Демон Пепла и Слёз - Виктория Олейник

В какой-то момент мелькнула мысль поцеловать его первой… но вдребезги разбилась о нахальную улыбку парня. Он что… подмигнул?

– …пока никто не покусился на воду, – буднично завершил он фразу. Я даже глазами хлопнула.

А этот зазнайка, потянувшись, выхватил из-под подушки упавшую бутылку воды. Замер, с сожалением глядя на мои губы. Даже ниже склонился, отчего его волосы коснулись моей щеки…

– Другого места не нашли? – прозвучал недовольный голос Аньки, и следом хлопнула дверь купе. Жених с сожалением вздохнул и, сев, подбросил в руке воду.

– Для чего, мелкая? Я брал воду.

– Мог бы просто попросить! – Я обиженно толкнула Алекса в плечо.

– Ай, – флегматично отмахнулся Алекс. Присмотрелся к покупкам Аньки и быстро выхватил из вороха пакетов шоколадные конфеты.

– Верни, это я заказывала! – возмущенно попыталась я отобрать желанное, но Алекс ловко спрятал пакетик за спину. Так, что мне пришлось почти обнять его в попытке дотянуться, а он – зараза этакая! – переложил пакет в другую руку.

Ну все! Разозлил. Я почти села на его колени, старательно пытаясь вернуть украденное.

– Развратница, – засмеялся Алекс, зашвыривая пакет на верхнюю койку и в ту же секунду обхватывая за бедра, чтобы я не побежала за конфетками. Я замерла, непонимающе хмурясь. Потом поняла, что сижу на чужих коленях, причем как-то уж очень… неприлично, и сердито ткнула Алекса в плечо.

– А ты воришка! Мои конфеты!

– Какой вид открывается, – хмыкнул Алекс.

Я попыталась вырваться, но Алекс отпускать и не подумал, все так же придерживая за бедра.

– У тебя отличная фигура, зачем тебе ее портить? Вот подумай, съешь эти несчастные конфетки, а они отложатся вот тут, – Алекс щекотно пробежался пальцами по моему боку. – И тут, – по другому боку. – А еще тут… о, хотя тут я не против, – пальцы Алекса замерли в сантиметре от груди и тут же побежали снова по боку, – а вот тут против, маленькая злючка! Так и знай.

Я фыркнула, сдерживая смех, и Алекс усилил щекотку, все-таки заставив меня рассмеяться. Вот зараза!

– Два идиота, чур, я не с вами! – недовольно фыркнула Анька, протискиваясь на место. – Я три пакета купила. Всем хватит.

Алекс замер на минутку, замерла и я, вспоминая, о чем речь. Встряхнув головой, он зловеще прищурился и вернулся к щекотке.

Поезд, скрипя, погромыхивая и душераздирающе скрежеща, сдвинулся. Колеса застучали по шпалам, состав неохотно и лениво тронулся с места, постепенно набирая ход. Я подавила отчаянное желание запрыгнуть обратно и лишь поежилась, когда раздался издевательский гудок.

А потом поезд скрылся в туманной дымке, и мы остались в полной тишине. На пустом перроне. С одинокой скамейкой, на которой рылась в рюкзаке Анька. Посреди дремучего леса, где, кроме нас, – никого. Разве что деревья протяжно скрипят и вдалеке кто-то тоскливо завывает.

Сгущались синие сумерки, и редкий снег таял, не долетая до земли. Белая крупа обжигала лицо, впрочем, прохлада стояла еще осенняя. Нос мерз, но не отмерзал.

– Надо было взять палатку, – наконец задумчиво изрек Алекс, глядя вдаль.

– И воды, – согласилась я безжизненным голосом.

– И шубу, – поежился Алекс.

– И еды, – вздохнула я.

– Зажарим беса, – решил Алекс, все также задумчиво глядя вдаль.

Я оценивающе посмотрела на маленького беса. С одной стороны – покушаться на чью-то шкурку нехорошо. Но это же бес!

И потом, кто нас выдернул из поезда воплями «здесь, здесь, они здес-сь!». Ну, вот мы тоже здесь. Подозреваю, этот маленький комок шерсти решил от нас так избавиться. А что? Согнать с поезда и подождать, пока мы тихо загнемся на перроне от холода и голода.

Так что мне этого гада не жалко. Можно и зажарить. Только вот…

– Маловат и мерзковат, – цинично оценила я и вздохнула. – В моей сумке завалялась пачка чипсов и шоколадка. Скудно для ужина…

– Что бы вы без меня только делали! – торжествующе возвестила Анька, кидая каждому по свертку. – Палатка, вода, спальники, еда… Мне-то все равно. Если что, я вас тут брошу, но мама расстроится. Вечно мама так, что ей вы все сдались? Одни проблемы, как по мне. Может, мне самой от вас избавиться, хм-м-м? Какая заманчивая идея… – пробубнила себе под нос моя добрая, милая сестренка.

Я чуть не уронила свернутую палатку. Черноволосая девушка, с густо подведенными глазами «а-ля Дракула восстал из могилы», вещающая потусторонним голосом, одетая в черное… в синих сумерках… Посреди дремучего леса…

Страшно как!

Аууууу! – взвыл вдалеке… волк?!

– Алекс, а пошли домой, а? – взмолилась я дрожащим голосом. Алекс вышел из транса, медленно повернул ко мне голову и с тоской прошептал.

– Мне кажется, уже поздно.

Лучше бы молчал! Стыдно признаться, никаких походов в моей биографии попросту не было. Я впервые оказалась один на один с природой. Без света, без экипированных до зубов охотников, без электричества!

Я уже остро жалела, что согласилась на эту авантюру. А еще больше, что не удосужилась подготовиться как следует. Я думала, мы отправимся на поиски из города, в конце концов! Отдохнем после поезда, выспимся и снарядимся!

А мы мрак знает где, и бес ухмыляется!

Я достала телефон, собираясь поплакаться хоть кому-то, а заодно выяснить, куда нас занесло, но это лишь усугубило панику. Там, где всегда стояли полосочки связи, сейчас было пусто! Как так? Из моей головы вылетела и Анька, и волки. Я пробежалась по перрону, протягивая к небу телефон и чуть в голос не зарыдала. Что значит, нет связи? Как это сеть не ловит?!

– Лия, ты куда собралась? – спохватился жених, когда я сделала попытку удрать в лес в страстной надежде словить сигнал, и тут мои нервы не выдержали.

– Телефон не ловит! – в ужасе обернулась я, пытаясь голосом выразить степень моего отчаяния. – Мы все умрем!

И уронила руку с телефоном, близкая к истерике как никогда в жизни.

Ладно бы Алекс проявил капельку сочувствия, так нет же! Помолчав, он всхлипнул и расхохотался.

– Ну все, теперь нас ничто отвлекать не будет! – зловеще протянул он. – Не волнуйся, непутевая невеста, я найду… чем тебя занять.

Аууу! – согласился волк вдалеке, и я, поежившись, вцепилась в свой пуховик, как монашка в рясу. Темный лес. Анька нож деловито натачивает. Бес сверкает зелеными глазами. Алекс недобро усмехается.

И ворона. О да, и ворона каркает,