Восьмерки - Джоанна Миллер

− Это дружеское предупреждение. − Теник продолжал: − Мужчина рядом с ней − виночерпий домохозяйства Джеротла, министра общественных работ. Женщина позади неё − капитан гвардии Седиаля.

Следующие десять минут Теник показывал Микелю людей и называл их имена, домохозяйства и должности. Микель повторял каждое имя, стараясь запомнить произношение и сохранить в памяти. Через несколько минут он уже пытался жонглировать двумя десятками имён. Вскоре это количество удвоилось. Игра внизу продолжалась, шум в зале усиливался, и Микель предположил, что дело идёт к концу.

Он всё время поглядывал на Форгулу. Теник описал её как женщину, знающую своё дело, и когда первое неприятное впечатление начало рассеиваться, Микель рассмотрел, что у неё приятное лицо. Хотя щёки сохраняли детскую пухлость, тело было худощавым и крепким, а взгляд − таким же проницательным, как и у избранной, стоящей позади неё. Следя за игрой, она гримасничала, иногда улыбалась, а один раз оскалилась на игроков с неприкрытой злобой.

Её правый рукав что-то оттягивало. Микель предположил, что там дубинка − та самая, которой она побила его на прошлой неделе. Лоб и рука наконец начали заживать, и он напомнил себе, что нельзя сводить личные счёты. Он здесь только до тех пор, пока не отыщет информатора Таниэля. Возможность в какой-то степени отомстить Форгуле, помешав её делам с Мархоушем, − задача второстепенная.

К сожалению, имени информатора − Мара − не было среди тех, что назвал ему Теник. Следующее имя, которое он прошептал Микелю на ухо, потонуло в рёве зрителей. Примерно половина зала взорвалась победными возгласами, тогда как остальные отводили взгляды с неудовольствием и разочарованием.

Микель, тоже разочарованный, выругался себе под нос. Он попытался вспомнить, что Таниэль говорил ему о Маре: она входит в свиту высокопоставленного дайниза. Он решил, что «свита» означает «домохозяйство». Но теперь он примерно знал, насколько велико может быть домохозяйство, и эта информация стала практически бесполезной.

Должен быть какой-то более эффективный способ.

Микель выбросил эти мысли из головы и повернулся к Форгуле, которой все пожимали руку.

− Её кузен победил, − сказал Микель.

Теник кивнул.

− Он очень хорошо играет, но ему повезло.

− Ты следил за игрой?

− А ты нет?

− Я слушал тебя.

Теник хлопнул его по плечу.

− Если собираешься ходить на игры, учись одновременно говорить и смотреть. Доброе утро!

Последнюю фразу вместе с приветственным жестом он адресовал кому-то несколькими рядами ниже, а потом прошептал на ухо Микелю имя, которое тот сразу забыл.

Внимание Микеля по-прежнему было приковано к Форгуле. Она начала пробираться через толпу, обмениваясь несколькими словами здесь, рукопожатием − там, а потом задерживаясь, чтобы с кем-нибудь поговорить. Она презрительно осадила одну женщину, тепло приветствовала другую, а потом приобняла мужчину, который зашептал ей что-то на ухо.

Микель обращал внимание на лица людей, с которыми она говорила, и то, как они общались.

− Да тут так и разит политикой, − сказал он Тенику. − Эти игры имеют политическую подоплёку?

Теник молчал, и Микель повернулся к нему. Дайниз пристально смотрел на него.

− В проницательности тебе не откажешь.

− Это моя работа, − ответил Микель. − Я должен знать обо всём ровно столько, чтобы меня не убили. И интуиция подсказывает, что нужно убираться отсюда как можно быстрее.

− Интуиция?

− Интуиция и взгляды, которые бросают на меня твои соотечественники. Мне здесь не рады.

− Что правда, то правда.

Микель снова подумал о том, что приход сюда был ошибкой. Он шпион и должен действовать в тени. Пусть верхушка дайнизов теряется в догадках по поводу иностранного шпиона в домохозяйстве Ярета, но сам он будет прятаться.

«Но шпионаж не всегда ведётся из тени, − напомнил он себе. − Иногда лучше прятаться на видном месте. Если при этом не рискуешь жизнью».

Кто-то из проходящих мимо сильно толкнул его в плечо, чуть не сбив с ног, и что-то прошипел. Теник помог Микелю устоять.

− Что это значит? − спросил Микель, выпрямившись.

− Он обозвал тебя грязным чужаком, − ответил Теник, сердито глядя в спину грубияну.

− Он враг нашего домохозяйства?

− К сожалению, союзник. Ливрейный лакей министра сельского хозяйства. Я с ним поговорю.

− Не надо, оставь.

Теник решительно покачал головой.

− Ты домочадец Ярета, нравится это нашим союзникам или нет. И человек вроде него, − кивнул он на грубияна, − занимает не настолько высокое положение, чтобы ему сошло с рук оскорбление. Его министра здесь даже нет. Она в Дайнизе, подмазывается к императору вместо того, чтобы помогать здесь.

− Просто из любопытства: а у кого достаточно высокое положение, чтобы безнаказанно меня оскорблять? − поинтересовался Микель, глядя на Форгулу, которая продолжала пробираться через толпу.

Он изучал всех, с кем она общалась. Знает ли кто-то о её контактах с черношляпниками? Участвует ли она в заговоре? Она предательница? Замахивается ли её хозяин на ещё бо́льшую власть?

Теник подумал, прежде чем ответить.

− Сложный вопрос. Если тебя оскорбили, лучше ничего не делай. Я сам разберусь.

− Примерно так же мама советовала не обращать внимания на мальчишек, которые били меня в школе, − сказал Микель.

Он поймал пристальный взгляд ещё одной дайнизки и вдруг понял, что это Ичтрасия. Избранная пялилась на него с неприкрытым любопытством, и у Микеля по спине пробежал холодок.

− Кажется, я достаточно узнал для одного дня, − обратился он к Тенику. − Идём отсюда.

Он направился вниз по рядам и прямо перед собой увидел Форгулу, оживлённо говорившую с девушкой в солдатской униформе. Микель собрался её обойти, но она подняла голову и заметила его. Он мысленно выругался, подавив желание смыться, и решил идти прямо мимо неё. Не следует показывать перед ней слабость.

Посмотрев ей в глаза, Микель одарил её своей самой обаятельной улыбкой.

Та скривилась от отвращения и рявкнула:

− Теник!

Теник шёл всего на шаг позади и выше Микеля.

− Доброе утро, Девин-Форгула, − воскликнул он, касаясь лба в знак приветствия.

− Для меня недоброе, Теник. Я только что получила известие о новом взрыве в Нижнем Лэндфолле. По крайней мере тринадцать солдат погибли или ранены.

Теник опустился на ступеньку к Микелю и нахмурился.

− Уверен, что Ярету уже сообщили.

− Сообщили? − Форгула сделала к нему полшага. − А то его виночерпий ходит на игры с чужаком вместо того, чтобы искать людей, которые убивают наших солдат.

Микель прикусил язык. Она понятия не имеет, что