Правила волшебной кухни 6 - Олег Сапфир
Самородок был размером с мой кулак и такой неправильной природной формы, что сомнений в его подлинности даже не возникало. Ни один ювелир не сможет подделать золото вот так… да и зачем?
Интересно, а сколько эта дура весит? Определить на глаз вес мяса я могу играючи, ибо профессия обязывает, а вот с драгметаллами настолько тесно не общался. Но как бы там ни было — ставка серьёзная.
— Фишки на все?
— На все!
Лепреконы за соседними столами обернулись, предвкушая зрелище. Я же посмотрел на всё это, покачал головой и решил, что конкретно мне здесь больше делать нечего. Во всяком случае пока что.
Поэтому я вышел из клуба и направился восвояси. В голове спокойно, в теле легко, а после встречи с феечкой ещё и весело. Хорошо всё-таки, что зашёл. Во-первых развеялся, а во-вторых узнал кое-что новое об изнанке этого причудливого мира. Кто знает, когда пригодится?
Поднявшись к себе в комнату, я лёг на кровать, закрыл глаза, а потом… потом наступило утро.
Итого поспать мне удалось часа полтора и можно сказать, что я только-только вошёл во вкус, но завтрак сам себя не сделает. Зарядка, ледяной душ, чистый китель и вперёд, вперёд, вперёд, к новым свершениям и в новый день. ПрОклятая рука сегодня вообще не болела и даже не беспокоила.
Итак! Тишь, благодать, а я стою и нарезаю помидоры на брускетты таким образом, чтобы через слайс было можно читать. А впереди меня ждёт удивительное приключение! Мой овощник наконец-то воспользовался словарём, перевёл «кориандоло» правильным образом и понял, что я от него хочу. Кинза. Три килограмма свежайший кинзы ждут, когда я переберу их листик к листику, а потом сделаю такое инновационное севичче, что жизнь итальянцев разделится на до и после.
Я уже мысленно пробовал его на вкус. Возьму две рыбы, красную и белую. Лосося и, например, дорадину. Нарезка формата тартар, сок лайма, капелюшечку сока грейпфрута чтобы захватить всю палитру вкусов, включая горечь, затем острый чили, красный лук и кинза. Много-много кинзы! Столько, чтобы свежесть доминировала надо всем остальным и играла первой. Сперва гости наверняка поморщатся и скажут, что Артуро Маринари выжил из ума, но потом… потом раскушают. Я всю эту картину видел ни раз, ни два, и даже ни десять раз. Чёрт! Уже не терпится сделать заготовку и ввести эту прелесть в меню.
Но у судьбы, как и обычно, были свои планы. Не успел я добраться до зелени, как Джулия позвала меня в зал.
— Говорят, к тебе, — сказала кареглазка, отхлебнув кофе, и утопала по своим делам.
Я же вышел с кухни и увидел, как на пороге робко топчутся четыре молодых паренька. Сказать «очень похожих» — значит совершить грубейшую ошибку, потому что ребята были буквально идентичны. Одинаковая одежда, одинаковая обувь, одинаковое телосложение, одинаковые причёски, но что самое главное — лицо. Одно на всех. Четверняшки, короче говоря. Как будто каноничного молодого чернобрового итальянца взяли, и размножили на копире. Или вообще клонировали, ведь чем чёрт не шутит?
Наконец братья перестали стесняться и прошли в глубь зала. Аккуратно приподнимая стулья, чтобы лишний раз не скрипеть ножками по полу, они расселись и теперь глазели по сторонам. Меню специально отодвинули подальше, и просто глазели.
— Странные, — прошептал я, уже предвкушая что это боевики из единорожной мафии, послушники ордена библиотекарей, родственники дона Карлуччи, которые собрались оспаривать право владения «Мариной» или вообще Жанлука, что волею аномальных аномалий сперва превратился в человека, а потом расчетверился по всем ипостасям своего многогранного характера. Но делать как будто бы нечего. — Доброе утро, синьоры, — сказал я как можно приветливей. — Хотите заказать что-то особенное?
Парни переглянулись, негласно выбирая переговорщика, потом один из них кивнул и обратился ко мне с неожиданной просьбой:
— Нам бы работу.
Голос у паренька был приятный, спокойный и… точно не уверен тавтология это или нет, но так и хочется сказать «с дикторской дикцией». Однако:
— О, нет-нет-нет, — ответил я, качая головой. — Простите, синьоры, но я уже нанял людей.
Все четверо переглянулись.
— Кхм-кхм. Видимо, нас-то вы и наняли. Дядя Габриэль сказал нам приходить сегодня.
Тут я чуть подзавис. Нет! Конечно, я помнил разговор с Греко и то, что мне позарез нужны официанты. Однако, когда разговор зашёл про выпускников кулинарного техникума, я представлял себе прыщавых робких чудовищ в самом разгаре пубертата, а не одинаковых на лицо итальянских жеребцов.
— Ага, — кивнул я. — Хорошо. А вы что, всё время вместе ходите?
— Ну да, — пожал плечами парень. — Вместе росли, вместе живём, вместе учились. И работать хотели бы вместе. А как иначе-то?
Последний вопрос прозвучал так искренне, и так по-детски наивно, что я мгновенно оттаял к ребятам. Они действительно не понимали, что в их одинаковости есть что-то необычное. Для них это было нормой, и с этой нормой они жили с самого рождения.
— Допустим, — ответил я. — Хорошо. Но есть один момент.
— Слушаем, синьор Маринари.
— Я вас не пока что не нанимал. Я сказал, что в теории могу вас нанять, а это не одно и то же. Сперва давайте-ка проведём собеседование.
Братья переглянулись и синхронно кивнули. Я же присел напротив и начал с самого простого, как на мой взгляд, вопроса:
— Как вас зовут?
— Биллио.
— Виллио.
— Диллио.
— А я Калоджеро.
— Ага…
Очень захотелось спросить по какому принципу родители придумывали имя для Калоджеро и как сократить его до уменьшительно-ласкательной формы, но я сдержался. Билли, Вилли, Дилли и Кало… гхм… просто замечательно.
Дальше я спросил у ребят, где именно они учились, чему учились, что знают и что хотят узнать. Потом погонял их по азам итальянской кухни. Потом по европейке в целом. Потом копнул в какие-то более специфические моменты и вот тут остался не совсем доволен, но всё-таки это дело наживное, было бы желание учиться. Плюс ко всему…
— Вы же в курсе, что вам придётся начать с работы официанта?
— Да, — хором кивнули все четверо.
— В винах разбираетесь? — спросил я, поминая добрым словом Прохора, перспективного сомелье, которого моя сестрица пригребла для каких-то своих собственных нужд.
— Разбираемся.
Все четверо наперебой начали перечислять сорта винограда, регионы и степени выдержки, пока я не поднял
