Восьмерки - Джоанна Миллер

− Вы напали на избранного, − продолжал Уитби. − Без помощи ваших солдат, если я не ошибся. Никогда не видел ничего подобного.

− Избранные умирают, как и все люди, − ответил Стайк. − Вопрос только в том, чтобы подобраться достаточно близко и всадить пику в глаз.

Мэр оттянул воротник и заморгал, словно не привык к такому открытому обсуждению насилия. Чуть помедлив, он сказал:

− Я прошу прощения, что вы с вашими людьми разбили лагерь на равнине. Я посылал к вам с приглашением, но ответа не получил.

− Я отослал их. Нам нужно было позаботиться о мёртвых и раненых. Послушайте, мэр, я ценю вашу признательность, но у вас куча своих проблем. Буду откровенен: судя по тому, что я слышал, на всём западном побережье только ваш город устоял перед дайнизами.

Уитби перевёл дыхание.

− Я тоже слышал подобное. Мы обсуждали возможность покинуть город и отослать людей вглубь страны.

− При всём моём уважении, это ужасная идея, − сказал Стайк. − Дайнизы распространились по стране, и полевые армии Линдет наконец начали атаковать врага. Если Третья армия уже в пути, Беллпорт понадобится ей как плацдарм на дайнизских территориях.

− Так это... это теперь дайнизские территории? − удручённо спросил Уитби.

Стайк показал на землю у них под ногами.

− Это не дайнизская территория, пока ещё нет. И я советую не покидать её. Сколько вас в Беллпорте, сто тысяч душ?

− Да, около того.

− Соберите всех способных сражаться, инженеров и рабочих. Призывайте на военную службу всех, кого только можно. Восстановите орудийные платформы, даже если вам нечего на них поставить − Третья армия привезёт свои орудия.

Стайк ломал голову в поисках ещё советов, пытаясь вспомнить, какие беседы вёл с политиками во время Фатрастанской войны за независимость. Ситуация была на удивление похожей, разве что у дайнизов гораздо больше солдат, чем имели тогда кезанцы. Взяв мэра под локоть, он отвёл его в сторону и понизил голос.

− Хочу вас предупредить. Полевые армии забирают всё, на что могут наложить руки: оружие, провиант, предметы первой необходимости. Если они прибудут сюда и обнаружат в Беллпорте хаос, то заберут всё, что у вас есть, чтобы пережить зиму, а вас оставят гнить.

− Нет! − запротестовал Уитби. − Леди-канцлер никогда такого не допустит!

− Леди-канцлер оставляет это на усмотрение своих генералов, а генерала Третьей армии я знаю лично. Он оберёт вас до нитки.

− Что же нам делать?

− Организуйте город. Восстановите орудийные платформы, заново укрепите стены и выройте окопы. Заставьте всех ремесленников в городе работать на военные нужды, и когда прибудет генерал Двори, он увидит город как полезный военный актив, а не как обузу, с которой нужно содрать всё, что можно.

Уитби выпрямился.

− Сделаю точно как вы говорите. Я восемь лет верой и правдой служу добрым людям в Беллпорте. Мы объединим усилия.

− И не позволяйте генералу Двори помыкать вами. Скажите ему, что Бен Стайк − ваш друг и защитник города и что я не потерплю дурного обращения с гражданами Фатрасты.

− Думаете, до этого дойдёт? − недоверчиво спросил Уитби.

− Надеюсь, что нет. − Стайк внутренне усмехнулся. Если до этого дойдёт, Двори взбеленится ещё пуще. − Если он продолжит давить, скажите ему, что сама Линдет гарантировала городу безопасность.

− Но она этого не делала!

− Считайте меня рупором леди-канцлера, − солгал Стайк. Похлопав мэра по плечу, он повернулся к его свите и повысил голос так, чтобы слышали все стоявшие поблизости: − «Бешеные уланы» пришли в Беллпорт пополнить запасы. Мы заплатим по справедливости за всё, что нам нужно, и не возьмём то, чем вы не можете поделиться. Я разрешу своим людям погулять здесь ночь, а завтра мы отправимся дальше. Если кто-нибудь из них откажется платить или затеет драку, они ответят передо мной.

Он показал большим пальцем за плечо:

− В этом сражении мы потеряли двести человек убитыми, и многие умрут от ран. Если у кого-то есть смелость и умения скакать на лошади, добро пожаловать к нам. Если вы не умеете сражаться, мы научим, и если хотите дать по зубам дайнизам за то, что они сделали с вашими родными и домами, я гарантирую такую возможность. − Он кивнул самому себе. − Это всё. Спасибо, мэр.

Больше ничего не говоря, Стайк вернулся к Амреку, забрал у Селины поводья и отправился по городу пешком. Люди останавливались и глазели на него. Он не поднимал головы, его никто не трогал, но он спиной чувствовал эти взгляды.

− Как я говорил? − спросил он у Селины.

− Это была хорошая речь, − одобрительно кивнула она.

− У меня никогда не получалось общаться с политиками. Не хватало терпения и смирения.

− Мой папа говаривал, что политики − это жадные до денег шлюхи, которые не остановятся перед...

− Довольно, − перебил Стайк. − Когда уже у тебя закончатся цитаты твоего папаши?

Селина склонила голову набок и взяла Стайка за руку.

− Он много чего говорил.

Стайк заметил уланов, которые бросили его одного с мэром. Ибана была с ними. Они стояли перед лавкой оружейника и разговаривали между собой.

− При всей предусмотрительности воров я никогда не встречал таких, которые могли держать язык за зубами, − сказал Стайк. − Держи.

Он снова отдал поводья Селине и перешёл улицу.

Ибана приветствовала его кивком и ухмылкой.

− Как мэр?

− Думаю, я напугал его разговорами о жестокости. Зато подготовил к общению с Двори.

Ибана вскинула брови.

− Сюда едет Двори?

− Мэр сказал, что через несколько дней здесь будет Третья армия.

− Хочешь их подождать?

У Ибаны заблестели глаза, и Стайк заподозрил, что, если он не успеет убить Двори сам, она сделает это за него.

Стайк покачал головой.

− Он командует целой полевой армией. Я не навлеку сейчас беду на наши головы. У нас будет достаточно времени выпотрошить его, когда сражения закончатся. Как у вас дела?

Ибана показала на оружейника.

− Мы получили всё, что нужно, кроме карабинов. Поищем, может, где-то в городе есть запас.

− Насколько всё плохо?

− Нам нужна сотня, но соглашусь и на двадцать пять. Оружейник обычно делает карабины только по заказу, так что придётся искать.

− Поступай по своему усмотрению, − сказал Стайк и оглянулся.

Ка-Поэль