Универсальный солдат II. «Воскресший». Книга вторая - Иван Владимирович Сербин

О’Брайен сорвал со стойки чёрный пенальчик микрофона и принялся нажимать на кнопку вызова.

— «Чарли-фокстрот один», я — «Чарли-фокстрот два», орал О’Брайен.

— «Чарли-фокстрот один». «Чарли-фокстрот два», слышу вас хорошо, в чём дело?

Ирландец хотел было пояснить, что их сшиб этот полоумный, они в кювете и некому прикрывать «линкольн» сзади, но в эту секунду рация замолчала.

* * *

Участок от бульвара Хоутхорн до Сепельведа, именуемый Голд-авеню, оказался единственным, где из-за сильного движения снайперы, как и наблюдатели, вынуждены были занять позиции в окнах домов, на четвёртых и пятых этажах, чтобы лучше видеть автомобильный поток.

Прайер обернулся. Он не мог разглядеть, что за машина идёт сзади, но почти тотчас же в разговор вклинился один из наблюдателей.

— «Чарли-фокстрот один», я — «Виктор-браво семнадцать». «Чарли-фокстрот два» отсечён от вас. Мы засекли их, объект идёт сзади.

Прайер рванул из кобуры висящий под левой рукой никелированный «кольт». В эту секунду он уже не думал о ловушке, устроенной сержанту Эндрю Скотту, а решал только, как бы точнее поразить цель.

Скотт начал опускать боковое стекло «шевроле». Он знал, что сейчас, в эту секунду, сзади, с параллельных улиц, на Редонда-бич выезжают машины прикрытия. Конечно, он верно оценивал силы вьетконговцев, они никогда не поехали бы без прикрытия. Две машины сопровождения — это ерунда, дешёвка, трюк для отвода глаз. Наверняка по всем закоулкам сидят ви-си, вроде тех, что ехали в «бьюике», и поджидают их появления. Однако сержанту было наплевать на это. Ему сейчас было вообще на всё плевать. Он не думал и о том, смогут они оторваться от преследования или нет. В общем- то, он не думал даже о том, спасутся ли они вообще или, может быть, их убьют через несколько минут.

Сейчас все его мысли казались узкой стальной стрелой, направленной в цель. И целью этой была маячащая в заднем стекле «Континенталя» голова Рони Робертс. Скотт видел, как один из охранников поднимает руку, чтобы пригнуть девушку к переднему сиденью и тем самым убрать её из сектора обстрела. Он также понял, что не успеет опустить стекло до конца, и размахнувшись ударил в окно локтем. Звук был такой, словно в кабине «шевроле» наступили на россыпь «шутихи». Блестящие в лучах солнца осколки осыпались на дорогу и на колени самому сержанту. Но он не обратил на это внимания.

Высунувшись из окна Скотт навёл автомат на заднее стекло «Континенталя». Вот охранник начал пригибать вьетконговкувниз. Движение было размытым и нечётким. Глаза сержанта слезились от бьющего в лицо ветра. Он быстро поднял «хеклер», словно заслоняясь от этих резких, секущих порывов. На самом же деле Скотт, прижавшись щекой к ледяному боку автомата, наводил прыгающую сетку дальномера на голову Рони Робертс. В какую-то долю секунды красное пятнышко прицела легло на запястье агента, и Скотт нажал на курок. Он увидел, как гук дернул рукой, когда пули раздробили ему кость, прошив руку насквозь. Рони на секунду подалась назад, и в это мгновение шесть вылетевших из ствола «хеклера» девятимиллиметровых кусочков железа разнесли ей голову.

Стекло «линкольна» рассыпалось искрящимися брызгами. В ту же секунду сидящий в здании снайпер, поймавший голову Скотта в перекрестье прицела, нажал на курок. Сегодня удача явно сопутствовала Джи-Эр-13. В то самое мгновение, когда стрелок тянул спусковой крючок, Патрик Ли Джонс принял чуть влево, стараясь предоставить сержанту более удобную позицию для стрельбы. Пуля прошла по кисти Скотта, располосовав её до крови и ударила в переднее крыло. Снайпер быстро передернул затвор. Однако Джи-Эр-13 уже скрылся в кабине машины.

Самое главное было сделано. Вьетконговская сука умерла.

Сидящий за рулем «линкольна» Свен Нильсен нажал на тормоз. Машину начало разворачивать вокруг оси. Когда Прайер увидел прямо перед собой «импалу», он несколько раз выстрелил прямо сквозь лобовое стекло «Континенталя». Салон «линкольна» заволокло пороховым дымом.

Впрочем, сидящий за рулем «шевроле» парень тоже оказался не худшим водителем. Реакция его была практически моментальной. Он тоже нажал на тормоз и машина пошла

юзом. Автомобили глухо стукнулись бортами. Перед взглядом Прайера мелькнуло равнодушное лицо Ли Джонса, а затем «импала» резво рванула вперед. Агент даже не успел как следует прицелиться. Он выпустил несколько пуль вдогонку «импале», однако больше стрелять не смог.

«Шевроле» быстро понёсся к Сепельведа-бульвару по разделительной полосе, ловко маневрируя среди приторма­живающих машин. Убийцы скрылись слишком быстро. Снайпер сумел выстрелить всего два раза. И оба раза почти не целясь, прямо сквозь крышу автомобиля. Одна из пуль расплющила часы на приборной панели «импалы», а вторая вошла Ли Джонсу в правую ногу и, прошив ткани бедра, вонзилась в кресло.

Наблюдатель схватил рацию.

— Внимание, «Виктор-браво семнадцать», объект направ­ляется в твою сторону! Они направляются в вашу сторону!

Несколько машин прикрытия устремились следом за «шевроле». Однако им было сложно прорваться сквозь затор, возникший на Редонда-бич. Проклятые зеваки притормаживали, а некоторые останавливались вовсе, чтобы разглядеть последствия перестрелки, происшедшей на магистрали.

Через несколько секунд «шевроле» уже сворачивал с Сепельведы на юг. А еще примерно через двадцать секунд Ли Джонс выехал на бульвар Торренс. Там унисол притормозил. «Импала» вкатилась в крохотный тупичок между двумя жилыми зданиями и остановилась. Убийцы выбрались из салона и неторопливо пошли прочь.

Машины прикрытия в это время только-только показались на Сепельведа. Уже через полминуты всем стало ясно: они опять потеряли Скотта. Можно было предпринимать всё, что угодно. Блокировать район, вызывать вертолёты, однако это ничего не дало бы. Прайер был в этом уверен.

Он поднял руку и ощупал собственное лицо. Всё оно было заляпано красным. На спинке переднего сиденья валялось то, что осталось от головы Рони Робертс.

— Ну как, мисс Робертс? Как вы себя чувствуете? — спросил Прайер.

— Спасибо, я думаю, лучше, чем эта штука, — Рони поднялась из узкого пространства между передними и задними сиденьями. Она откинула манекен на спинку и внимательно осмотрела то, что осталось от её головы. — О, господи, страшно подумать, это могла быть я, — произнесла она. Хорошая подделка.

Половина салона была заляпана фальшивой кровью. В переднем стекле «линкольна» виднелись четыре пулевых дыры. Бернард Страхан зажимал простреленную руку.

— Вызывай