Плачущая - Александра Пивоварова
– Издевательство… – шепчу тихо, и в отличие от парня, двигаюсь к окну, надеясь найти ответ на вопрос, который терзает меня.
Рыдания становятся громче, кажется, что они уже проникли в дом и заполнили все пространство, они лезут в голову и пытаются вытеснить мысли. И в этом звуке ощущается боль и страдание. Он схож с плачем матери, потерявшей ребенка. Схож с плачем женщины на кладбище перед гробом мужа. И этот плач заставляет мое сердце биться быстрее от страха, он порождает грустные, подавляющие мысли.
– Стой! Не подходи к окну! – Вадим прерывает свою молитву и тянет ко мне руку, но сделать шаг не решается.
– Ну уж нет, я хочу взглянуть в лицо своему страху! – Резко дергаю полупрозрачную занавеску, и плач моментально прекращается, как будто кто-то выключил звук. – Точно издевательство! Ты ведь слышал? Это ведь не галлюцинация? Она была здесь?
Через вымытое до блеска окно виден ухоженный задний двор: аккуратно сложенные нарубленные бревна, свежевыкрашенные сараи и куры, выклевывающие остатки завтрака из сырой земли. И больше никого. Но мы оба слышали плач. И стук в дверь слышали. Вряд ли это можно списать на массовую галлюцинацию.
– Слышал… Но лучше бы оглох. Она стала сильнее… Ночь уже не сдерживает это порождение зла! – выдавливает из себя Вадим.
Я настолько запуталась, что готова поверить во что угодно. Мой рассудок просит о помощи, он перестает различать реальность и созданную кем-то иллюзию. Единственное, что еще удерживает меня от истерики, – это злость.
– Вадим, рассказывай сейчас же! Что это, мать твою, такое!
Без ответов я не уйду, я готова на любое безумие, чтобы добиться правды. Я хочу понять, что случилось двенадцать лет назад и что породило мои ночные кошмары, из-за чего меня перестали отправлять к дорогим людям и из-за чего я не смогла проститься с бабушкой, увидеть ее в последний раз.
Парень наполнил до краев стакан и выпил практически все за один глоток, даже не поморщившись. У меня бы желудок сгорел, а ему хоть бы что.
– Тринадцать лет назад в нашем поселке появилась женщина с двумя маленькими детьми. – Он без сил опустился на стул, но я остаюсь стоять над ним. – Мария. Она поселилась в заброшенном доме на краю Мирного, его руины ты должна была видеть, когда шла на кладбище.
Я заметила участок и несколько больших блоков – все что осталось от дома. Тогда я не обратила внимания, а сейчас вспоминаю, что на одиноко растущем дереве было повязано несколько лент, таких же как на болоте. Они были старыми и успели порядком выцвести, а вот на болоте были свежие, словно только вчера повязали.
– Какое-то время никто не связывал Марию и старую ведьму, слишком уж большая разница в возрасте, но, как позже выяснилось, Мария была племянницей Галины и скрывалась у нас от властей. Женщина сбежала из психиатрической больницы, выкрала детей у мужа и попыталась найти укрытие в нашей глуши, подальше от шумных городов. Она пугала меня своим видом с первой минуты. Ее темные распущенные волосы казались мне змеями, а ее длинное грязное платье, которое она, кажется, никогда не снимала, походило на больничное.
Шумные города сейчас кажутся куда привлекательнее, чем эта забытая даже богом лесная глушь.
– Ее дети не отличались особым воспитанием, никто из наших не хотел с ними играть, они были избалованы вседозволенностью и очень жестоки. Бросались с кулаками даже на взрослых, чего уж о малышах говорить, которые всегда возвращались домой с синяками.
Дети… Кажется, я что-то такое припоминала. Момент у реки, когда пришли какие-то дети и местные принялись с визгом швырять в них камни. Я стояла в стороне и не понимала, что происходит. Лица не запомнились, в отличие от гадостей, которыми местная детвора осыпала пришлых.
– Родители избитых детей не выдержали и попытались поговорить с Марией, но та послала всех к черту и пообещала спалить дом каждому, кто еще хоть слово скажет о ее кровиночках. Тогда родители пошли к Галине. Впервые обратились за помощью к ведьме. И она обещала что-то придумать. Мне кажется, ей было стыдно за свою семью.
Если Мария была психически нездорова, то заболевание вполне могло передаться и детям. Но куда же смотрели власти и медики? Если участковый понимал, что в поселке появилась безумная женщина, то почему не сообщил в соответствующие органы? Или Вадим о чем-то умалчивает?
– Так прошел год, после обращения к Галине казалось, что дети стали вести себя лучше, но вот Мария стала более замкнутой, практически не показывалась на улице, не разговаривала с соседями и пускала в дом только свою тетку. Но лето того злополучного года все изменило. В поселок въехал белоснежный автомобиль, за рулем которого был представительный мужчина в костюме. Он расспрашивал всех встретившихся о Марии, и ему указали на нужный дом. А что было дальше, известно только покойникам.
Вадим вновь потянулся к бутылке и наполнил свой стакан.
– Я знаю эту историю больше из слухов и подслушанных разговоров мамы, потому что сам тогда был еще юн… Соседи почуяли неладное только тогда, когда крики о помощи стали слышны на улице. Приехавший мужчина вытащил Марию из дома, прижал ее голову к старому пню и замахнулся топором, выкрикивая проклятия. Дед Федор, светлая ему память, оттолкнул мужика – считай, спас эту полоумную. Мама рассказывала, что завязалась потасовка, приехавшего держали трое, чтобы тот не добрался до Марии, которая все кричала, что он убьет ее и детей. А после явилась Галина. Со слов мамы, ее появление принесло тишину, мужчина перестал вырываться и вмиг замер, как околдованный. Галина что-то шепнула ему, и тот, как в трансе, сел в машину и уехал, словно ничего не случилось.
Скандал… А ведь я, кажется, помню его. Бабушка обсуждала что-то похожее с соседями. Но все так смутно, какими-то обрывками.
– Казалось, проблема была решена, но утром следующего дня случилось куда более страшное. Марию заметили сидящей на коленях у кладбища, полностью в крови. Она бормотала что-то несвязное. Единственные понятные слова были о ее муже и о том, что он больше не тронет ее. Но людей волновало не это, а ее дети, точнее, их отсутствие. В этот раз даже Галина не могла добиться от племянницы правды, ведьма на коленях умоляла ее пойти в лес на поиски, ведь Мария со смехом указывала в его сторону.
Я с трудом сглотнула. Чем больше Вадим говорил, тем сильнее
