Бесценная - Ольга Ярошинская
– Мяу! – требовательно сказала Белла.
– Она не могла уйти без тебя, – прошептал Корвин, и душа заныла от неясной тоски.
Корвин сбежал по лестнице вниз и увидел открытую дверь. Туман рассеялся, и теперь за ней была лишь растрескавшаяся стена подвала, но он вдруг отчетливо понял, куда Лита пошла. Вчера служитель храма со смешком поделился тем, о чем спрашивала невеста. Храм солнца, придумает тоже. Какими только наивными суевериями не полнится хорошенькая головка будущей молодой жены…
Корвин медленно закрыл дверь, но мысли в его голове носились стаей перепуганных птиц.
Лита наконец поверила, что храма нет. Поняла, как все было. Вся ее жизнь предстала перед ней такая, какая есть.
Предназначение – все твердила она. И вот перед ней появилась понятная и важная цель.
Корвин быстро вернулся на кухню, дернул ящик стола, лихорадочно перебрал ножи и всякие вилки-ложки. Ножниц не было.
Его бесценная отправилась спасать своих сестер.
За окном раздались крики, окно разбилось. Осколки брызнули на пол, по которому прокатился крупный булыжник, и кошка молнией метнулась через всю кухню.
Вздохнув, Корвин неспешно поднялся на крышу.
Он мог бы отправиться во дворец, и дверь привела бы его к Лите. Но что дальше? Решетки на окнах, позолоченные потолки – он даже не сможет расправить крылья. Мраморные залы кишат стражей, его мигом поймают и теперь уж казнят без промедления, и все, на что он может надеяться, – увидеть Литу в последний раз.
Или он может избрать другой путь. Еще более сумасшедший. Зато это изменит все.
Внизу жалобно звенели окна, торжествующе кричали солдаты. Хоть бы пушистая любимица Литы успела удрать.
Корвин раскинул руки, и ветер взъерошил черные перья.
Глава 9. Предназначение
Звезды тревожно мерцали в окне, скованном узором решеток, и Лите казалось, будто кто-то коварный и злой запер кусочек неба. Ведь она чувствовала себя абсолютно свободной. Она исполняла свое предназначение, и даже если ее путь оборвется прямо сейчас, все не зря: и жизнь взаперти, и уроки, и гимны солнцу, которые любил слушать дорогой отец, и Корвин, особенно он…
Ножницы резали, золотые пряди сыпались на пол. Дезра даже не шелохнулась, когда Лита оставила ее без волос, и мирно посапывала во сне. Следом Эмилия – по старшинству. Сестра спала на животе, а волосы были удобно заплетены в косу. Чистое золото, живой шелк – бесценные дочери короля были вышколены безукоризненно, но за их волосами ухаживали особо: шампуни, маски, масла. Все для того, чтобы змею пришлось по вкусу.
Руки, неприспособленные к работе, быстро устали, тяжелые ушки ножниц натерли нежные пальцы. Закончив с Эмилией, Лита выдохнула и перешла к Анне. Остригла половину волос, попыталась выпростать локоны, прижатые плечом, и сестра проснулась.
– Лита? – пробормотала спросонья. – Где… Где твои волосы?!
– Тссс, – прошептала Лита, прижав к губам ножницы. – Я все объясню.
Анна рывком села в кровати, ощупала стриженые с одной сторон пряди и… заорала.
Кто-то зажег свет, захлопали двери, Дезра взвыла как раненый зверь, громко зарыдала испуганная Агнешка.
– Я все объясню! – кричала Лита, но слуги уже скрутили ее руки за спиной, а кто-то оттолкнул ногой ножницы, упавшие на пол. – Вас обманывают! Нет никакого храма солнца! Его нет!
Сестры истошно вопили и плакали, а ее потащили куда-то за руки-за ноги, как овцу на убой, и над головой проплывал потолок, расписанный золотыми узорами. Когда-то Лите казалось – это красиво, еще до того, как Корвин показал ей созвездия.
Ее бросили на мраморный пол, и она больно ушибла колени. Подняла голову, глядя на трон, и в животе похолодело от ужаса. Раньше золотая обивка вызывала у нее восхищение. Они с сестрами даже спорили – из кожи какого диковинного зверя сделана такая красота: мелкие чешуйки переливались перламутром и золотом, и по трону волнами плыли узоры, переливаясь, как вода в лучах солнца. Выходит, это золото получалось из них…
В зал вошел король, подошел к Лите и брезгливо поддел пальцем стриженую и крашеную прядь.
– Кто поймал ее? – строго спросил он.
– Бесценная явилась сама, – ответил стражник, которого Лита раньше не видела: с крючковатым носом и выпуклой родинкой.
– Она больше не бесценная, – холодно сказал дорогой отец. – Она больше ни на что не годится.
Лита попыталась встать с колен, но кто-то больно вдавил ей в плечо острую пику.
– Ваше золотейшество, – робко произнес стражник. – Дверь в спальню охраняли, как и всегда. Замки и засовы не тронуты. Но она как-то проникла в комнату к сестрам и…
– Говори! – рыкнул король, и Лита вдруг увидела перед собой незнакомца – злобного, безжалостного, расчетливого. Дорогой отец всегда был так добр и заботлив, но сейчас взошел по ступеням и сел на трон, обтянутый кожей змея, которому он скармливал своих дочерей.
– Я их остригла, – сказала Лита и глупо хихикнула. – Что ты будешь делать теперь, дорогой отец? Чем накормишь свою зверюшку в недрах горы?
– Она сделала что? – с ужасом переспросил король.
– Ты растил нас как своих дочерей! – выкрикнула она. – А потом отправлял на смерть!
А может, она все же ошиблась? Может, есть какое-то другое объяснение и сейчас дорогой отец откроет ей глаза?
– Вот именно! – рявкнул король. – Я заботился о вас как о родных! Вы ни в чем не нуждались! Я дал тебе такую жизнь, которую ты никогда бы не прожила в своем захолустье. Я имел право рассчитывать на благодарность! А ты, бессовестная тварь…
Его лицо покраснело от бешенства, на лбу вздулась вена, и Лита подумала – как было бы славно, если бы его прямо сейчас хватил удар. Она изучала историю королей, с одним из правителей так и случилось.
– Казнить ее! – приказал король.
– Если позволите… – наставница выступила вперед, и сердце Литы потеплело от внезапной надежды.
Она вдруг осознала, что стоит на тех же мраморных плитах, где когда-то едва не казнили Корвина. Тогда судьба в ее лице вмешалась и спасла его. Может, и у Литы еще есть шанс?
– Я хотела бы подчеркнуть, что дверь в спальню девочек оставалась запертой, а решетки на окнах не повреждены, – произнесла наставница, и на ее впалых щеках алел непривычный румянец.
Да она и не собирается спасать свою подопечную – поняла Лита. Она боится лишь за свою шкуру!
– Это какая-то магия, – сказала женщина. – Как и в случае с вороном.
Король нахмурился, и она торопливо продолжила:
– Но еще не все потеряно! Да, девочек остригли. Пригодных для
