Двое в Лондоне - Лао Шэ
– Кэтрин? А почему она спрашивала о нем? Разве она с ним знакома? – Глаза Мэри округлились, она покраснела и спрятала гребешок в карман.
– Я не знаю, – нахмурился Ма Вэй. – Извини, если случайно задел тебя, но я не знаю их отношений. Так или иначе, у человека может быть не один друг, не правда ли? – Он иронически усмехнулся.
Девушка гневно взглянула на него и, ни слова не говоря, выскочила за дверь.
9
Миссис Уэндел, вытянув шею, шла по улицам, переулкам, а господин Ма, съежившись, поспевал за ней. Поспевать становилось все труднее, потому что ее энергия неуклонно усиливалась, а его – ослабевала. После обручения им следовало идти, по крайней мере, рядом или под руку, но прогуливаться под руку со старым китайцем было немыслимо, и вдова уже немного раскаивалась. Да и Ма Цзэжэнь был близок к раскаянию: если бы он шел с китаянкой, та болталась бы на несколько саженей сзади, а теперь женщина им помыкает! Но иногда миссис Уэндел останавливалась, поджидала его, он подбегал, они оба улыбались, и раскаяние проходило.
Они зашли в большой ювелирный магазин. Господин Ма хотел посмотреть обручальные кольца, а продавец раскрыл перед ними коробку с медными колечками по четыре пенса, какими играют маленькие девочки. Ма Цзэжэнь попросил кольца подороже, продавец удивленно взглянул на него и достал коробку с посеребренными кольцами по три шиллинга за пару.
– Пожалуйста, еще дороже! – сказал господин Ма.
Продавец натянуто усмехнулся:
– Они будут стоить фунт!
Миссис Уэндел побагровела и тронула Ма за руку:
– Пойдем туда, где продают дорогие вещи!
Ма Цзэжэнь кивнул.
– Извините, госпожа! – поспешно молвил продавец. – Я ошибся, думал, что господин – китаец, а он, оказывается, японец! У нас много японских клиентов… Извините, пожалуйста, я сейчас достану хорошие кольца!
– Этот господин – китаец! – с вызовом произнесла миссис Уэндел.
Продавец еще раз взглянул на Ма Цзэжэня и принес новую коробку, с золотыми кольцами.
– Эти все дороже десяти фунтов! – злорадно ухмыльнулся он.
Господин Ма тоже вошел в раж и оттолкнул коробку:
– А дороже двадцати фунтов есть?
Продавец изменился в лице, явно возмечтав вызвать полицию, потому что китаец, который носит с собой больше двадцати фунтов, – это наверняка разбойник; у обычных китайцев и фунта не увидишь. Пока он колебался, миссис Уэндел схватила господина Ма за руку и вывела из магазина. Продавец тут же бросился записывать приметы китайца, чтобы удобнее было доложить полиции, если где-нибудь произойдет грабеж.
– Не будем ничего покупать, не будем! – твердила в ярости вдова.
– Не надо сердиться! – попытался успокоить ее Ма Цзэжэнь. – Это не магазин, а лавчонка, в нем нет приличных вещей, пойдем в другое место!
– Нет, я не вынесу этого, возвращаемся домой! – бросила она и, увидев подошедший автобус, птицей влетела в него. Господин Ма пробежал несколько шагов за автобусом, растерянно поглядел ему вслед и пробормотал:
– Ох уж эти иностранки, какие строптивые!
Долго он сокрушался: невеста сбежала, сын его не слушается, чиновничья карьера не удалась, машины носятся как бешеные… «Что же делать? Абсолютно непонятно! Пожалуй, остается только терпеть, но не стоит сразу возвращаться домой – пусть они увидят, что мне все равно, а то чем лучше я себя веду, тем больше они распоясываются. Правильно, не буду торопиться!»
Он взял такси и отправился к пастору Ивенсу.
– Я знаю, для чего вы приехали, господин Ма! – сказал пастор, пожимая ему руку. – Не нужно извиняться, парни часто дерутся!
Ма Цзэжэнь, заготовивший целую телегу добрых слов и извинений, был несколько обескуражен и лишь горько усмехнулся. Пастор за последнее время немного похудел, ибо дни и ночи корпел над китайскими книгами, уже словарь истрепал, но так ничего и не понимал. В его желтых глазах застыло разочарованное выражение.
– Отец Ивенс, я просто не знаю, что делать! – воскликнул Ма, войдя в гостиную. – У меня ведь нет никого, кроме сына, а он все время преподносит мне сюрпризы, теперь вот с Полом…
– Садитесь, господин Ма! – промолвил пастор. – Не поминайте больше об этом, парни уже разобрались между собой! Пол еще в школе часто дрался, я ничего не мог с ним поделать, да и не хотел, признаться. Скажите лучше, вы ходили в миссионерское общество?
Ма покраснел и ответил не сразу:
– На следующей неделе пойду, обязательно пойду!
Ивенс не стал больше допытываться, но в душе был недоволен. Толкнув очки к переносице, он сказал:
– Господин Ма, вы все-таки должны помочь мне, у меня с китайским совсем плохо. Если вы не поможете, то…
– Обязательно помогу, непременно! – с жаром вскричал Ма, а сам подумал: «Раз он готов простить Ма Вэю драку с Полом, отчего бы действительно не помочь пастору? Тогда никто из нас не будет внакладе!»
Пастор как будто угадал его мысли:
– Я прошу вас о помощи вовсе не потому, что наши сыновья подрались – это, в конце концов, их забота. Если вы поможете мне, я тоже могу кое-что для вас сделать. Время – деньги, я отнюдь не хочу, чтобы вы даром тратили свой досуг.
– Понимаю, – кивнул господин Ма, думая: «Эти заморские черти страшно прилипчивы, не могут не загнать тебя в угол!»
Ивенс поморгал своими желтыми глазами:
– Так когда у вас есть время? И что я могу сделать для вас? Давайте договоримся прямо сегодня, чтобы начать как можно быстрее!
– Я в любой день свободен!
Пастор хотел что-то сказать, но в этот момент вошла его жена со спутанной ватой на голове. Овраги по обе стороны ее носа выглядели особенно глубокими, а глаза под вспухшими веками – особенно свирепыми.
– Господин Ма, что позволяет себе ваш сын? – грозно спросила она.
– Я пришел, чтобы…
– Что позволяет себе ваш сын? – повторила она, не дав гостю договорить и надув шею. – Я вижу, ваши парни совсем обнаглели и решаются бить наших детей! Лет двадцать назад вы дрожали, встретив иностранца, а сейчас смеете лезть в драку? Вот убьют одного из вас, тогда узнаете! Это вам не Китай, чтобы целыми днями устраивать свары! В Англии есть законы!
Ма Цзэжэнь молча проглотил слюну. Видя, как он жалок и как страшна его супруга, пастор открыл рот, но тут же закрыл его. Он знал, что Ма Вэй не ранил Пола, а только слегка надавал ему по шее. Миссис Ивенс любила своего сына, однако тоже не стала бы сердиться из-за такого пустяка. Разгневало ее другое – то, что Пола победил китаец. Англичане привыкли к тому, что весь мир находится под их ногами: Гонконг, Индия, Египет, Африка… Сыны
