Демон Пепла и Слёз - Виктория Олейник

Я мужественно подавила желание удрать в лес к волку и, взяв себя в руки, глубоко вдохнула. Ладно, все хорошо, все хорошо. Это же Алекс, он в обиду не даст…

Бочком протиснувшись к сумке Анюты, я порылась в ней и припрятала в рукаве складной перочинный нож. Ну так, на всякий случай.

В моем представлении мы выходим из поезда, а Изгнанные встречают нас хлебом-солью. Я поднимаю руку, говорю «Алатар», они дружно вздыхают, говорят, как мне одолеть высших демонов. Мы слезно прощаемся, я сажусь в тот же поезд, который за пару секунд доставляет меня в гостиницу. Теплую и уютную.

Меньше всего я ожидала, что придется плестись по грязи и бездорожью, почти на ощупь, ломая сухие ветки деревьев и слушая ворчание беса. Тишина осеннего леса давила на уши. Я вздрагивала от каждого шороха, опасаясь повстречать волка, пока меня не просветили, что волки опасаются встретить беса.

Стало легче, но не намного. В моих и впрямь не подходящих случаю ботинках хлюпали вода и грязь. Белый пуховик через час отшельничества стал серо-буро-черным, волосы намокли, нос замерз, а ноги передвигались лишь ценой неимоверных усилий.

Я выдохнула и, схватившись за дерево, посмотрела вслед бодро топающим спутникам. Везет же, а! Вон как бегут. Будто всю жизнь только и делали, что под покровом ночи по лесам шастали!

– Кар-р-р! – глубокомысленно изрекла увязавшаяся за нами ворона, слетая на ветку. Я вскинула фонарь, чтобы высветить птицу. Вот картина ведь: темный лес, десять вечера, кругом темнота, и вдруг ворона над тобой смеется. Какая-то неправильная сказка получается.

– Сгинь, нечисть! – рявкнула я, но ворона, нахохлившись, переступила с лапки на лапку.

– Кар! – Мало того что увязалась, так еще и огрызается!

– Тебя что, демоны подослали?! – выругалась я злобным шепотом.

Птица, насторожившись, одарила меня суровым взглядом. Гордо задрала клюв и быстренько взмыла в небо. Я так и застыла. Что, правда, демоны подослали?

– Лия, скажи спасибо, что хотя бы леший к тебе не пристает, а? Инкубов хватит, лешего я уже не переживу, – раздался насмешливый голос Алекса, и я перевела взгляд на парня.

Тот, усмехаясь, прислонился плечом к дереву. Вид у него был самоуверенный, до отвращения бодрый и сияющий. Чего скрывать, раздражало страшно!

Я в красках представила, как старательно даю пинка несносному жениху… под звуки вороньего карканья и зловещий скрип деревьев… но в итоге лишь вяло сузила глаза. Лишусь спутников, а как потом в одиночку выживать? Я даже сомневалась, что так выживу. Кажется, ног не чувствую. И рук.

– Ха-ха, я в восторге от твоего чувства юмора, – кисло бросила я, с сожалением оставляя дерево в покое. Все равно не дадут порыдать спокойно. – И вообще, без тебя тошно.

Каждый мой шаг сопровождался печальным «хлюп-хлюп» из некогда красивых ботинок. Алекс, поморщившись, поддержал меня за локоть и вздохнул.

– Мелкая! Подожди.

Анька, убежавшая метров на пять вперед, недовольно обернулась.

– Ну давай ее в жертву принесем уже, а, и дальше пойдем? – капризно заканючила она. – Сил никаких!

– И я тебя тоже люблю, сестричка, – ядовито отозвалась я.

– Тогда не ной! – фыркнула добрая девочка, решительно продолжая путь.

Я с тоской вздохнула и сделала шаг. Хлюп-п-п-п! – отозвался ботинок. Алекс аж весь поежился, словно звук причинял ему неимоверные страдания.

– Мелкая! Догоним, – недовольно процедил он, будто я лично виновата, что ботинки полны воды. Шмыгнув, я прислонилась к дереву и задрала голову к небу.

– Дяди с небес, обещаю быть хорошей девочкой, только дайте мне полотенце и резиновые супертеплые сапоги…

– Забирай! – последовал ответ от Алекса, и мне подкинули пару сапожек в руки. Действительно супертеплых. Не знаю, как там насчет резины, но промокать не должны. Но поскольку знака «сделано на небесах» нигде не стояло, я задрала голову снова.

– Ну вы же поняли, что я пошутила насчет хорошей девочки, да? – уточнила я у неба. Грома с молнией не последовало, и я переключилась на Алекса. – Ты где их взял?

– Выкопал, – усмехнулся Алекс. – Лия, надо быть совсем наивной, чтобы надеть каблуки в лес. Я ведь говорил.

– Сам дурак, – злобно хлюпнула я носом и тут же получила из бездонной сумки Алекса платок. – Но запасливый, – признала я. Алекс фыркнул, наблюдая, как я прыгаю на одной ноге в попытке переобуться, и даже небрежно поддержал под локоть, когда я опасно зашаталась.

– Мы еще получаса не прошли, а ты уже помирать собралась, – точно подметил он. – Надо было взять запасную невесту, чувствую, понадобится.

– Тогда оставьте меня здесь, я вас задерживаю! Не думайте обо мне, идите-идите… – героически просипела я, втайне молясь, чтобы послушались. Пойду на станцию, подожду поезда домой…

– Заманчивая идея… волки сыты, овцы налегке… – задумчиво протянул Алекс.

– В кои-то веки дельная мысль! Еды подольше хватит. Голосую за, – поддержала вернувшаяся сестра. И даже бес махнул из клетки, соглашаясь.

Я насупилась, сосредоточившись на обуви и грозно сопя. Друзья называются! Такие, вместо того чтобы стоять на крыше и ловить оступившегося, еще и в спину толкнут. Для быстроты полета. Я с досадой потопала ногами, привыкая к обуви.

– Дельной мыслью было дождаться рассвета! – парировала я ворчливо.

– И околеть к утру, – ехидно поддакнула Аня.

– Будто мы так не околеем! Я уже ног не чувствую, рук тоже, и почти ни зги не вижу! Какого мрака нам понадобилось ночью в лесу? – не унималась я. Походы ночью по промерзшему лесу не лучшим образом сказываются на моем характере. – Потом не жалуйтесь, что я не предупреждала!

– Злючка, – миролюбиво хмыкнул Алекс, с умилением разглядывая мои переобутые ноги.

– Сам ты злючка! – взорвалась я. – Злючка, злючка, злючка! Может, Велор и демон, но он хотя бы не обзывается! За такого и замуж не грех выйти!

Я вздрогнула, сообразив, что сказала совсем не то, что собиралась. Срываться, тем более на Алексе, я не хотела. И все же сорвалась, да еще как. Я почти выкрикнула последнюю фразу, и она повисла между нами как невидимая, но прочная стена. Вроде все то же самое, но что-то изменилось. Лицо Алекса неуловимо помрачнело. Губы жестко поджались, глаза сузились. Сунув руку в карман, Алекс горько усмехнулся.

– Недалеко пещера, переночуем там. Не отставай, будь добра. Не хочу потратить все время на поиски того, что от тебя останется, – только и сказал он. Невыразимо спокойно, ровно, без эмоций, но в его голосе так и сквозил холод.

Бросив на меня мрачный взгляд, он развернулся и двинулся