Универсальный солдат II. Проект «Унисол». Книга первая. - Иван Владимирович Сербин

— Нет, друг, тридцатка, — Блэйк улыбнулся ещё шире.

Стоя рядом, Айзек переминался с ноги на ногу. Он был несказанно удивлён. По крайней мере, он не ожидал, что Блэйк будет платить деньги. Ведь, казалось бы, чего про­ще. Сунь он водителю в нос удостоверение и прикажи отвезти, тот даже пикнуть бы не посмел. Однако, Блэйк явно несобирался раскрывать себя.

— У меня жена и двое детей, — вторя ему, ещё шире расплылся негр. — Поэтому я отвезу тебя за тридцатку. Садитесь.

Блэйк с довольным видом выпрямился и кивнул Дун­кану на заднюю дверцу.

— Забирайтесь, док, — сказал он.

Айзек с сомнением посмотрел на такси. Не то, чтобы его пугала эта поездка. Как разумный человек, он понимал, что до того, как он сделает заказанную Маршаллом работу, с ним ничего не случится. Однако, за каким чёртом им пере­ться в такую даль? Что задумали эти ребята? Воображение быстренько услужливо принялось рисовать ему какие-то кровавые картины времен Великой Инквизиции, в которых главным объектом внимания было его рыхлое белое тело, болтающееся на ржавых, замызганных цепях.

Айзек почувствовал, как у него начинает трястись нижняя губа. Однако усилием воли он одёрнул себя.

«Подожди, не бойся. Мы же цивилизованные люди и живем в цивилизованном обществе. Да и собственно, зачем им это делать со мной? Я ведь и так согласился на их условия».

— А зачем мы едем так далеко? — спросил доктор у Блэйка, встревоженно вглядываясь в лучезарно улыбаю­щееся лицо.

— Да не волнуйтесь, док. Ничего особенного, — успо­коил тот собеседника. — Считайте, что это всего-навсего небольшая туристическая поездка.

— Господи, я, право, не понимаю... — начал было Айзек, но охранник тут, же перебил его.

— Забирайтесь в машину, док, — серьезнее сказал он — Поверьте мне на слово, с вами ничего не случится. И не заставляйте меня применять силу.

В этот-то момент Айзек и увидел в его глазах ту самую пелену безразличия, которой так боялся всегда. То же самое он видел в глазах унисолов. Возможно именно поэтому, из-за этой пелены, унисолы и отождествлялись у него с людьми. Всё-таки в чём-то и люди, и они были равны. Айзек даже знал, в чём. В праве на убийство. Дункан тут же вспомнил, что такие же глаза ему доводилось видеть на фотографии одного из «серийных» убийц, напечатанной на обложке газеты «U.S.A. Today». И Айзек мгновенно поверил в то, что Блэйк не задумываясь, осуществит свою угрозу, если он не последует его совету сейчас же.

Тяжело вздохнув и стараясь всеми силами сдержать ходящие ходуном пальцы, доктор открыл дверцу такси и забрался на заднее сиденье.

«Эй, толстяк, — ехидным шепотком сказал ему мало­летний собеседник, — не дрейфь так. Если бы этот парень задумывал кое-кого убить, то никогда не посадил бы свою жертву у себя за спиной».

«Да, пожалуй, — согласился Айзек, несколько успокаи­ваясь и поправляя баул, неудобно лежащий на коленях. — Конечно, никогда бы не посадил. А собственно, зачем ему сажать кого-то у себя за спиной?»

В то же время он отчетливо осознавал, что при жела­нии Блэйк убил бы его спокойно, сидя и на переднем сиденье. И потом, похоже, этот агент прекрасно разбирал­ся в людях, а соответственно и знал, что доктор Дункан не сможет сделать ему ничего плохого. Так что, вполне возможно, что утешение толстяка было преждевремен­ным, хотя, несомненно, успокаивающим.

Айзек выдохнул и расстегнул верхнюю пуговицу ру­башки.

— Чёрт, какая жарища, — пробормотал он.

— Ага, — добродушно согласился, кивнув, шофёр. — Я тоже самое сказал своей старушке сегодня утром. Верите-нет, слово в слово.

— И не мудрено, — поддакнул Блэйк. — Жара действительно оглушающая.

— Это что, сейчас ещё полегче, — крякнул шофёр. — Вот утром было...

Дребезжащий всеми четырьмя рессорами автомобиль выскочил на Сан-Диего фривэй и помчался на юг. При этом он издавал страшные звуки предсмертной агонии. Правая дверца лязгала, под брюхом что-то истошно скри­пело. Словом, машина громыхала, кряхтела и крякала.

Айзек Дункан всерьез испугался, что его смерть может случиться даже гораздо раньше, чем это планирует Уи­льям Бредли Маршалл.

«Господи, как эта развалюха ещё ездит, — подумал он. — Похоже, её можно было бы выставлять в музее, как первое средство передвижения пионеров-поселенцев. Я бы не удивился, если выяснилось бы, что её использовал ещё генерал Грандт в годы войны Севера и Юга».

Айзек утёр пот со лба. Он с отвращением почувство­вал, как рубашка прилипает к телу, несмотря на то, что все четыре окна такси были открыты. А может быть как раз благодаря этому. Жаркий воздух волнами вплывал в салон, кружа голову и заставляя Айзека, а заодно водите­ля и Блэйка, истекать потом, подобно тому, как рождест­венская индейка потеет в жаркой духовке. Ещё через три минуты доктор понял, что колымага явно не предназна­чена для перевозки людей. Разве что каких-нибудь жите­лей Африки, которые совершенно равнодушны к жаре, тряске и прочим прелестям.

— А вы, должно быть, с севера? — словно прочитан его мысли, осведомился шофёр.

— Точно, — засмеялся Блэйк. — Из Шелби, Монтана. Знаешь?

Негр прищелкнул языком и покачал головой:

— Не бывал никогда в Монтане. Вообще предпочитаю на север не выезжать. Знаешь, привык к жаре.

Блэйк засмеялся:

— Да уж это точно. Чего-чего, а жары у вас тут хватает.

— Ага, — тряхнул курчавой головой шофёр.

У Лаудэйла машина свернула на Редонда-бич и двину­лась на восток. Надо сказать, вопреки ожиданиям двига­лась, колымага достаточно быстро.

Айзек привалился к сиденью и закрыл глаза. Спать ему не хотелось, он просто обдумывал ситуацию. Даже «куку­шичий птенец»[VIII] понял бы, что ни о какой прогулке речи не идет. Вопрос заключался в другом: зачем его сюда привезли? Какую цель преследовал Маршалл? Ведь не для собственного же удовольствия его потащили из Техаса сюда? Тем более на такой короткий срок.

Айзек ничего не смог припомнить, кроме того, что в Лос-Анджелесе находилась базовая контора Маршалла. Тем более странным было соотношение вещей. База — в Лос-Анджелесе, а вилла — в Техасе.

«Хотя с другой стороны, — думал Айзек, — подчас ЦРУ совершает поступки, вообще неоправданные с точки зрения простого обывателя. У них своя логика поступков и событий. И свой взгляд на вещи. И надо признаться честно, они редко ошибаются, что бы там ни говорили про