Вселенная Marvel: величайшая из когда-либо рассказанных историй - Дуглас Волк
«Фантастическая Четверка» Кирби и Ли – пример выдающегося сочетания миростроения и смешения всех жанров, в которых оба создателя работали за двадцать лет до эпохи Marvel. Это многосерийное приключенческое произведение: супергеройское, научно-фантастическое и романтическое; это и комикс о монстрах, и юмористический комикс для подростков. Всё сразу.
Что любопытно, комикс не относится к детективному жанру, хотя Ли с Кирби работали и с ним, когда детективы были на пике популярности, – за десять лет до выхода обсуждаемого комикса. В ранних выпусках Фантастическую Четверку называют борцами с преступностью, но на деле закон и порядок почти не имеют отношения к их приключениям. За исключением некоторых вариаций на тему, выведенная формула «супергерои + монстры + романтика» стала основой успеха ранних комиксов Marvel (и некоторых поздних тоже).
Первые сто выпусков «Фантастической Четверки» – Библия и инструкция Marvel, оранжевые кровяные тельца причудливых вен истории. Выпуск за выпуском, страница за страницей, Кирби и Ли засеивали создаваемый ими мир удивительными идеями. Некоторые семена прижились, пустили корни и принесли плоды, а другие стали краеугольными камнями.
Если говорить об особенно славных днях «Фантастической Четверки» эпохи Кирби, стоит отметить период 1965–1967 годов, когда комикс пестрил амбициями и увлекал читателей, отправляющихся в неизведанные места. В середине этой эпохи, почти ровно на половине творческого пути Ли и Кирби в «Фантастической Четверке» (всего от них было 102 выпуска, 6 ежегодников и всякая мелочь уже после завершения основной работы), вышел особенный выпуск, № 51, под названием «Этот человек… Это чудовище!» (This Man… This Monster!).
Этот номер «Фантастической Четверки» нежно любим многими преданными читателями, несмотря на то что в нем не дебютируют популярные персонажи и никто не умирает. В выпуске затрагиваются значимые темы для общей истории Marvel: монстры, двойники и темные стороны личности, искупление и духовное перерождение. Совместные работы Ли и Кирби создавались в бешеном темпе[77] и, поскольку разрабатывались с целью удержать интерес нетерпеливых детей, были резонансными. В «Этом человеке… Этом чудовище!» создатели сталкивают противоположности друг с другом: в комиксе присутствуют путешествия во внешнем и внутреннем мирах, зрелищность и самоанализ, космология и стиль, искусство и коммерция, совершенство и несовершенство.
В середине выпуска прячется очень известная страница. Это картина нереального мира, совершенно невозможный психоделический пейзаж: он создан с помощью фотоколлажа из округлых геометрических форм и перевернутых гор, на котором можно разглядеть два классических элемента комиксов. Почти в центре расположены небольшое изображение Рида Ричардса (рисунок – Кирби, тушь – Джо Синнотт[78]) и пузырь для речи с текстом Ли и шрифтом Арти Симека. Кирби часто делал пометки на полях каждой нарисованной им страницы с предложениями, что могли бы говорить персонажи. В оригинальном экземпляре с рисунками он написал: «Рид дрейфует в пространственном измерении, это одновременно странно и красиво». Ли для текста взял два ключевых слова из заметки Кирби и создал изысканное и гиперболизированное высказывание: «У меня получилось! Я вхожу в мир бессчетных измерений! Это перекресток бесконечности… Отсюда можно попасть куда угодно!»
По сути, им и является «Фантастическая Четверка» Ли и Кирби. Это столица вселенной Marvel, центральный источник всех ее удивительных элементов. Это история об эмоциональной близости и одновременно о географических и метафизических путешествиях, рассказ о семье и о монстрах одновременно (под «семьей» подразумеваются люди, без которых вы себя не мыслите; «монстр» – нечто, чего вы боитесь и от чего вы должны защищать свою семью, облеченное в физическую форму).
Хоть «Фантастическая Четверка» – история о группе людей, но есть в ней два настолько выдающихся персонажа, что они доминируют над общей канвой истории: Существо и Доктор Дум, чьи роли в драматической структуре параллельны, если не равнозначны. В «Этом человеке… Этом чудовище!» появляется только один из них. Бен Гримм/Существо – аутсайдер, чье чувство отверженности по большей части основывается на его самовосприятии. Он вырос в тяжелых условиях (на Янси-стрит, не существующей в реальном мире, но ее название явно отсылает нас к старой части Нью-Йорка) среди банды, которая до сих пор любит над ним подтрунивать. Он умнее, чем хочет казаться, но из бедности выбрался благодаря развитию физической силы – получив спортивную стипендию на обучение в колледже. Там он и знакомится с Ридом.
Впоследствии эта встреча обернулась против него. Происхождение Фантастической Четверки – история о том, как Бен превратился в монстра и утратил человеческие черты, его тело стало похоже на груду оранжевых камней, обладающую неимоверной силой. Он пытается сгладить свои буквально острые углы шуточками, но у его юмора горький привкус самоуничижения. «Время крушить!» – его фирменная фраза, она довольно забавная: «крушить» и правда подходящее словечко для парня, росшего на Янси-стрит, и никто в Фантастической Четверке никогда не подумал бы использовать его. Но оно и горькое, потому что подразумевает, что «грубая сила – единственное, в чем я хорош, и она наконец-то пригодится!»
На первой странице «Фантастической Четверки» № 51 нет диалогов, только название комикса, список создателей и немного воодушевляющей болтовни Ли. Большую часть страницы занимает рисунок Существа, стоящего под ночным дождем. Как обычно, он обнажен (на нем лишь его «костюм» – синие спортивные трусы), капли стекают по камням, заменяющим ему кожу, и собираются в лужи у его массивных ног. Он не промок, ему не холодно – он ничего не чувствует. Мы не раз видели его в действии, но на этой картинке ничего не происходит. Он неподвижен, его фигура выглядит поникшей и даже более асимметричной, чем обычно.
Очевидно, Кирби отображает депрессию, и уже на следующей странице, когда Бен снова двигается, Ли подтверждает это. Первые слова Бена – настоящая мантра отчаяния: «Мне ни за что больше не стать человеком!»[79]. Он убежден, что это решено навсегда, что он даже не личность, что он может лишь пытаться вести себя так, словно ей обладает. Гримм не воспринимает себя как героя. Сравните его со сверхгениальным Ридом, который стал называть себя «Мистером Фантастиком» как только получил сверхспособности. Если героический центр семьи – разум, то что же делать тому, кто представляет собой в первую очередь тело? Бен считает себя монстром – тем, от кого нужно беречь родных и близких.
После того как на нескольких панелях подряд Бен тоскует, его подзывает ученый[80], «угощает» чашкой кофе, в которую подмешан наркотик, и крадет его суперсилы, внешность и имя. Ученый завидует успеху Рида Ричардса. В обличии Существа он, имитируя речь Бена Гримма, соглашается помочь Риду с экспериментом по изучению «подпространства» («мира бессчетных измерений»,
