Хранить ее Душу - Опал Рейн

— Ты была странной даже тогда. Мне следовало съесть тебя в тот день, когда на меня напали Убийцы Демонов, но звук твоего смеха у меня во рту испугал меня.

— Это был момент безумия. Я знала, что ты собираешься это сделать, и было довольно жутко чувствовать, как твои клыки медленно смыкаются вокруг моей головы.

Он поднял голову так, чтобы ткнуться боком морды в неё.

— Тогда я благодарен за твой момент безумия, потому что это значит, что ты сейчас здесь со мной.

Рея пробурчала что-то о том, что он слишком сладкий, но он никогда не понимал, когда она называла его вкусом еды. Он думал, что быть слишком сладким — это плохо, как мед, который ему не нравился по той же причине.

Однако он знал, что от неё это хорошо, как комплимент, и принял это.

— Кстати, ты дал мне обещание, — сказала она, болтая ногами вперед-назад.

— Обещание? — Было ли какое-то задание, которое он обещал выполнить, но не выполнил? У меня неприятности?

Она наклонилась вперед, доверяя ему, что он не даст ей упасть, так что она могла делать это свободно. Её волосы завесой упали на другую сторону головы, когда она посмотрела на него, одарив ухмылкой, которая для неё выглядела зловеще.

— Ты сказал, что убьешь тех из моей деревни, кто причинил мне боль.

Орфей немедленно сменил курс, и она подняла голову, заметив это, чтобы осмотреть лес.

— Куда ты идешь?

— В твою деревню, — просто ответил он.

— Серьезно? — она почти хихикнула. — Ты действительно собираешься отнести меня обратно в деревню, чтобы убить их?

Он перевел взгляд на неё, не понимая её тона.

— Ты не хочешь, чтобы я это сделал?

— Да! Очень хочу, но не думаю, что это должны быть все трое. Те, кто помогал Чаду, делали это только потому, что хотели впечатлить его. Они никогда не причиняли мне физической боли, бросая в меня вещи. Даррен, человек, которого предложили тебе, был одним из тех, кто помогал ему.

— Я покончу с ними всеми ради тебя, Рея, если ты этого ищешь. Всё, что принесет тебе удовлетворение.

На самом деле, он действительно хотел этого. Они причинили вред его маленькой лани, мучили её, и он хотел искалечить их за это.

— Я подумаю об этом по дороге. Что случится, если ты съешь Чада сейчас?

— Не думаю, что это вызовет у меня голод или насытит меня, но я стану немного более человечным, обрету чуть больше человечности.

Захочет ли она, чтобы я изменился? Орфей не задумывался о том, что, возможно, Рея захочет, чтобы он был менее мохнатым или чудовищным.

— Хм, — задумчиво протянула она, прежде чем сморщить нос. — Ну, мне это не нравится. Можем мы скормить его тому Мавке? Он правда тупой, ему нужно обрести больше человечности.

Легкий смешок согласия пощекотал его изнутри.

— Он довольно глуп. Мы можем это сделать.

Ревность и раздражение вспыхнули у него в животе; ему не нравилось, что Рея так заботится о Мавке с оленьими рогами, но он постарался этого не показывать. Орфей просто был, как называла его Рея, эгоистичным и собственническим.

Она принимает меня. Ей нравилось, каким он был, и от этого он чувствовал себя любимым и желанным.

— Хорошо. Тогда я хочу сделать это. — Она продолжала болтать ногами, казалось, надолго задумавшись. — Ты не несешь меня домой сразу. Значит ли это, что ты доверяешь мне быть с тобой на поверхности? Что я буду в безопасности?

— Да, — ответил он без колебаний.

Тот факт, что она теперь была Фантомом, успокаивал его. Её не так легко убить, и даже если это случится, она вернется к нему. Он также верил, что она не попытается бросить его. Она была его, и она хотела этого.

— Значит, однажды ты возьмешь меня в путешествие, чтобы я могла увидеть мир?

— Если ты этого хочешь.

Пока она была с ним, он отнес бы её куда угодно, куда она захочет.

— Что случится с нашим домом, если мы не вернемся в него?

— Как только защита ослабнет, Демоны попытаются занять его. Вероятно, они частично разрушат его, если нас не будет слишком долго.

На самом деле его немного огорчала мысль о том, что их дом может пострадать, пока их нет. Но если Рея этого хотела, он примет это и починит всё, когда они вернутся после путешествий — когда бы она ни решила, что хочет этого.

— Ты говорил, что защитное заклинание, которое ты наложил на мою деревню, когда забрал меня, действует только десять лет, и его вообще нельзя наложить заново в течение этого времени.

— Да, всё верно.

Вероятно, он попытался бы взять новое подношение, как только умерло бы то, что он забрал, если бы это было не так.

Вместо этого он провел бы десятилетие в одиночестве, ожидая, пока оно рассеется, чтобы снова выторговать жизнь, которая, возможно, осталась бы с ним. Он поднял морду и лизнул в челюсть ту, которую нашел и с которой был очень счастлив.

— В таком случае я подожду до тех пор, чтобы ты мог наложить его на наш дом, чтобы защитить его, пока нас не будет. — Она знала, что я не буду ставить новое для людей, раз у меня есть она. — Десять лет — это не так уж долго, если у нас впереди вечность вместе.

Зрение Орфея стало ярко-желтым. Ему понравилась её идея, и он был рад, что она хочет защитить дом, который они делили. Тот, в котором у них были воспоминания, тот, который она начала украшать для себя, и ему доставляло огромное удовольствие видеть, как она это делает. Он не хотел ничего из этого терять, а она была готова подождать с тем, чего хотела, чтобы сохранить это.

Она идеальна — разумом, сердцем, телом и душой. Рея идеальна для меня.