Ее безумные звери - Э. П. Бали
Из этого может получиться действительно хорошее стихотворение, но я и так достаточно скоро выскажу свою точку зрения.
Позади меня надзиратели слоняются вокруг грузовиков, курят и сплетничают, как старые перечницы. Поскольку все заключенные заперты в своих камерах, они любят отлынивать от работы в ночную смену.
— Прощай, Дикарь, — холодно говорит Рубен, прежде чем развернуться и уйти.
Охранники Блэквотер начинают посмеиваться.
— С возвращением, Умняшка-Дикашка, — усмехается гепард постарше, который меня помнит. — Мы тебя ждали.
— О, правда? — отвечаю я, отходя как можно дальше от грузовиков и размахивая членом. — Не мог дождаться, когда снова увидишь меня голышом, да, любимый?
Другие охранники мерзко смеются, теребя свои электрошокеры. Позади меня захлопывается дверца грузовика: Рубен собирается в Академию.
— Давай-ка займемся осмотром, — говорит гепард, пощупав мой бицепс.
Входя в здание, я бросаю взгляд через плечо и вижу, как Рубен включает зажигание своего грузовика. Значит, он это услышал.
Каждый охранник в округе услышал.
Тихий щелчок.
Я ухмыляюсь, и серые глаза Рубена резко устремляются ко мне.
И тогда взрывается бомба, заложенная под его грузовик.
Остальные бомбы подрывают два других грузовика в результате красивой цепной реакции.
Огненный шар заполняет мое зрение, как раз перед тем, как мы все отлетаем назад.
Глава 4
Лайл
Я врываюсь в общежитие анима, перепрыгивая через три ступеньки за раз. В моей долбаной школе. На моей долбаной территории похитили аниму. Насилие — это живое существо в моих венах, и двери захлопываются с грохотом за моей спиной, когда я проношусь по нижним этажам. Мой анимус так яростно требует возмездия, что мое зрение то и дело мелькает вспышками. Но теперь мы работаем вместе, мой анимус и я, ему незачем брать верх над моей человеческой стороной.
На четвертом этаже Йети наблюдает за Минни, Ракель, Стейси и Коннором, которые сбились в кучку. Анимы вздрагивают и прижимаются к стене, когда я прохожу мимо. Йети властно берет Минни за руку.
— Приготовьтесь вернуться в свои комнаты, — приказываю я. — Карантин через десять минут.
Совет, возможно, и отстранил меня от должности заместителя директора, но зверь во мне по-прежнему считает эту территорию своей и готов ее защищать.
Точно так же моя душа жаждет присутствия моей Регины. Я нахожу ее в комнате Сабрины, где она хмуро смотрит на Косу. Акула спокойно смотрит в ответ.
Она сразу чувствует мое присутствие, и ее идеальные голубые глаза встречаются с моими. Эта напряженная жажда насилия внутри меня спадает, давление в груди ослабевает, когда я подхожу и прижимаю ее нежное тело к себе. Она не сопротивляется, и к теплу ее присутствия добавляется удовлетворение.
— Ну что там? — в голосе Косы потрескивает лед.
— Кристина ничего не помнит.
Тишина. Мы оба знаем, что это значит.
Аурелия открывает рот, но у нас нет времени на обсуждение. Мне нужно защитить ее. Моя рука скользит вниз по ее бедру, и она бросает на меня удивленный взгляд.
— Я поговорил с охраной. Сейчас они всех собирают. Я начинаю ежемесячный карантин пораньше, нам нужно идти.
Коса одобрительно кивает и выходит, я следую за ним. Аурелия прижимается ко мне, ее рука обдает теплом мой обнаженный бок. Холод пронзает мою грудь, когда она оставляет меня, чтобы обнять своих друзей и прошептать им на ухо ободряющие слова.
Йети, белый тигр Минни, и я стоим, защищая группу, в состоянии повышенной готовности к появлению признаков новой опасности. Нимпины на плечах у анима пищат от беспокойства.
Я нашел Черри, ярко-красную нимпинку Сабрины, мертвой в клумбе во дворе. Один из моих охранников отнес ее в медблок на вскрытие, но чтобы убить что-то настолько маленькое, не нужно прилагать особых усилий. Они не найдут ничего необычного. И я надеюсь пока это скрыть, иначе анимы могут наделать глупостей в своем горе.
— Идем, — рычу я, используя телекинез, чтобы выхватить свою Регину из дрожащих рук Стейси. — Ракель, оставайся в комнате Стейси. Ты тоже, Коннор.
Волк-аним, бледная под свежей стрижкой и множеством серебряных пирсингов на лице, мрачно кивает. Коннор, черная львица, обнимает девушек своими длинными руками, его глаза влажные и блестят.
— Командир, — бормочет Аурелия себе под нос, когда мы уходим вслед за Йети, который чуть ли не на руках уносит Минни, спеша вернуться в общежитие стаи на другой стороне кампуса.
Однако мой анимус не хочет возвращаться в мою собственную квартиру. Вместо этого он ведет нас в направлении общежития анимусов. Инстинкт подсказывает мне сейчас быть со своими братьями по стае.
В темноте снаружи расхаживают охранники с фонарями, крича студентам, чтобы они поторопились в свои общежития из столовой. Харрисон, заместитель Рубена, подходит ко мне с моим телефоном в руках. Я выхватываю его из рук своей силой, желая поскорее покончить со всем и вернуть Аурелию в безопасное место, несмотря на то, что она постоянно извивается у меня под боком.
Я даю Харрисону еще несколько инструкций, одновременно отправляя сообщения Селесте и в групповой чат преподавателям Академии.
Произойдут кадровые перестановки, что повлечет за собой большие перемены для всех нас.
Мы почти у общежития анимусов, когда я шепчу своей извивающейся Регине:
— Прекрати бороться со мной.
Аурелия фыркает.
— Если мы сейчас отправимся на карантин, как мы сможем вернуть Сабрину? Я смотрела достаточно криминальных документалок, и мы не должны давать им возможность перевезти ее в другое место. Нам правда нужно сосредоточиться…
Я резко останавливаюсь и хватаю ее за плечи.
— Криминальные документалки? Ангел, мы имеем дело не с какими-то мелкими человеческими преступниками.
Голос Косы врывается в наши разумы:
— Я работаю над этим, Аурелия. Сейчас тебе нужно залечь на дно. И ты знаешь почему.
Ее лицо мрачнеет, когда она понимает, что последние из проходящих мимо нас студентов откровенно пялятся в нашу сторону. Слухи распространяются быстро, когда значительная часть твоих студентов — волки-телепаты. Слухи о том, что Аурелия — одна из мифических костеплетов, которые, как мы все думали, давно вымерли. Слухи о том, что заместитель директора — ее пара.
Я трясу головой, чтобы избавиться от кровожадных инстинктов своего анимуса, и веду Аурелию впереди себя вверх по лестнице в общежитие. Я не испытываю никакой печали из-за потери своей должности или из-за ссоры с Мейсом Нагой и Советом Зверей.
Потому что теперь мы свободны.
Свободны, по крайней мере, от Фредрика Ульмана. Свободны быть с нашей Региной. Свободны от клетки, которую я сам себе создал.
Пока мы идем по коридору третьего этажа, нас встречает потрясенное молчание. Студенты-анимусы наблюдают
