Развод. Лишняя в любви. Второй не стану - Марика Мур

На том конце повисла пауза. Потом он спросил:

— Куда именно?

Я переглянулась с бабушкой. Она едва заметно кивнула, будто подтверждая: «Действуй».

— К бабушке. По тому адресу, по которому вы меня сюда привозили, — ответила я.

— Понял. Буду через полчаса. — И короткие гудки.

Я выронила телефон на стол, а сама словно обессилела.

— Всё, — выдохнула я. — Он едет.

Бабушка кивнула, но лицо её стало ещё серьёзнее. Она достала из шкафа свой старенький потрёпанный телефон, начала набирать номер.

— Теперь моя очередь, — пробормотала она.

Она долго ждала, пока ответят. Наконец в трубке послышался бодрый мужской голос:

— Вера Николаевна?

— Да, Серёжа, это я, — сказала бабушка, и голос её стал каким-то особенно тёплым, почти материнским. — Слушай внимательно. У меня внучка в беду попала, страшную беду. За ней следят, возможно, её хотят вернуть туда, откуда она с трудом сбежала. Мне нужно, чтобы ты приехал. Прямо сейчас.

— Куда? — без лишних вопросов спросил он.

Она быстро продиктовала адрес.

— И, Серёжа, — добавила тихо, — будь осторожен. Тут дело серьёзное.

Бабушка положила трубку и посмотрела на меня.

— Через двадцать минут он будет здесь. Ты держись, Марьяна.

Я кивнула, но сердце билось так, будто хотело вырваться наружу.

Мы сели на диван. Минуты тянулись мучительно медленно. Я слушала каждый звук за окном, каждый скрип половиц. Казалось, что опасность стоит уже на пороге.

И вот — звонок в дверь. Я вздрогнула, сердце ухнуло вниз.

— Это он? — прошептала я.

Бабушка посмотрела в окно и кивнула.

— Это Серёжа.

Она открыла дверь, и на пороге появился высокий мужчина в тёмной куртке. Лет тридцати пяти, широкоплечий, с внимательными глазами, которые сразу окинули комнату, словно он всё время при исполнении.

— Вера Николаевна, — сказал он, пожимая ей руку. — Где ваша внучка?

— Вот она, — бабушка подвела меня ближе.

Я смущённо опустила глаза, но почувствовала, как его взгляд будто просканировал меня насквозь.

— Значит так, — сказал он спокойно, но твёрдо. — Вы звонок сделали водителю?

Я кивнула.

— Если он приедет — это будет шанс. Я хочу увидеть, кто за ним стоит. Вы не одна, рядом я. Но… — он взглянул на меня пристально, — надо, чтобы вы сыграли свою роль до конца. Сделайте вид, будто готовы уехать.

Меня прошиб холодный пот.

— Но… если меня увезут?

— Не увезут, — сказал он твёрдо. — Поверьте, я своё дело знаю.

Я посмотрела на бабушку — она только молча кивнула.

Снаружи послышался звук подъехавшей машины.

Я вздрогнула. Сердце в груди стучало, как барабан.

Серёжа коротко сказал:

— Ну что, начнём...

Глава 8

Марьяна

— Слушайте внимательно, — сказал он, глядя то на меня, то на бабушку. — Ошибка сейчас может стоить вам жизни. Поэтому всё делаем так, как я скажу.

Я кивнула, хотя внутри всё протестовало: мне хотелось убежать, спрятаться, исчезнуть. Но я знала — не время для паники.

— Водитель попытается забрать вас, — продолжил Серёжа. — Это шанс понять, кто за ним стоит и куда именно вас хотели увезти. Но мы не будем рисковать вами напрямую.

Он прошёл к окну, чуть отодвинул штору и посмотрел вниз.

— Машина уже подъехала. Стоит напротив дома.

У меня перехватило дыхание.

— И что теперь?

— Вы выйдете к машине, но садиться внутрь не будете. Скажете, что у вас вещи не собраны, или что вы должны попрощаться с бабушкой. Мне этого хватит, чтобы оценить ситуацию и понять, один он или нет.

Я вспыхнула:

— А если он силой попытается?

Серёжа улыбнулся краем губ, но глаза оставались серьёзными:

— Попробует — пожалеет. Поверьте, я рядом.

Бабушка сжала мою руку.

— Марьяна, делай, как он говорит. Он парень умный.

Я глубоко вдохнула и вышла в прихожую. Серёжа двигался за мной, но бесшумно, словно тень.

Я открыла дверь. На пороге стоял тот самый водитель. Вид у него был совершенно обычный — даже приветливый.

— Марьяна ханым, готовы? — спросил он спокойно, будто ничего не произошло.

У меня дрогнул голос, но я ответила так, как велел Серёжа:

— Мне нужно вещи собрать… и с бабушкой поговорить. Подождите немного. Я не ждала вас так рано.

Он кивнул.

— Хорошо. Я жду. — И отошёл к машине.

Я уже хотела закрыть дверь, но Серёжа удержал её, пока водитель не повернулся спиной. Тогда он мягко, почти беззвучно, сказал: — Отлично. Он один. Но не расслабляйтесь. Такие никогда не действуют сами по себе. Значит, за ним кто-то стоит.

— И что теперь? — спросила я шёпотом.

— Теперь мы будем вести его, — ответил Серёжа. — Не наоборот.

Мы вернулись в комнату. Он сел за стол, достал из кармана блокнот и ручку.

— Первое: я узнаю, куда он должен вас отвезти. Второе: проверю, кто за ним стоит — напрямую или через посредников. Третье: если это цепочка, мы выйдем выше. Но для этого нужна ваша помощь.

— Какая? — у меня закружилась голова от напряжения.

— Вы согласитесь с ним ехать, — сказал он. — Но только до места, где мы будем ждать и перехватим машину. Вам придётся сыграть роль доверчивой.

Я с ужасом посмотрела на него:

— То есть… снова рискнуть?

— Да, — спокойно ответил он. — Но это единственный способ перерезать нитку, по которой они к вам тянутся. Иначе вы всю жизнь будете бежать.

Я опустила глаза, пытаясь справиться с дрожью. Бабушка крепко обняла меня и сказала:

— Внучка, доверься ему. Я вижу — он не пустыми словами бросается. Он из тех, кто привык доводить до конца.

Я вдохнула, закрыла глаза и кивнула.

— Хорошо. Я сделаю.

Серёжа посмотрел на меня пристально и твёрдо сказал:

— Вот и правильно.

Я вышла к калитке. Водитель курил, облокотившись на дверь машины. Когда заметил меня, тут же выпрямился и затушил сигарету о подошву.

— Марьяна ханым, — произнёс он уважительно, но голос у него был натянутый, словно струна, — вы готовы?

Я замялась. Сердце билось так, что отдавало в виски. Я знала, что Серёжа смотрит из окна, и это немного придавало уверенности. Но слова всё равно застревали в горле.

— Послушайте, — я выдохнула и сделала шаг ближе. — Я не хочу ехать в тот дом.

Он моргнул, будто не расслышал.

— Простите?

— Я сказала, я не хочу туда возвращаться, — повторила я твёрже, хотя внутри всё дрожало. — Я останусь здесь, у бабушки.

Он нахмурился.

— Так нельзя, ханым. Мне строго приказано.

— Кемалем? — спросила я резко.

Водитель опустил взгляд.

— Я не имею права говорить. Но приказ такой: вернуть вас туда, откуда я вас привёз.

Я почувствовала, как ярость и отчаяние борются во мне.

— А если я