Мантия вампира - Сапир А. Инглард
Его давление довело меня до предела.
– Да пошел ты, – рявкнула я в ответ.
Хватка усилилась, его лоб прижался к моему, глаза горели ледяной яростью.
– Пора тебе запомнить свое место, Хендерсон, – прорычал он, отпуская шею и хватая меня за волосы, наклоняя голову назад.
Я задыхалась, но не успела возразить – его рот оказался на коже шеи у плеча, клыки нежно касались ее.
Ни один фильм не подготовил меня к тому моменту, когда он впился в мою кожу, заставив вскрикнуть от жгучей боли. Это было не похоже на киношную романтику – словно огонь вспыхнул в жилах, разгораясь под кожей. Но когда он сосал кровь, касался языком раны, боль медленно превращалась в нечто страшное. Нечто, что одновременно заставляло меня отталкивать его и тянуться ближе.
Когда его бедро раздвинуло мои ноги, а свободная рука обхватила талию, я вдруг поняла – это не только я чувствую безумие, бушующее между нами.
Мое тело горело, из груди вырвался стон, когда Рагнор потерся об меня сквозь джинсы. Я обнимала его голову, тянула к себе, пока он пил мою кровь, а каждое касание его языка наслаждением прокатывалось по мне.
Вся ярость превратилась в раскаленное, текучее пламя безумия, объясняющее, почему я начала двигаться, тереться, ездить на нем, желая избавиться от всех преград между нами.
Внезапно он отстранился от шеи, и я чуть не застонала от утраты, но его язык лизнул рану и поднялся к горлу, заскользив по нему. Его руки медленно прокрадывались под мою рубашку, касаясь ребер и талии, вызывая дрожь.
– Теперь ты поймешь, что ты моя, – произнес он хрипло.
Я оторвалась от него, ловя воздух.
– Я никому не принадлежу, – прошептала я, хотя и сама сомневалась.
И тогда он сказал то, что заставило меня остановиться.
– Метка не клеймо, а выбор. Ты выбрала.
И я почувствовала, как сердце мое замерло. Потому что где-то внутри меня уже не было той девчонки, что была до встречи с ним.
В этот момент я знала, что нам обоим предстоит пройти огонь и воду. Но если это случится – я не сдамся. Никогда.
Глава 15. Рагнор Рэйн
Рагнор сидел в затхлом пивном пабе, что принадлежал одному из членов его Лиги, внимательно разглядывая собравшихся. В углу, почти у самой стены, он заметил парочку – они тихо шептались, словно боясь нарушить тишину. На другом конце бара, где он сам устроился, троица друзей шумно отмечала чей-то день рождения, весело требуя новые кружки пива. Тонкий слух уловил разговор нескольких вампиров из его Лиги позади, которые расслабленно болтали, наслаждаясь вечером. Он узнал их всех: конечно, всех пятьсот двенадцать вампиров своей Лиги Повелитель знал не только по имени, но и по голосу, запаху, даже по мельчайшим деталям поведения.
Рагнор стучал пальцами по барной стойке, ловя фрагменты разговоров и ожидая.
– Ты настоящий мужик, Билл! – раздался громкий голос, сопровождаемый дружеским хлопком по спине.
Женщина из той пары в углу шептала:
– Уоррен никогда не подойдет Патрисии. Он слишком правильный…
За спиной Рагнора вампиры Майка и Джейсон обсуждали нечто более серьезное.
– Меня беспокоит Логан, – рассказывала Майка, заместитель директора Отдела вампирских ресурсов. – Он последние недели ходит на взводе.
– Да, на тренировках отряда он стал настоящей занозой, – вздохнул Джейсон. – Думаю, дело в том, что он теперь тренер в спортзале ИТК – никто не хочет работать с чертовыми новичками.
– А что с Самуэлем? – спросила Майка. – Он вел занятия с тех пор, как я стала вампиром.
– Я пытался поговорить с нашим Повелителем пару недель назад, – тихо ответил Джейсон. – Скажем так, меня довольно сильно заткнули.
Если бы они знали, что он здесь, никто из них не смог бы расслабиться. К счастью, один из плюсов быть Неприкосновенным – умение скрывать свое присутствие. Это работало настолько хорошо, что даже его собственные вампиры не подозревали ни о чем.
«Но на одного человечка это не влияет», – раздражающе напомнил шепот в голове, омрачив настроение.
Однако не было времени зацикливаться – звонок в дверь означал, что кто-то вошел. Рагнор узнал ее по запаху и легким, слишком тихим шагам, но все-таки обернулся, натянув капюшон глубже, наблюдая, как она подошла к нему – единственная, кто могла видеть его, потому что знала, что он здесь.
Элайза Уэйнс была бы непримечательной, если бы не устрашающий шрам, тянущийся от закрытого левого глаза до ключицы. Правый глаз – темно-карий, почти черный – сузился, когда она увидела его. Девушка откинула назад кудрявые песочно-коричневые волосы и забралась на стул рядом с Рагнором.
Сев, она пронзительно посмотрела на него.
– Что могло быть настолько важным, что пришлось вызывать меня аж из Парижа? – спросила она.
Он бросил ей сухой взгляд.
– Добрый вечер и тебе.
К ним подошел официант – вампир по имени Моисей. Элайза бросила на него злой взгляд.
– Принеси пива, – потребовала она.
Моисей нервно сглотнул и кивнул, а потом повернулся к Рагнору. Эффект маскировки исчезал, как только кто-то смотрел на него, что официант, собственно, и сделал. Побледнев, он с трудом спросил:
– Чего пожелаете, мой Повелитель?
– Четвертую положительную с джином, – тихо ответил Рагнор, не желая, чтобы остальные вампиры услышали его голос.
Моисей неуклюже, но излишне почтительно поклонился и ушел за напитками. Элайза приподняла бровь:
– Ну? – спросила она.
Он не любил работать с посторонними, особенно с теми, кто не был вампиром. Но лучшая команда не смогла разгадать последнюю загадку, и у него не оставалось выбора – пришлось обратиться к Элайзе.
Внутри все протестовало против того, чтобы впутывать ее в свои проблемы, но вариантов больше не было.
– В моей Лиге возникла проблема, и я не нахожу решения, – признался он.
Это явно ее заинтересовало.
– Рагнор Рэйн не может решить проблему? – удивилась она, глаза широко раскрылись. – Рассказывай.
Он бросил ей взгляд, который говорил «не нравится мне твой тон», но Элайза не привыкла слушаться кого-то и лишь усмехнулась:
– Я жду.
Сделав глоток, он рассказал все как есть.
– Месяц назад я собирался передать Метку последнему человеку в списке ожидания на этот квартал, – начал он, вспоминая тот вечер. – Сделал стандартную проверку безопасности, чтобы убедиться, что никто не заметит, если я или мои агенты подойдем к ней с предложением. У нее не было близких родственников, только две так называемые подруги и пара эмоционально отстраненных любовников. Их тоже проверил.
– Дай угадаю, – перебила Элайза, – кто-то из них оказался
