневался.

Он вынул ножи одним плавным движением и встал в стойку, держа один из ножей в атакующем, а второй в защитном хвате.

Девушка рассмеялась — звук, звоном колокольчиков разнёсся по пустоте переулка.

— О, ты принёс игрушки? Как же