Встречное пари - Татьяна Никольская

Но отступать — не в моей природе. И желание — это физическая величина, константа. Она никуда не делась. Она только усложнилась, обрастая новыми смыслами.

Значит, нужна новая стратегия. Жесткая атака не сработает. Она отобьётся. Нужен осадный подход. Нужно стать для неё не угрозой, а… необходимостью. Ресурсом.

У неё есть слабости. Семья, которую она так яро защищает. Карьера, в которую она, очевидно, погружается с головой. И теперь — Алиса. Моя дочь, которая стала её невольным союзником.

Я звоню Игорю.

— Передай Полянской проект «Феникс». Полный комплект документов, все полномочия. Отчитываться будет напрямую мне. Пусть начинает сразу после новогодних праздников.

В трубке — пауза.

— «Феникс»? Саш, это же стратегия поглощения. Информация закрытая, работа на полгода как минимум.

— Она справится. Или сломается. В любом случае — мы получим результат, — говорю я, но уже сам не верю в эту причину. Я хочу дать ей эту работу, потому что она сложная. Потому что она потребует от неё максимума. Потому что это привяжет её ко мне необходимостью постоянных отчётов, совещаний. Потому что я хочу видеть, как её мозг работает на таких скоростях. Хочу быть тем, кто оценит этот результат.

— Как скажешь, — Игорь не спорит. Чувствует подвох, но молчит. — А пари?

— Пари в силе, — отвечаю я автоматически. 23 февраля. Ещё почти два месяца. Целый век. — Но методы… требуют коррекции.

Вешаю трубку. Методы. Да. Профессиональное уважение. И эта новая, хрупкая связь через Алису.

Я подхожу к барной стойке, наливаю виски. Пью залпом. Жгучий вкус не приносит ясности.

Я хочу её. Не просто как женщину. Хочу этот её холодный ум, эту её чудовищную проницательность, эту силу, с которой она вломилась в мою жизнь и в сердце моего ребёнка, даже не спросив разрешения.

И я её получу. Но сначала мне нужно перестать быть для неё хищником. Нужно стать… партнёром. Союзником. Человеком, которого можно впустить в тот самый круг тишины и понимания, что я видел сегодня.

Задача сложнее любой сделки. Но я никогда не отступал от вызова. Особенно когда ставки стали такими личными. ______________________ * История первой любви Марии Соболевой в книге Пари вслепую https://litnet.com/shrt/mvja

Глава 23. Мария

Идеальный новогодний хаос. Тот самый, который я раньше любила, а теперь наблюдаю со стороны, как кинорежиссёр уставшим взглядом. На кухне пахнет мандаринами, корицей и жареной уткой. Дети носятся между гостиной и кухней, то и дело натыкаясь на ноги взрослых. Саша уже тридцать раз заглянул под ёлку, проверяя подарки. Настя требует помочь надеть новое платье, хотя надела его уже час назад.

«Идеальная семья, Полянская», — ехидным голосом звучит в голове фраза Александра. Идеальная. Да. Сейчас самое время в этом убедиться.

Гости — наш традиционный мини-состав. Люся с очередным ухажером Стасом, моя спасательная шлюпка в море семейных условностей, уже наливает себе вина, ловко уворачиваясь от Настиного бумажного серпантина. Алексей, муж Елены, что-то самозабвенно рассказывает Диме про новую модель внедорожника. Дима кивает, но взгляд у него отсутствующий — он считает минуты до боя курантов, после которого можно будет расслабиться. И Елена. Она сегодня в новом облегающем платье, слишком нарядном для домашнего праздника. Она помогает мне на кухне, но её помощь заключается в том, чтобы пробовать салаты и комментировать.

— У тебя сегодня «Оливье» с мясом? А Дима разве не с колбасой любит? — заботливо интересуется она.

Почему-то хочется огрызнуться. Но нет. Праздник же.

Наконец, садимся за стол. Торжественный момент — подарки. Дети уже трясутся от нетерпения.

— Папа, папа! Дед Мороз принёс! — кричит Настя, тыча пальцем в гору коробок под ёлкой.

Дима с важным видом встаёт. Он обожает эту роль — верховного распределителя благ. Он достаёт три большие, красиво упакованные коробки.

— Это Саше. Это Насте. Это Даше.

Дети с визгом разрывают обёртку. Саше — конструктор последней серии, о котором он мечтал. Я долго его искала. Насте — огромная, почти в её рост, кукла в бальном платье, которую она заказала в письме к Деду Морозу. Проблема была её спрятать после покупки. Дашеньке — дочурке Алексея с Леной — набор кухонной мебели. Я заранее у неё выпытала, какой именно она хочет.

Я смотрю на мужа. Он сияет. Дети счастливы — он молодец. Никто не спрашивает, откуда подарки. Раз папа дарит, значит, он и покупал.

— Спасибо, папа! — кричат дети, вешаясь ему на шею.

— Не за что, — скромно отмахивается он, но грудь уже колесом. Он, как всегда, купил их любовь. Моими подарками. Идеально.

Потом его взгляд падает на взрослых.

— А теперь — нашим прекрасным дамам!

Он достаёт три коробочки. Одну — мне. Другую — Люсе, третью — Елене.

Я развязываю ленточку. В картонной коробочке лежит деревянная шкатулка с незамысловатым цветочным орнаментом. Красиво. Мило. И, главное, неожиданно и… приятно. Потому что это первый его подарок за всё время нашего знакомства.

— Для твоих мелочей, — говорит Дима, целуя меня в щёку. — Ты же любишь такие… душевные штучки.

Я смотрю на шкатулку. «Душевные штучки».

— Спасибо, милый, — говорю я. — Очень приятно.

Люське он преподносит ручку в красивом футляре — «Для подписания твоих важных банковских документов».

А потом Дима вручает коробочку Елене. Она вскрикивает от восторга, ещё не открыв. Срывает бумагу. Внутри — изящный, вытянутый флакон французских духов в матовом стекле. Я знаю этот аромат. «Шанель Коко Мадмуазель». Дорого. Очень. Упаковка стильная, явно не из супермаркета.

— Димочка, это же моя любимая! — визжит Елена и бросается его обнимать. Он смущённо отнекивается, но улыбается. Широко. Искренне. Так, как мне не улыбался уже сто лет. — Как ты догадался?

— Ну, я… — он мнётся, и я вижу, как по его щекам разливается краска. Он готовился. Узнавал. Запоминал. Тратил время, силы и деньги. На неё.

Внутри неприятно холодеет. Так вот она — причина его внезапного желания первый раз в жизни купить подарки «женской половине нашей компании».

Я поворачиваюсь к Люсе. Она смотрит на шкатулку, потом на духи для Ленки, и её брови ползут вверх. Она уже открывает рот, чтобы прокомментировать в своем духе, — моя подруга всегда говорит всё, что думает. Но я поднимаю бокал с шампанским.

— С Новым годом! — и отпиваю. Вино кажется кислым. Ловлю недоуменный взгляд Люськи и глазами показываю: «Не надо. Не сейчас».

Смотрю на мужа. На его смущённое, довольное лицо. На Ленку, которая уже брызгает духами на запястье и протягивает его Алексею: «Нюхай!» Алексей нюхает и одобрительно кивает — он-то точно