Кавказская пленница. Строптивая сводная для горца - Иман Кальби
«Взаимодействие»… Слово — то какое вспомнил…
- Я согласна, Заур, — честно говоря я, понимая, что к новому раунду войны я явно не готова, тем более если он не собирается сейчас заваливать меня и насильничать, вытерпеть его компанию вполне можно… — но у меня только один вопрос… Давай я его сейчас задам, но ты только не злись… просто раз уж ты сказал про «по — человечески»…
Он поднимает бровь испытующе, ожидая того, что спрошу, а я набираю воздуха в легкие и задаю то, что все эти дни в голове на репите…
- Послушай, вот сейчас не в качестве камня в твой огород, а чисто философски и морально… Тебе больно было от того, что делал отец. Больно за мать, больно, что появилась другая… Ты был обижен. И я именно «по — человечески», как ты говоришь, эти эмоции понимаю. А теперь задумайся о том, что аналогичное сейчас делаешь и ты. Осуждал отца, а сам пошел этим путем. Только разница в том, что Ренат и твоя мать на тот момент, как появилась моя мать, возможно, утратили веру в свою любовь и починить их отношения было слишком сложно, а у тебя… все впереди. Арювзат очень красивая девушка. Она старается. Ты на нее смотрел так с восторгом на помолвке… Зачем ты тащишь в ваши отношения на рассвете всю эту грязь? Зачем уподобляешься отцу, если осуждаешь? Еще не поздно не делать этого, Заур. У вас все впереди…
Он слушал и не перебивал. Только жевал точно так же, как будто я просо про сериал ему рассказывала, а не столь важные вещи говорила…
- Закончила с морализаторством? — спросил, когда я сделала многозначительную паузу для его реакции, — а теперь послушай, Наташа. Я просил тебя Арювзат или любой другой женщины из моего мира не поднимать? Давай этого и придерживаться. Не надо тебе туда соваться. Просто совет. Второе и последнее. Отвечу сейчас. Раз и навсегда. Арювзат и ты — параллельные прямые. Вы не пересечетесь. Она появится в моей жизни как женщина, когда тебя уже не будет. Наша свадьба через год. Уже началась активная подготовка, но мы все равно ничего раньше играть не будем, так как траур. Ровно год после похорон это против правил в нашей культуре. Как ты понимаешь, за это время мы планируем с тобой… — скашливает, — закрыть все наши гештальты и разбежаться. Так что можешь выдохнуть за моральную сторону вопроса. Арювзат адекватная девушка. Она понимает, что у любого парня в нашей культуре до свадьбы были женщины. Это нормально, потому что секс с невестой исключен, а против мужской физиологии не попрешь. Исчерпывающе?
Еще бы. Более чем. Теперь все на места становится. Вот почему именно «год»… Решил мною заткнуть свои потребности до свадьбы, пока траур… Гадко… Как же гадко…
Желание, чтобы Арювзат помогла мне сбежать, усилилось вдвойне сейчас…
- Ты поела? — встает он и деловито хлопает в ладоши, — тогда поехали, не будем терять время.
- Я хотя бы имею право знать, куда мы едем?
- В горы, — отвечает он спокойно, нокаутируя меня, — бабушку хочу навестить. После смерти отца я там еще не был. Не дрейфь только. В доме кроме нее и помощницы по хозяйству никого не будет.
- Не стыдно свою… подстилку вести к бабушке?
Он усмехается, окидывая меня хитрым взглядом.
Его вообще, мне кажется, дико все это забавляет, урода.
- Да она полуглухая и слепая. Скажу, что ты моя практикантка… Тем более, как я понял, тебе там для диплома какое — то интервью нужно писать? Вот, будет у тебя интервью с молодым наследником крупнейшего в республике бизнеса. Считай, я уже договорился с твоим начруком о своей кандидатуре.
Я только рот открываю в возмущении, чтобы сказать ему на всю эту «сказку» пару ласковых, но не успеваю — он уже бодро идет на выход.
Глава 10
Если абстрагироваться от того, куда я еду и с кем, вид ошеломительный.
Заур жуткий лихач, но удивительно чувствует машину.
Пару раз я, конечно, в панике хваталась за ручки и сжимала ткань на штанах под его усмешки на очередном вираже, но в целом я приспособилась.
Он контролировал ситуацию, следил за дорогой, пусть и делал это удивительно расслабленно.
А еще я просто отпустила ситуацию и смотрела на потрясающей красоты пейзаж.
Величественно.
Вдохновляюще.
Хотела бы я приехать сюда просто туристкой — чтобы эта красивая земля только радовала меня, а не сковывала.
Хотела бы я наслаждаться, не оглядываясь назад, хотела бы просто дышать этим хрустально чистым воздухом — и не думать о том, что каждый вдох и выдох может быть токсичным.
- Ты какие — то места в горах видела, пока тут живешь? — спросил он невзначай.
Я пожала плечами.
- В селение ваше приезжала тогда с мамой, потом дядя Ренат возил в рыбхоз, каньон показывал. Больше нигде не была.
Он кивнул, выдохнул.
Даже не знаю, что там у него на уме.
К сожалению, домчали мы гораздо быстрее, чем я предполагала. В прошлый раз было дольше. Наверное, потому что водитель был не такой Шумахер...
Знакомые серо — серебристые ворота, свежеположенный асфальт на дороге, но во всем все равно легкая небрежность, характерная для любого села…
Тут только прошел легкий грибной дождик — и потому воздух до безумия свежий и влажный. От земли исходит пряный пар, а бегающие по улицам громко кричащие индюки и куры совершенно не боятся попасть под колеса машины.
Стоило машине только заехать на гравий перед их домом, тут же громко залаяла собака.
Его ждали...
Мгновение — ворота отворяются.
К нам выходит женщина с длинным носом средних лет.
Кротко на своем наречии здоровается с Зауром и даже мне кивает.
Сухо, конечно, но хоть что — то. В прошлый раз, на похоронах, на нас вообще внимания не обратили...
Заур достает из багажника кучу пакетов с гостинцами, один даже мне вручает, пока я неловко
