Тактик 14 - Тимофей Кулабухов
Скелеты местных предгорий отличались от равнинной нежити комплекцией: крупнее, кости потемнее, движения основательные, тяжёлые, обманчиво медлительные.
Первый десяток Мурранга столкнулся с тройкой мертвецов у загонов для коз. Стена щитов встала плотно (щиты мелкие, но какие уж есть), копья методично заработали. Скелеты разваливались при разбитии головы, зато продолжали сохранять активность если теряли конечность.
Центральная улица.
Наше построение — нечто вроде боевого круга, знакомого гномам, хотя за идеальную геометричность я бы не ручался, мы двигались и строй держался неровно.
Перемещались мы медленно, чтобы обратить внимание нежити на себя. Это прямо противоположно тому, что требуется при сражении с живыми, там внезапность только плюс. Здесь — хороший способ спровоцировать скелетов на атаку, но не синхронную, а по одиночке, когда мы сможем без проблем с ними разделаться на удобных нам условиях.
Тылы прикрывали Старые шахтёры, тут уж мы не игнорировали их ценность как бойцов. Из домов по одному или парами выскакивали скелеты и пытались ударить в спину.
Гноргим из стариков первым открыл «счёт» для основной группы, вырубив самого ретивого мертвеца. Кирка тяжёлая, замах короткий, удар точный. Мертвец потерял голову, следующий разлетелся от удара по рёбрам.
В это же время «работали» эльфы. Лучники целились только в голову и их основная цель — попасть беспокойному скелету точно в гладкую голову — задача со звездочкой.
Мурранг зачищал окраины, и я следил за тем, чтобы он не попал там в переделку, чтобы не него не налетела толпа. Тогда нам придётся бросить своё медленное брожение и нестись на подмогу гномам.
Постепенно мы дошли до дома войта и толпа бродящих вокруг него скелетов стала отвлекаться от недоступных живых и нападать на нас. Мы остановились и принялись вырубать неупокоенных, проявляя терпение, не разрывая строй, изредка помогая себе магией, но всё больше — топорами и копьями.
Внутренний счётчик отмечал постепенное убывание угроз.
Восемьдесят два. Семьдесят один. Шестьдесят.
У центрального дома хлопнула крышка ставни окна на втором этаже. Оттуда высунулся здоровяк с вилами наперевес и с удивлением воззрился на нас. Ещё бы, не каждый день увидишь такую странную процессию.
Осмотрев нас с безопасной позиции, взгляд местного остановился на подростках — парне с девушкой. Кажется, он понял, кто привёл нас на подмогу.
Пятьдесят. Тридцать восемь.
Тогда из-за угла вышел самый крупный скелет.
Это был аномальный узел скопления некротической силы. Собранный не из одного тела, а из нескольких. Может быть это даже формирующийся «гигант». Рёбра явно принадлежали разным мертвецам, и некротическая энергия совместила это в единую конструкцию высотой под два с половиной метра. Кулаки размером с детскую голову. Оно двигалось с тяжёлым скрипом, оставляя в грязи глубокие следы от ступней.
— Фомир, дай-ка этому чудику прикурить.
Мы не стали вступать в героическую схватку. Артиллерия — бог войны, дураков кидаться под этот танк не было (может быть, Мурранг с Хрегонном и стали бы, но по счастью они были на окраине).
Фомир с Ластрионом переглянулись:
— Дайте нам места.
Окружающие расступились, и маги без всякой подготовки подняли руки, из которых потекли потоки энергии — оранжевой и кислотно-синей. Они не смешивались в единый цвет, а сплетались в какой-то сюрреалистичный клубок размером с большой арбуз, а потом синхронно выдохнули.
Шар не полетел в большого мертвеца, он распался на десятки острых извивающихся потоков, которые в первый момент разлетелись во все стороны, но каждый из них устремился точно к здоровяку-мертвецу.
Он даже пытался отмахнуться от них как от назойливых мух, но они все уклонились от его взмахов и собрались в грудной клетке скелета, снова стали большим шаром, а потом очень большим. Скелет целиком превратился в здоровенную плазменную сферу, которая пару секунд освещала всё вокруг как маленькое солнышко, а потом рванула, расшвыряв скелетов, которые были вокруг.
Дом был заколочен и забаррикадирован, жители явно настроились держать оборону столько, сколько потребуется, но сейчас следили за нашим сражением через щели.
И взрыв они тоже увидели. Надеюсь, что оценили и мы получим какую-то благодарность за зачистку их поселения.
Мы переждали, когда жар, который висел в воздухе, сдует ветерок и продолжили движение к скелетам. От «здоровяка» осталась лишь горсть ультимативно-чёрных углей.
Мурранг тем временем обогнул поселение по большой дуге и стал обходить дома.
Как учил Чуйков — сначала входит граната, потом ты. Ну, то есть, гранат у нас не было, гномы пускали вперёд тяжеловооружённого бойца, которого сразу же прикрывали ещё двое со щитами. Если мертвяк и нападал, то на первого.
Мы закончили выбивать скелетов из дома, от основного отряда отделились группы по пять бойцов и повторили тот же манёвр, проверяя дома.
Так удалось выковырять ещё троих.
Последнего мертвеца поймали у огорода на восточном краю поселения. Эльф Лиандир пробил ему голову снайперским выстрелом, два бойца сбегали и для контроля отбили ему череп, отшвырнув в грядки с тыквой.
Ноль. Всё, мёртвые кончились.
Поняв, что им ничего не угрожает, из центрального дома вышли люди. Сначала по одному, осторожно. Потом повалили всем скопом.
Горные жители выглядят иначе, чем равнинные. Крепкие, короткие, привычные к холоду. Меховые жилеты поверх простой одежды, сапоги с толстой подошвой. Несколько дней осады читались на их лицах не через эмоции, а через конкретные детали: у половины были перевязаны руки или головы, у всех отросла щетина, под глазами лежали тени от недосыпа.
Они щурились от солнца, запрокидывали головы, протяжно смеялись, и похлопывали друг друга по спинам.
Двое подростков выбрались из остатков нашего построения и кинулись к своим.
Парень немедленно рванул к пожилой женщине. Девушка остановилась у порога, ища кого-то конкретного.
Вперёд вышел мужчина лет пятидесяти. Осанка прямая, взгляд тот, которым смотрят люди, привыкшие к тому, что последнее слово за ними. Грудь перебинтована, двигается с осторожностью и когда он шёл, то все расступились. Это явно был тот самый войт.
— Мрида, — произнёс он, и девушка немедленно бросилась к нему.
Интересно, что парень не сказал, что девушка — дочка войта. Может быть, боялся, что мы возьмём её в плен и станем удерживать как ценного заложника? Ну, на подозрительность я не обижаюсь. Имеют право, тем более в Гинн сейчас такие дела творятся, что спать следует, прикрывшись щитом поверх одеяла.
Войт обнял её, убедился, что цела, и только после этого посмотрел на меня. Взгляд был оценивающий и прямой.
— Здравствуйте, сэр рыцарь! Я Олник. Войт Птиодика. Моя деревня стоит перед вами, уважаемые чужеземцы. Мы благодарны вам. Горестно от того, что наш лорд не пришёл на помощь.
— А
