Универсальный солдат II. Проект «Унисол». Книга первая. - Иван Владимирович Сербин

— Так. А откуда они знают, что стреляла старуха?

— По направлению выстрела. Выстрел производился с низкой точки. То есть, скорее всего, стреляющий был низкого роста. А во-вторых, палили от двери. На коже ни ожогов, ничего. Стреляли из пушки двадцать второгокалибра. Вполне безобидная игрушка и, согласись, для мужчины достаточно редкая. Особенно для ликвидатора. Уильям дернул плечом:

— И всё же Паретски уложили именно из этой, как ты говоришь, «безобидной игрушки». Кстати, маленький ка­либр — это еще не гарантия, что стреляла именно старуха.

— Конечно. Но два человека там были. Это точно.

— А ты не думаешь, что это мог быть один и тот же человек? Просто он перешел с места на место.

— Нет, — блондин покачал головой. — Мы прослушивали запись. Выстрелы следуют с разрывом, меньше чем в секунду. Так что, их там было двое. Я уж не говорю о том, что эти двое ребят вскрыли восемь наших «жучков». Понимаешь, о чём я?

Маршалл кивнул.

— Они — профессионалы. И профессионалы очень высокого класса. Точно, — Халек улыбнулся. — Так что, похоже, у нас возникла серьёзная проблема.

Уильям пригладил волосы на висках.

— Пока я ещё не вижу крупных проблем. Появление этих двоих ни о чём конкретно не говорит. Кто-то решил поинтересоваться личной жизнью миссис Робертс. Вот и всё. А Паретски нарвался на них.

— Но мы-то знаем, что это не так, — Халек хитро прищурился.

— Разумеется, — Маршалл кивнул. — Однако это не обязательно знать остальным. Ты меня понял?

— Конечно, — блондин откинулся в кресле и сладко потянулся. — Ох, и набегался я сегодня, сил нет.

— А что с остальным? — Уильям вновь взял со стола Досье и принялся механически перелистывать страницы.

Всё в порядке. Я дал необходимые распоряжения.

— А Дункан? — Маршалл на секунду оторвался от созерцания фотографии и посмотрел на подчинённого.

Блондин кивнул:

— Он уже здесь. Блэйк привез его. Они в Лейк-Элси­норе, в «Шестерке». Как и договаривались.

— Прекрасно. Хорошая работа, Халек.

Атлет довольно улыбнулся:

— Спасибо. Ты мог бы и не говорить мне этого.

— А что с полицией?

— Копы вот уже час как ждут её. Собираются узнать, застраховано ли было её имущество, — Халек засмеялся высоким тонким смехом. — Ничего, будет для неё лишним уроком. Эта девчонка и так сует нос не в свои дела. Так что немножко волнения ей не повредит, — Халек расстег­нул пиджак и ослабил узел галстука. — Правда, с трупами у нас пока глухо.

— Совсем ничего? — лицо Уильяма сразу приняло скучающее выражение.

Халек прекрасно знал своего босса, чтобы понять: тот недоволен. Это, пожалуй, было единственное, с чем он не справился на сегодня. Но тут дело зависело не от него. Если трупов нет, то их нет. Не может же, действительно, он сам поехать и настрелять десяток-другой «зелёных беретов». В самом деле, смешно. Тут блефовать не годит­ся. Нужно, чтобы парней начинили свинцом где-то на боевой операции. Вот тогда, пожалуй, их можно будет забрать безболезненно, и не привлекая внимания. В про­тивном же случае Пентагон поднимет настоящий вой. У них и так смертность на уровне. Учитывая всю эту шуми­ху, поднятую в последнее время вокруг армии, дело может принять совершенно неожиданный оборот.

Так думал Халек. Так же думал и Уильям Бредли

Маршалл. Однако, Маршалл, в отличие от Халека, еще и понимал глубину риска, который вызывают задержки. Наделённый гораздо лучшим чутьем, чем Халек, он соот­ветственно сумел лучше представить масштаб проблемы, обрушившейся на них сегодня. Судя по улыбке, Халек относился к ней несколько легкомысленно, чего нельзя было сказать о Маршалле. То, что кто-то сунул нос в их дела, было чертовски плохо. Поскольку это были профес­сионалы, стало быть, Рони Робертс заинтересовались служ­бы рангом не ниже, чем ЦРУ. А значит, в случае пропажи Люка Девро те же ведомства очень захотят знать, где он находится. Не из-за неё же, в самом деле, вся эта заваруха.

Не надо много ума, чтобы понять: Люк Девро — слишком лакомый кусок для того, чтобы на него не сле­телись крупные хищники. Другое дело, что Маршалл успел раньше подготовиться и раньше начать. Осознавая преимущество противника, чужаки должны драться гораз­до более отчаянно. Они, так же, как и Маршалл, отстаи­вают своё будущее, свою карьеру, свою жизнь. А значит драка предстоит серьёзная. Они навалятся на него всей толпой. Вполне возможно, что ещё и другие спецслужбы уже проявили к Рони Робертс свой интерес, просто людям Маршалла пока не удалось засечь их. И если бы сегод­няшние гости не полезли в квартиру, а ограничились только наружным наблюдением, возможно, дело бы тем и закончилось.

— Ты сегодня поедешь со мной, — Маршалл посмот­рел на подчинённого.

Блондин кивнул:

— О’кей. Будет серьёзное дело?

— Достаточно серьёзное. Ты поедешь со мной к Рони Робертс.

— Хм-м, вот оно что, — брови Халека поползли вверх. Он как будто сильно удивлялся, хотя данное выражение лица означало совсем другое. Блондин был озадачен.

— Что с грузовиком? — резко спросил Маршалл.

Халек давно освоился с этой привычкой своего босса перебивать самого себя. Поначалу его это озадачивало и выбивало из колеи. Однако теперь атлет научился делать бесстрастное лицо, что давало ему секунду-другую на обдумывание ответа. Вот и сейчас всякое выражение спол­зло с его лица, сделав Халека похожим на застывшего манекена. Однако, уже через секунду он разлепил губы для того, чтобы произнести:

— Всё в порядке. Трейлер перегонят в Техас к среде.

— Чудесно, — Маршалл потер сухие ладони.

Он выбрался из кресла, налил себе стакан воды и выпил его одним глотком. Затем спокойно, размышляя о чём-то, подошёл к стулу, снял со спинки наплечную кобу­ру и принялся застегивать её, прилаживая так, чтобы она не болталась во время ходьбы. Когда пистолет занял привычное место, Уильям обернулся к продолжающему сидеть атлету.

— И всё-таки постарайся решить эту проблему с тру­пами как можно быстрее, — сказал он.

— Разумеется. Ребята уже наготове.

— А лёд?

— У нас три морозильника, полных льда. Всё готово.

— Вот и отлично. А если ко вторнику трупы не появят­ся, можешь сам проявить инициативу.

Брови Халека начали сдвигаться к переносице, однако он вовремя овладел собой. Лицо его вновь застыло бес­страстной, равнодушной маской.

— Надеюсь, ты не хочешь сказать, что я должен...

— Я ничего не