Инфляция: конец эпохи ценовой стабильности. Для новичков, скептиков и профи - Марк Блайт

состава и веса «потребительской корзины». Первые данные об инфляции начали собирать еще в начале XX века. Тогда мужская часть населения только получила право голоса, улучшился доступ к образованию, рабочие начали объединяться в профсоюзы и устраивать забастовки. Правительства хотели знать, хватает ли рабочим денег на еду, ибо голод – прямой путь к протестам и социальному напряжению. Именно поэтому первые индексы инфляции строились только на товарах первой необходимости. Лишь потом «корзину» расширили, а еще позже добавили в нее услуги.

Вообще, в период с 1953 по 1983 годы индекс потребительских цен в США включал цены на дома (39). В 1983 году их убрали и заменили на оценку «эквивалента арендной платы», потому что цены на жилье считались показателем инвестиций, а не потребления. Но была и другая, менее официальная причина. Включение реальных цен на дома в CPI повышало уровень инфляции, а значит, росли и выплаты по социальным пособиям. Когда их перестали учитывать в официальном индексе, общий уровень инфляции стал выглядеть ниже (40). А поскольку пенсии, пособия и другие выплаты от него зависят, их рост тоже замедлился. Так что исключение жилья из расчетов позволило снизить финансовую нагрузку на бюджет за счет того, что инфляция стала «казаться» меньше (см. рис. 1.1).

Исключение цен на жилье из CPI создало разрыв между ростом цен на дома и официальной инфляцией. А ведь цены на недвижимость в то время взлетели – особенно в некоторых регионах. Люди реально почувствовали рост расходов, хотя в официальных данных этот «удар» почти не отражался. Иными словами, инфляция, которую люди на себе ощущали, не совпадала с той, что им озвучивали.

Рис. 1.1. Индекс цен на жилье, 1970–2024 гг. (41)

Источник: Авторский анализ на основе данных Бюро экономического анализа США, взятых из FRED (базы данных Федерального резервного банка Сент-Луиса), с учетом подходов Совета экономических консультантов.

Примечание: На графике показан годовой рост индекса потребительских цен для всех городских потребителей по категории «жилье» (CPI-U: Shelter) в среднем по городам США, 1982–1984 = 100.

Точно такая же ситуация сложилась накануне мирового финансового кризиса 2007–2008 годов. В 2005 году цены на жилье росли на 15% в год, а инфляция для городских потребителей по данным CPI составляла всего около 3% (42). Неудивительно, что люди стали задаваться вопросом: почему их главная статья расходов не принимается во внимание? В ответ центральные банки стали все чаще говорить о необходимости учитывать так называемую инфляцию на жилье (43), но пока что эти попытки дают скорее путаницу, чем ясность.

Что произойдет, если включить жилье в инфляцию?

В 2021 году правительство Новой Зеландии изменило мандат центрального банка, обязав его учитывать цены на жилье. Министр финансов тогда объяснил это стремлением правительства обеспечить стабильность цен на дома. Однако эта поправка не повлияла ни на политику банка, ни на рост цен.

Руководитель Резервного банка Новой Зеландии после проведения реформы подчеркнул, что цели по инфляции остались прежними, несмотря на расширение мандата (44). А в период между августом 2020-го и мартом 2022 года средние цены на жилье в стране выросли на 41% (45).

Эксперты по-прежнему спорят, стоит ли включать жилье в инфляционные индексы. После крупного пересмотра своей стратегии Европейский центральный банк принял решение, что должен включить расходы на владение жильем в свой инфляционный индекс (46). Однако на момент написания этой книги ЕЦБ все еще изучает, как именно это сделать. Текущий инфляционный индекс, используемый ЕЦБ, учитывает только стоимость фактической аренды (и то с очень низким весом – всего 6,5 процента) (47). Кроме того, ЕЦБ не оценивает условную арендную плату для владельцев жилья, как это делает Федеральная резервная система США. Если бы ЕЦБ внедрил похожий расчет для собственников, уровень зарегистрированной инфляции вырос бы на 0,3 процентного пункта (48).

В Великобритании, хотя данные об инфляции и включают расходы на владение жильем, Банк Англии устанавливает свои цели на основе другого индекса потребительских цен, в который эти расходы не входят (49). В то же время в Новой Зеландии цены на жилье могут резко расти, но центральный банк не видит причин менять целевой уровень, даже если жилье и учитывается в индексе. Неудивительно, что наше личное восприятие инфляции может сильно отличаться от официальных данных. Как мы увидим дальше, это дает возможность переложить проблемы с одних людей на других. Например, зачем поднимать процентные ставки, чтобы снизить цены на жилье, если в инфляции это почти не учитывается? Получается, мы платим высокую цену за борьбу с ситуацией, которую официальная статистика просто игнорирует.

Мы часто слышим об «инфляции цен на жилье», но тут важно помнить, что такого понятия, строго говоря, не существует. Это просто рост цены на один конкретный товар – актив, который покупатели рассматривают не как вещь, а как инвестицию. Его стоимость растет из-за ограниченного предложения и ожиданий будущей прибыли. Он может провоцировать инфляцию и, возможно, должен учитываться как фактор роста цен. Но когда его измеряют косвенными способами – например, через «эквивалентную арендную плату» и похожие показатели, – он, по крайней мере исторически, почти не влияет на общий уровень инфляции.

Вывод подводит нас к последнему вопросу главы: «А зачем вообще об этом думать?»

05

Истина № 5. Почему это важно

Спор о том, что включать в инфляцию, а что – нет, – вопрос далеко не технический. На самом деле от этого зависит, кто выигрывает, а кто проигрывает в условиях роста цен. Некоторые последствия весьма очевидны. Возьмем для примера корректировку налоговых ставок с учетом инфляции. Каждый год налоговая служба США (IRS) пересматривает налоговые категории, потому что номинальные доходы растут вместе с ценами. В США до 2017 года эти поправки делались на основе стандартного индекса потребительских цен (CPI).

Однако CPI завышал уровень инфляции, поскольку не учитывал, как быстро люди меняют одни товары на другие, когда цены на них растут.

Чтобы решить эту проблему, в 2017 году для корректировки налоговых шкал (50) Конгресс США решил использовать альтернативный индекс («chained» CPI), который учитывает так называемый эффект замещения, то есть отражает реальные изменения в расходах людей и обновляет «потребительскую корзину» быстрее, чем обычный CPI. Поскольку альтернативный индекс показывает меньший уровень инфляции, чем стандартный, это сразу сказалось и на налогах.

Как пишут Майкл Нг и Дэвид Уэссел из Института Брукингса: «Поскольку альтернативный CPI растет медленнее, чем обычный, границы налоговых категорий теперь отстают от реального роста цен. Значит, люди быстрее попадают в более