Мантия вампира - Сапир А. Инглард
– Красиво, – сказала она. Это не было шедевром и уж точно не было классическим произведением, но картина завораживала. Айлин Хендерсон могла и не быть великим художником, но в ней определенно было что-то творческое.
Рагнор молчал, устремив пустой взгляд на полотно.
Вздохнув, Элиза положила руку ему на плечо и сжала его.
– Ты поступил правильно, – сказала она. – Ты слышал, как она пела ту песню. Ты знаешь, что она означает.
Ее слова, похоже, не доходили до него. Рука скользнула с плеча, и она откинулась назад, уставившись на пустую сцену.
– Ты должен был купить ее, если собирался вот так страдать.
Наконец, это привлекло его внимание – он резко повернулся к спутнице, глаза вспыхнули неоновым синим.
– Разве? – горько спросил он, почти зарычав от бессилия. – Она была такой раздражительной. Высокомерной. Наглой. Грубой. Сводила меня с ума.
Элиза взглянула на его руки: он так сильно сжимал полотно, что пальцы оставили в нем вмятины.
– А теперь посмотри на себя, – тихо произнесла она. – Ты сломался, Рагнор.
Он отвернулся, бросая злой взгляд на картину.
– Я почти купил ее, Элиза, – прорычал он. – Купил бы, если бы тот задержался хотя бы на секунду дольше.
«Кто не успел – тот опоздал», – подумала девушка, но не решилась сказать это вслух. Не сейчас, когда Рагнор впервые показывал настоящие человеческие эмоции.
– В конце концов, хорошо, что отпустил, – тихо произнесла она. – Ты понимаешь это, правда?
Он закрыл глаза и обмяк в кресле.
– Она никогда не говорила, что знает легенды о Богах Морроу, – сквозь зубы процедил он.
Элиза сдержалась, чтобы не фыркнуть, но голос ее выдал цинизм.
– Ну да, ведь она так много о себе рассказывала, а?
Вампир поднял руку к лицу и глубоко вздохнул.
– Я устал, – тихо признался он. – Я чертовски устал.
– Знаю, – ответила она мягко. – Но ты поступил правильно. И ты это знаешь.
Потому что Элиза понимала: само существование Айлин Хендерсон было опасно. Что бы ее ни связывало с Детьми Кахиля – это не могло сулить ничего хорошего, особенно для Рагнора.
До Аукциона Элиза думала иначе. Она верила, что Айлин – та самая спасительная искра, ради которой Рагнор будет бороться, и была счастлива видеть, как он терзается из-за этой двадцатилетней девушки. Несмотря на ужасы прошлого, она продолжала верить, что Айлин была ему на пользу.
Но попытка призвать Богов Морроу все изменила. Элиза больше не могла поддерживать то, что происходило между Рэйном и этой девушкой. Она больше не могла поддерживать интерес Рагнора к ней.
Айлин Хендерсон стала врагом Рагнора Меха-Серафима.
Примечание автора
Дорогой читатель,
Надеюсь, книга доставила тебе столько же удовольствия, сколько и мне ее написание!
– Сапир
Благодарности
Я выражаю искреннюю благодарность маме, отцу, сестре, зятю, племяннику, племяннице, друзьям, редакторам и всем, кто поддерживал меня.
Особая благодарность Джорджии МакБрайд – моему замечательному литературному агенту.
