Егерь. Черная Луна. Часть 2 - Николай Скиба
Крагнор кивнул и сел обратно на бочку. Руки снова легли на колени в привычной позе.
Он не понимает, что происходит, — поняла Мирана, глядя на Крагнора. — Он просто выполняет приказы и радуется новым способностям. Не задаётся вопросами. Не видит общей картины.
А она видела. И картина ей не нравилась.
Тадиус продолжал, и в его голосе появились нотки, которые заставили Мирану напрячься.
— Семь ключей. — Он начал мерить подвал шагами, тяжело ступая, а псевдо-альфы крови лениво поворачивали головы, следя за движениями хозяина. — А у нас только пять. Могло быть шесть, если бы не Вальнор.
Повисла тишина.
— И нам не хватает двух.
Кровь для псевдо-альф ветра и жизни можно получить только из настоящих Альф.
Чтобы получить кровь, нужно добраться до зверя. Хорошо, что парнишка Макс этого не знал, но теперь может догадаться.
— Моран. — Тадиус остановился перед друидом Тени. — Раз первый план провалился, придётся идти до финала.
Моран медленно кивнул, смазав кровью подбородок.
— Это решится на арене. Тем даже лучше, — сказал Тадиус мягко. — Не только жатва. О нет, Мирана. Гораздо, гораздо больше.
Он повернулся к остальным и широко раскинул руки. Псевдо-альфы у его ног одновременно подняли головы. Красное свечение их шерсти стало ярче, пульсация участилась.
— Возведём же легенду о Чёрной Луне к её истинному величию, — голос зазвенел, как натянутая до предела струна, готовая лопнуть. — И увековечим себя в истории кровью тысяч.
Эрика тихо рассмеялась — звук получился не человеческий, больше похожий на шипение змеи. Её отростки колыхнулись в воздухе.
Крагнор кивнул — машинально, как кивал всегда, не вдумываясь в смысл слов.
Моран промолчал, глядя в пол.
Мирана стояла, скрестив руки на груди, и чувствовала, как внутри что-то медленно и необратимо сдвигается. Теперь будущее неизбежно.
Чёрная Луна. Истинное величие. Кровь тысяч.
Ты больше не мой учитель, Тадиус. Я ещё не знаю точно, кто ты теперь и что с тобой сделал Раскол. Но я узнаю.
Обязательно узнаю. И тогда решу, на чьей стороне буду стоять.
Тадиус говорил ещё долго.
Он был мастером полуправды.
Распределял роли на турнире.
Крагнор будет на финале. Его водяные копии позволят действовать одновременно в нескольких местах, и именно с его выступления начнётся хаос, который навсегда изменит этот мир.
Эрика работает с Мораном. Парень обязательно призовёт Альфу. Не сможет не призвать. И тогда она должна будет помочь Друиду Тьмы.
Моран…
Мирана покосилась на друида Тени.
Он оставался ключевым исполнителем. Несмотря на провал. Вальнор и этот мальчишка-зверолов серьёзно его потрепали. Но именно он должен стоять в финале турнира. Быть рядом с Максимом, который точно пройдёт в финал.
— Что насчёт меня? — спросила Мирана. Голос не дрогнул.
Тадиус посмотрел на неё.
— Ты — моя точка на земле, Мирана, — сказал он. — Когда грянет чёрная луна, именно ты должна быть моей опорой и сделать так, чтобы я призвал Альфу Жизни.
Она кивнула, стараясь не думать о том, что совсем не поняла, что это значит.
Девушка сжала челюсть и сосредоточилась на словах Тадиуса.
* * *
Совет закончился через час.
Крагнор ушёл первым — растворился в струе воды, просочившейся сквозь щель в кладке.
Моран задержался. Стоял у стены, сгибая и разгибая пальцы новой руки. Звук был едва слышным, но настойчивым: хруст, хруст, хруст. Плечи Морана были опущены от облегчения.
Он ожидал худшего. Что Тадиус не простит второй провал.
Почему простил?
Потому что Моран нужен. Пока нужен. Как нужны все они — инструменты в чужой руке, каждый со своей функцией, каждый заменяемый.
Кроме Тадиуса. Он — единственный незаменимый.
Эрика ушла молча. Отростки втянулись в её спину с тихим хлюпающим звуком. Одну секунду она была чудовищем с четырьмя дополнительными конечностями, и следующую — снова стройной женщиной с пустыми глазами и мягкой улыбкой.
Друид Крови стоял у дальней стены, поглаживая загривок ближайшего псевдо-альфы.
— Ты хочешь что-то спросить, — сказал Тадиус, не оборачиваясь.
— Нет, — ответила Мирана.
Тадиус обернулся и пристально посмотрел на неё.
— У тебя ведь нет неправильных мыслей, верно… Дочка?
На одну долю секунды глаза Друида Земли передали тревогу.
Учитель усмехнулся.
— До завтра, — кивнул он. — Отдыхай, Мирана. Скоро ты будешь нужна мне. Полностью.
Девушка развернулась и пошла к выходу, чувствуя между лопатками его взгляд.
Каменная лестница вела наверх, в подсобные помещения таверны, которая служила прикрытием для этого подвала. Крагнору не составляло труда контролировать трактирщика хотя бы несколько часов. Пусть его паразиты имели ограничения, но этого времени хватило, чтобы провернуть операцию Морана.
Через пять минут их тут уже не будет.
Обычная таверна, обычный район, обычные люди наверху — пьют эль, жуют мясо, смеются над грязными шутками, не подозревая, что под их ногами решается судьба турнира.
Мирана поднималась по ступеням и считала шаги. Привычка. Считать шаги — значит контролировать пространство.
Двадцать три ступени.
На двадцать третьей она остановилась.
Оглянулась вниз, в тёмный проём, откуда сочился красноватый свет псевдо-альф. Снизу доносился тихий голос Тадиуса — он разговаривал с Мораном, но слов было не разобрать. Только интонация: спокойная, убедительная, словно он объяснял что-то очень важное терпеливому ученику.
Я не знаю, кто ты теперь, учитель. Но я не из тех, кого используют и выбрасывают. Я не Крагнор, которого можно направлять жестом. И не Моран, которого можно бить и прощать. Я не Эрика, которая…
Она запнулась.
А кто я?
Вопрос повис в темноте лестничного пролёта.
Мирана сжала зубы, развернулась и вышла в таверну.
Тепло и шум ударили по ней, как волна.
Никто не обратил на неё внимания. Мирана была, пожалуй, единственным друидом, в лицо которого не знал никто.
Девушка прошла между столов к выходу.
* * *
Оплот Ветров встретил её шумом и криками ужаса. Там, вдалеке, виднелись последствия сражения на крышах.
Но думала Мирана совсем не об этом.
Её отец знал бы, что делать. Первый Ходок, который однажды прикоснулся к Расколу… Его глаза в тот день приобрели тот особый серебристый отблеск, который бывает только у тех, кто заглянул в самое сердце магии. Так говорят. Человек, который мог бы взять любую силу, какую пожелает — и не взял!
Выбрал «другой путь»! Выбрал быть хранителем этой тайны, а не завоевателем! И что это ему дало? Сидит как пёс на привязи, не в силах покинуть Раскол, а его дочь теперь едва его помнит.
Мирана часто думала об этом. Чаще, чем ей хотелось бы признать.
Много лет назад, когда Тадиус забрал её, она была злой девочкой. Злой
