Хранить ее Душу - Опал Рейн
— Кто?
— Король Демонов, — мрачно ответил он. — Он не любит Мавок. Мы сильные, и нас трудно убить. Ему не нравится, что он не может нас контролировать.
— Он убил её?
Орфей покачал головой, и она увидела, как одна из его рук поднялась, чтобы впиться в грудь, когти вонзились туда, где было сердце.
— Нет. Он предложил ей способ уйти от меня, и она ушла с ним. Она… Она сказала мне, что ненавидела меня, ненавидела каждое мгновение со мной. — Он вонзил когти глубже, и она заметила, что в воде появились капли фиолетовой крови, которые со временем растворились. Она никогда раньше не видела его глаза такими темными, и сердце защемило от жалости к нему. — Она сказала, что пыталась придумать способ сбежать все те пять лет, что пробыла со мной.
Рея подползла ближе, чтобы обнять его за плечи и крепко прижать к себе.
— Мне очень жаль, — сказала она, уткнувшись лицом в мех на его шее. — Это, должно быть, было так больно.
Он обвил её руками и прижался нижней челюстью к её спине.
— Что я сделал не так, Рея? Почему она не захотела остаться со мной?
Слезы навернулись на её глаза ради него.
— Я… я не знаю. Я не могу ответить за неё.
Но ей хотелось бы знать ответ.
Орфей сделал всё, что было в его силах, чтобы сделать эту женщину счастливой — больше, чем для Реи, и она не могла понять, почему та не захотела быть с ним. Я хочу… а я здесь всего полтора месяца. Та женщина, судя по всему, провела с ним пять лет!
Она сжала длинный мех на его спине; её наполненные слезами глаза сузились от злости и, возможно, небольшой ревности.
Эта женщина была той, кто показал Орфею, что такое прикосновения и секс, и Рея немного ревновала, что та имела это и, похоже, не ценила его. В то время как она сама пропала после одной ночи.
Что ж, тогда я рада, что её больше нет. Ушла и умерла. Она осталась в прошлом, двести лет назад, и пусть гниет там, где умерла, но Рея надеялась, что это произошло в брюхе Демона. Было бы заслуженно, если бы она ушла с Королем Демонов и была съедена вместо того, чтобы быть «спасенной».
— Ты… — начал он, впиваясь кончиками пальцев в кожу её спины. — Ты тоже меня бросишь?
Её сердце чуть не разлетелось на миллион осколков в груди.
— Нет, Орфей. — Она повернула голову и прижалась губами к его костяной челюсти. — Я хочу остаться с тобой.
— Ты мне нравишься, Рея. Ты особенная и отличаешься от всех людей, которых я приводил сюда. Ты хочешь моих прикосновений, позволяешь мне держать тебя, потому что сама этого хочешь. Ты красивая, сильная и достаточно храбрая, чтобы противостоять мне, даже когда я безумен. Ты защитила меня, когда все остальные позволили бы мне быть съеденным. Я не хочу, чтобы ты уходила. Я не хочу другого человека, если ты исчезнешь.
Он не хочет другого человека? Значит ли это… Значит ли это, что он не заменит меня, если я умру или уйду? Её слезы наконец скатились по щекам, пока она пыталась понять, что это значит.
Глава 30
Она расстроена из-за меня, — подумал Орфей, расхаживая по гостиной, беспокойно петляя между креслами и перед камином. Словно глупый пёс, он нарезал круги, будто гонялся за собственным хвостом.
Тихий скулёж вырвался из его груди. Что я сделал не так?
Прошло пять дней с той ночи, когда они впервые разделили свои тела и он рассказал ей о женщине из прошлых столетий.
Каждый день она занималась разными делами: то ухаживала за садом, то шила себе одежду, а он заворожённо наблюдал за ней. Ему нравилась одежда, которую она шила для себя, он никогда не видел такой раньше, и она выглядела в ней очень мило. Вещи были яркими, так как она использовала красители, которые оказались гораздо эффективнее тех пищевых, что она использовала поначалу.
Однако ему не нравилось, когда она колола палец швейной иглой. Она издавала звук боли, и начинал переживать, что она калечит себя, но она лишь смеялась над ним, словно он вёл себя глупо.
Она мастерила новые украшения, чтобы он их развесил. Постепенно она заменяла те, что он повесил столетия назад для женщины, которая изначально их хотела. Казалось, она была очень решительно настроена на то, чтобы избавиться от старых. Рея уничтожала их, разбирая на части, чтобы использовать материалы для новых.
В доме пахло странной едой, запах которой он никогда раньше не чувствовал, например, выпечкой и печеньем. Она добавляла мёд, который он добыл для неё, во многие блюда. Он усвоил, что есть это ему не стоит, так как всё было слишком сладким и от этого у него болел живот.
Но Орфей хотел учиться всему, что она делала, даже если ему не нравились запахи и вкусы, а она с радостью учила его и позволяла проводить с ней это время.
Он ни в чём её не останавливал.
Поэтому он пытался понять, что он мог сделать такого, чтобы расстроить Рею. Она ушла спать в свою кровать, хотя с того самого дня каждую ночь проводила в его постели.
Он уходил на последний обход двора, чтобы убедиться, что в соляном круге нет брешей и что увядающие обереги продержатся ещё день-два, прежде чем потребуют замены.
Она читала ему перед тем, как он вышел; каждую ночь они проходили одну из сказок в той книге, которую велела ей взять Сова-Ведьма.
Он думал, что всё хорошо и прекрасно — но вернувшись внутрь, обнаружил, что она ушла спать, и не в его постель.
Почёсывая грудь, он пытался понять, почему она не хочет его объятий. Он не мог. Он не знал, что сделал не так.
Ночь становилась всё глубже, а Орфей был слишком беспокоен, чтобы даже попытаться уснуть; он прокрался
