Добрые духи - Б. К. Борисон
Я закрываю глаза и отдаюсь этому, поскуливая, постанывая и шепча его имя, проводя пальцами по его волосам, по верхушкам ушей, по задней стороне шеи и вниз по челюсти — туда, где его рот тёплый и влажный против меня. Я захлёбываюсь ничем, когда чувствую влажное скольжение его языка по моим пальцам, оргазм настигает внезапно.
— Нолан, — выдыхаю я. — Нолан.
— Не сдерживайся, Гарриет, — тёмно-синие глаза встречаются с моими. — Кончай.
И тогда он склоняет голову и заставляет меня.
Медленно и интенсивно. Сладострастно. Наслаждение танцует вверх по позвоночнику, прежде чем осесть низко в животе, змейкой спуститься по ногам и заставить бёдра дрожать. Я рассыпаюсь, пока Нолан смотрит, откинувшись назад, твёрдо двигая ладонью там, где только что был его рот, позволяя мне продлить удовольствие. Он точно знает, что мне нужно, даже без слов, усиливая чувства, пока кажется, что мой оргазм длится часами. Я вся в поту, с несвязными мыслями. Я бессмысленно поскуливаю, пока мои бёдра двигаются, тело распускается ниткой под ним.
Когда я, наконец, затихаю, Нолан нависает надо мной, одна рука упирается рядом с моим бедром, другая крепко сжимает его член. Его зубы впиваются в нижнюю губу, пока он проводит рукой вверх и вниз, сухожилия на шее резко выступают.
— Этого достаточно, — задыхаясь, говорит он. Он подаётся вперёд, и его костяшки задевают мою влажную, чувствительную кожу, головка члена прижимается ко мне. Он трётся там, его рука всё ещё двигается. — Этого более чем достаточно.
Я раздвигаю колени шире и качаю головой.
— Не для меня, — говорю я. — Хочу тебя внутри.
Он издаёт звук, будто израненный зверь и падает на меня, ловя мой рот своим в беспорядочном, яростном поцелуе. Я чувствую на его языке свой вкус, и это заставляет меня гореть сильнее, желание вспыхивает снова, тело требует большего.
— Гарриет, — стонет он. — Я не думаю, что смогу, я не продержусь.
— Ничего страшного, — я зарываюсь руками в его волосы, пытаясь его успокоить. — Всё хорошо. Так хорошо.
Он снова толкается ко мне, бормоча что-то себе под нос. Я улавливаю слова вроде «красивая» и «невероятная», его акцент — грубый укус где-то под ухом. Потом он приподнимает мои бёдра и входит, скользя внутрь, медленно заполняя меня своим жаром.
Он двигается медленно. Так медленно, что к тому моменту, когда его бёдра прижимаются к моим, я уже извиваюсь и двигаюсь, прося большего. Наши тела липкие от пота, платье всё ещё зажато между нами. Нолан приподнимается надо мной и поддевает пальцем спутанную, испорченную ткань, лукавая улыбка изгибает уголок его рта. С вспышкой тепла платье рассыпается лентами по моей коже, его магия — покалывающий отголосок. Одна лента обвивается вокруг моего торса, в красивый бант, завязанный между моими обнажёнными грудями.
— Подарок, — задыхаясь, говорит Нолан. — Только для меня.
Я смеюсь, и Нолан дрожащими руками убирает волосы с моего лица, улыбаясь едва заметным изгибом губ. Он не отрывает от меня взгляда, двигая бёдрами, его челюсть расслабляется. Ритм чуть неровный, рваный, но из-за этого всё ощущается ещё лучше. Трение. Движение наших бёдер. То, как его пальцы цепляют и тянут мои волосы. Всё сводится к ощущениям по кусочкам, потому что не уверена, что выдержу всё целиком. Насколько густо, горячо и приторно-сладко быть вот так прижатой ним. Лежать и принимать. Давать ему то, что ему нужно.
Лоб Нолана морщится, его бёдра ускоряются, и я знаю — он близко.
— Покажи мне, — шепчу я, и он качает головой, сжимая зубы. — Дай мне увидеть, — умоляю я.
Он вклинивает руку между нами, пальцы ищут.
— Не сейчас, — приказывает он. — Нужно снова почувствовать тебя. Нужно чувствовать тебя на моём члене.
«Он уже знает, как нужно ко мне прикасаться», — думаю я в полубреду, когда его большой палец начинает двигаться. — «Он точно знает, что делать».
— Тебе не обязательно…
— Это не для тебя, — резко выпаливает он. — Мне это нужно.
Он переворачивает руку и проводит двумя костяшками по обе стороны от того места, где всё ещё движется внутри меня, зажимая мой клитор и трётся и это… это всё. Удовольствие душит меня, накрывая с головой. Острый, яростный оргазм проносится сквозь меня, как буря, выбивая дыхание.
Где-то, будто сквозь туман я слышу его стон, его бёдра вбиваются в мои, пока он получает собственную разрядку. Я лениво провожу ногтями вверх и вниз по его голой спине, пока он напрягается, мышцы каменеют, когда он проходит через своё удовольствие.
Он выглядит прекрасно. Нахмуренный лоб. Приоткрытый рот. Влажные волосы у висков и распухшая от моих поцелуев нижняя губа. Я обхватываю его лицо ладонями, наблюдая, как черты его лица разглаживаются от облегчения.
Когда его глаза снова распахиваются, они неожиданно ярко-синие. Такого оттенка я ещё не видела. Его магия таится по краям с золотыми искрами, и я сияю ему в ответ. Он улыбается мне, грудь всё ещё тяжело вздымается, и затем мы оба смеёмся, как опьянённые любовью идиоты, наши рты сталкиваются, пока мы пытаемся поцелуями пробиться сквозь это чувство.
Когда он, наконец, падает рядом со мной, я вся зацелованная и искусанная, сияющая. Нолан выглядит не менее ошарашенным, его волосы почти торчат дыбом.
«Запомни это», — говорю я себе, когда он переплетает наши пальцы, закрыв глаза, прижимая мою руку к своему рту.
Он дарит поцелуй моим костяшкам, а я прячу воспоминание о нём в тайном месте рядом с сердцем.
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста».
«Запомни его».
Глава 31
Нолан
Посередине кухни Гарриет сидит кошка. Точнее, моя кошка сидит посередине кухни Гарриет и одаривает меня кошачьим эквивалентом самодовольного, всезнающего взгляда.
— Буилин, — приветствую я её поверх кружки кофе, щурясь от утреннего света и пытаясь понять, не является ли всё это оргазмо-индуцированным приступом истерии. Окно над раковиной открыто, видимо, оттуда Буилин и зашла, и её рыжая лапа поднята к мордочке. Я не видел её пару дней. Полагаю, теперь знаю, куда она пропадала. — Тебе… что-то нужно?
Кошка моргает. Я моргаю в ответ.
Две руки обвиваются вокруг моей обнажённой талии, и я чувствую поцелуй между лопаток.
— Почему ты разговариваешь с кошкой? — бормочет Гарриет сонно и лениво, прижимаясь губами к моей