Универсальный солдат II. «Воскресший». Книга вторая - Иван Владимирович Сербин

— Тогда понятно, — пробормотал Лоренс, — почему у трупов отрезаны уши.

— Что? — встрепенулась Рони. — Что вы только что сказали? Повторите.

— Он отрезает уши у своих жертв. Понимаете, раньше во Вьетнаме, — пояснил Лоренс, — существовал довольно страшный и, с точки зрения человеческой морали, неприем­лемый обычай — отрезать у трупов убитых врагов правое ухо. Американским военнослужащим, также как и вьетконговцам, платили за это деньги. Если я не ошибаюсь, что-то порядка пятнадцати долларов за каждое ухо. Левые уши не считались. Если принимать за основу вашу версию, то всё встает на свои места. И отрезанные уши, и его стремление продвинуться как можно дальше на запад. И оставшийся в живых только потому, что безропотно отдал свою машину, Мюрей Мигдли. Конечно же, он едет именно сюда, в Лос-Анджелес, и именно по вашу душу, миссис Робертс.

— Но теперь-то вы сможете остановить его? — обеспокоенно спросила Рони.

— Мы постараемся сделать это, — ответил Прайер.

— Что значит, постараемся? Господи, вы что, хотите сказать, что этот полоумный проехал от Техаса до Калифорнии, и вы так и не смогли отыскать его?

— Я вам уже говорил, он очень хитёр, — вступил в разговор Лоренс. — Он чертовски хитёр. В последний раз его попытался задержать полицейский патруль в маленьком населённом пункте под названием Сюрприз. Это один из кварталов Финикса.

— И что? — встревожилась Рони.

— Он изуродовал четыре машины и сбил вертолёт. Все полицейские мертвы. А после этого Скотт словно провалился сквозь землю. Мы подняли на ноги все наши силы, однако нам так и не удалось найти ни малейшего следа. Он словно исчез, испарился. Пропал буквально за двадцать минут. По­лицейские при помощи военных прочесали всю округу, заходили во все дома и даже осматривали сараи и ангары. Но им так и не удалось найти, ни грузовика, ни патрульной машины, на которой ехал сам Скотт. Мы пытаемся отыскать его, но пока тщетно. К сожалению, я вынужден признать это, до настоящей минуты Скотту удавалось перехитрить нас.

— О, чёрт, — вновь сказала Рони. — Чёрт, чёрт, чёрт. И это Управление Национальной Безопасности. Ну, поздрав­ляю, подруга. Похоже, у тебя начались настоящие неприят­ности.

Прайер смущенно кашлянул в темноте.

— Постойте, миссис Робертс. Я, конечно, понимаю ваше волнение...

— Волнение? — перебила его Рони. — Да о чём вы гово­рите, чёрт побери? Хотела бы я посмотреть, как заволнова­лись бы вы, зная, что за вами охотится целая банда унисолов. Волнение! Хорошенькое вы словечко подыскали. Блядь, да я в панике!

— Подождите, — уже более жестко перебил девушку агент. — Теперь мы знаем, куда он явится, и мы можем устроить здесь настоящую засаду. Стянуть сюда столько агентов, сколько сможем собрать за полдня. Поставим здесь настоящие оборонительные заслоны. Ни Скотт, ни любой из его людей не смогут проникнуть сюда. Так что вам волноваться не о чем. С вашей головы не упадет ни один волосок Это я вам могу обещать. Как бы ни был хитер Скотт, для того, чтобы расправиться с вами, ему придется войти в дом, в котором будут находиться наши люди. Мы перекроем все возможные пути проникновения в «Сандл вудз апартаментс». Мы установим пикеты снаружи. Наши наблюдатели будут контролировать все подъезды к дому из соседнего здания.

— Да? Вы думаете, если он до сих пор обводил вас вокруг пальца, то не сможет сделать этого здесь, в Лос-Анджелесе? Чёрт побери, я сомневаюсь в этом! — Рони прищурилась. Какого дьявола, в самом деле, мы будем сидеть и ждать, пока он не заявится сюда?

— Но он не сможет вас убить, честное слово.

— А что, если он не будет слушать вашего честного слова, а просто возьмёт и убьёт меня?

— Это исключено.

— Но все же, может быть вы увезете меня отсюда? — спросила девушка. — Какого дьявола мне делать в доме, если Скотт вообще даже не увидит меня? Увезите меня, спрячьте где-нибудь!

— Вы действительно так боитесь, миссис Робертс? — спросил Лоренс.

Рони нервно засмеялась.

— Чёрт побери, это прекрасно! Просто великолепно! Он ещё спрашивает, боюсь ли я! Знаете, давайте-ка мы с вами поменяемся местами. Наряжайтесь в мою одежду и ждите тут, пока сержант Скотт придёт и выпустит вам кишки. Да­вайте! Ну, что же вы молчите? Вам-то, я смотрю, совсем не страшно!

— Успокойтесь, — оборвал её Лоренс. — Давайте-ка лучше подумаем, что мы можем предпринять для того, чтобы унисолы вообще не смогли подойти к дому. Миссис Робертс...

Рони показалось, что в данный момент он смотрит куда- то в её сторону, старательно пытаясь разглядеть в темноте её лицо. Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Девушка уже и сама различала силуэты агентов в креслах. Мало-помалу её глаза тоже привыкали к сумеркам. Они действительно сидели, наклонившись вперед.

— Миссис Робертс, — повторил Лоренс. — Может быть, вызнаете какую-нибудь деталь, которая отличает унисола от обычного человека. Ну, может быть они как-то не так двигаются или как-нибудь неестественно себя ведут. Что-то такое, что помогло бы нашим людям определить их ещё до того, как они выйдут на подъездную дорожку. Скажем, в том случае, если наши патрульные машины будут постоянно объезжать квартал.

Рони задумалась. Этот вопрос несколько увёл её от тех тяжёлых размышлений, которым она предавалась секунду назад. Злость схлынула.

— Чем отличается унисол от человека? Ну, они двигаются немного странно, — наконец пробормотала она. — Знаете, как плохие роботы в кино. Такие чуть рваные движения. Хотя, когда Скотт заявился в дом Люка, он выглядел уже абсолютно нормально. Как полноценный человек. Так что это вам вряд ли поможет.

— Вспоминайте, может быть есть что-то ещё? — по голосу Рони показалось, что Прайер нахмурился.

— Ещё... Ещё... — Рони подумала. — Нет, боюсь, что ничем не смогу вам помочь.

— Ну что же, — Прайер вздохнул. — Очень жаль. Мне действительно очень жаль.

— Может быть, хотите чего-нибудь? — спохватилась Рони. —