Академия контролируемой магии - Ольга Арунд
– Садись. – Оллэйстар кивнул на одно из гостевых кресел, но сам садиться не стал. И я бы не стала, но слабость еще накатывала волнами, грозя в любое мгновение спуститься в ноги.
Этот кабинет оказался меньше академического раза в два и в той же степени уютнее. Хотя бы потому, что за моей спиной ярко пылал камин, наполняя помещение треском поленьев и терпким ароматом ориосов. Не помню, когда я последний раз видела по-настоящему зажженный камин, ведь магический огонь горит ярче и дольше, не оставляет после себя копоти и золы, не обжигает и доступен каждому.
– Что ты помнишь?
Боль. Удушье. Чужое: «Месяц, Ориан. На оба дела».
– Я помню, как взорвался поглотитель. Как нашла шкатулку и сказала вам об этом. Еще помню заклинание.
– Как оно выглядело? – Оллэйстар обошел стол, открыл один из ящиков и достал лист бумаги и карандаш. – Сможешь нарисовать?
– Мне нечего рисовать. – Я пожала плечами и подняла на него взгляд. – Оно выглядело как луч, темный с красным оттенком.
– Это все? – Оллэйстар смотрел на меня, оперевшись ладонями о собственный стол.
Как может смотреть боевой маг с таким опытом? Очень впечатляюще, но кианита у него не было, и это развязывало мне не столько руки, сколько язык.
«Добить было бы проще. И милосерднее».
– Да. – Самое время перевести тему. – Мы за пределами академии?
– Да, – насмешливо повторил за мной Оллэйстар, не отрывая внимательного взгляда. – Спрашивай, не стоит изводить себя любопытством.
Лучше изводиться самой, чем ждать, пока тебя изведут.
– Вы расскажете, что произошло?
– Расскажу, – хмыкнул Оллэйстар, удивляя, – хотя не уверен, что это пойдет тебе на пользу. – Он присел на край стола. – Хочешь есть?
– Н-нет, – ожидая, когда он раскроет если не все, то хотя бы часть тайн, я растерялась, услышав вопрос. – А какой сегодня день?
Интуиция молчала, но ведь без сознания я могла провести как три часа, так и три дня… и второе было бы намного хуже.
– Почти час ночи пятницы. Ничего важного ты не пропустила. – Кроме собственной полусмерти – ничего.
– Мне… – В общем-то, попробовать стоило. – Мне послышались голоса, – и взгляд – тревожный и кристально-честный, – я отвлекла вас от гостей?
– Тебе послышалось, Аурелия, – откровенно соврал Оллэйстар, но так, что, не знай я правды, не догадалась бы. – Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо. – Да и ладно. – А поглотитель, он…
– Возвращен императорским магам для исследований. – А тут, кажется, он не обманывал. – У меня не так много студентов, чтобы бездарно ими разбрасываться, – весело улыбнулся Оллэйстар.
– Почему я… – в вашей спальне? – Здесь, а не в лекарском корпусе?
– Потому что там тебе бы не помогли.
– А здесь?..
– Здесь – это в моем доме, – насмешливо сообщил Оллэйстар. – От того, что ты назовешь вещи своими именами, тебя не привлекут за аморальность.
Аморальность?
Рианы! Эвилонберг!
– Я… – Паника накрыла как-то внезапно. Может, это последствия лечения? – Мне срочно нужно в академию! Нельзя, чтобы меня здесь видели. Если князь узнает, то…
– Что? – с интересом поднял бровь он.
– Нет, это… Если даже Рик не рискнул, то вам и вовсе не…
Я резко поднялась, пошатнулась, но устояла и оглянулась в поисках выхода. Другого выхода, кроме как в спальню, не оказалось. Но как тогда исчез странный гость? Испарился?
– Пей.
Резко развернувшись, я вдруг уткнулась носом в белоснежную рубашку. И в ее хозяина, который одной рукой удержал меня за талию, второй поднеся стеклянный бокал к губам.
– Я не… – Рубиновая жидкость коснулась губ, и глоток я сделала инстинктивно.
Острый, словно из перца, напиток обжег горло, и я закашлялась, на глазах выступили слезы. Еще бы! Все силы уходили на то, чтобы избавиться от дерущего горло привкуса, и стало уже не до срывов.
– Еще.
Я в ужасе смотрела на бокал, уже другой, и приготовилась умереть, но не пить, но Оллэйстар вдруг коснулся моей щеки, и я не заметила, как выпила все до дна. Не зря – теплый густой напиток с молочно-ягодным привкусом прокатился по гортани, успокаивая раздраженные внутренности.
Вот только чужая ладонь все еще обжигала почище проклятого огня.
– С-спасибо. – Я отшатнулась, а взгляд, кажется, навечно приклеился к узорному ковру. – Что это было?
– Первое – Ктаранский самогон. – Я возмущенно вскинулась, но куда мне! В отличие от Оллэйстара, краска залила меня ото лба до кончиков пальцев на ногах. – Второе – молоко с ягодным эликсиром. Одно привело тебя в чувство, другое сработало вместо укрепляющего.
– А почему… не важно.
Действительно, какая разница, чем ему не угодил укрепляющий отвар! Гораздо важнее то, что кабинет накрыла смущенная тишина. Для меня смущенная, Оллэйстар же пребывал в прекрасном настроении, что чувствовалось в расслабленной позе, насмешливом взгляде и – да, настоящих искрах в глазах.
– Я умерла? – Неприятный вопрос, которым я надеялась перебить неловкость. Но он лишь пожал плечами.
– Ты жива, – мягко ответил Оллэйстар, – разве это не главное?
«Добить было бы проще. И милосерднее».
– Кто меня вылечил?
Закружилась голова, и я взялась за спинку кресла.
– Таер Галор, мой личный лекарь. Хочешь узнать подробности лечения? – с откровенной иронией поинтересовался Оллэйстар, лучше меня понимая, что ничего выяснять я не буду. – Могу позвать.
Но вот так просто взять и поверить? Моей фантазии не хватало, чтобы представить, как опытный лекарь, а другого Оллэйстар вряд ли бы держал, предлагает меня добить. С другой стороны, я жива, практически здорова, и даже слабость сдавалась выпитому эликсиру.
Кем бы ни был и чего бы ни хотел маг, который меня лечил, ему стоило сказать спасибо.
– Нет, просто я… Передайте, пожалуйста, мою благодарность таеру Галору.
– Передам.
Оллэйстар вернулся к столу, поставил бокал на поднос и, кажется, никуда не торопился.
Хм. И что дальше?
– Вы вернете меня в академию? – Вопрос получился настолько неуверенным, что я поморщилась. И продолжила гораздо тверже: – Мне нужно обратно, иначе…
– Я помню, великий князь будет недоволен, – ровно отозвался Оллэйстар и повернулся.
– Иначе я снова не сдам магическое право, – договорила с укором.
Сомневаюсь, что доносчики Эвилонберга ежечасно заглядывали ко мне в спальню, а вот если я не появлюсь на завтраке, у них могли возникнуть вопросы.
– Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь? – Ректор имел полное право мне тыкать, но в приглушенном освещении кабинета выглядело это не очень. Не очень прилично. – Академические лекари, конечно, многое могут, но с таким они вряд ли сталкивались.
– Таким? – вскинулась я. – Вы знаете, что это было за заклинание?
– Догадываюсь, но вам это знание ничем не поможет. Идемте.
Оллэйстар подошел к единственной
