Дитя Беларуси - Хитрый Лис

— Джарвис, солнышко, — бросила она в пустоту, — что там по запросу Сильвера в разрешительный департамент? — и, не останавливаясь и не дожидаясь ответа, тут же продолжила. — В общем, ты уже понял — сделай всё красиво и быстро. И чтобы никаких вопросов потом ни у кого не возникало.

— Принято, мэм.

Она взглянула на город за окном. Где-то там, в своей бетонной крепости или в палате её клиники, спал Сильвер Фокс. Человек-загадка. И она намеревалась эту загадку разгадать. Как бы он ни сопротивлялся.

Глава 17

Реабилитация

Третий день в больнице принёс с собой не просто облегчение — появилось странное, почти необъяснимое чувство, будто внутри меня завёлся тихий, неутомимый мотор. Боль, ещё недавно давившая тягучим фоновым чувством, отступила до едва ощутимого значения. Тело, которое должно было быть разбитой скорлупой, отзывалось неожиданной готовностью к движению. Я лежал, прислушиваясь к этому новому состоянию, и понимал — дело тут не в хороших врачах или дорогих лекарствах. Это работал он. Симбионт. Биологическая лужа с амбициями супер-бронежилета и личными тараканами в виде неприязни к женскому полу.

Врачи, конечно, заметили моё состояние. Не могли не заметить — это буквально их работа. Утренний обход превратился в мини-консилиум: главный врач, два ортопеда и медсестра с планшетом, на лице у которой застыло профессиональное спокойствие, но в глазах плескалось настоящее изумление.

— Мистер Фокс, — начала старшая, женщина с седыми висками и внимательным, сканирующим взглядом, — мы сделали контрольные снимки. Результаты… скажем так, необычны.

Она протянула мне планшет. На экране светились рентгеновские снимки — свежие и те, что сделали в день поступления. Разница была очевидна даже моему неспециализированному взгляду. Там, где ещё три дня назад зияли чёткие линии переломов, сейчас проступали лишь бледные, почти сросшиеся тени. Кости стояли на месте, будто их не ломали, а аккуратно разъединили и поставили обратно.

— Костные мозоли формируются с рекордной скоростью, — голос врача звучал ровно, но в нём слышалось лёгкое напряжение, как у учёного, столкнувшегося с явлением, которое не вписывается ни в один из известных принципов, — вы уже можете осторожно вставать, с опорой конечно же. Полная нагрузка пока не рекомендуется, но… процесс идёт в разы быстрее нормы. Невероятно быстрее нормы, я бы сказала.

Я кивнул, делая вид, что тоже удивлён. Что, впрочем, отчасти было истиной.

— Организм хорошо восстанавливается — произнёс я нейтрально, но с лёгкой примесью веселья.

— Организм, — она повторила, и её взгляд стал ещё пристальнее, — да. И об этом же говорит ваш аппетит.

Тут я не смог сдержать лёгкой усмешки. Аппетит. С забавностью этого момента было не поспорить. Завтраки, обеды и ужины, которые мне приносили, больше напоминали пиры для команды грузчиков после тяжёлой смены. Омлеты, стейки, паста, горы овощей и фруктов — всё исчезало с тарелок с методичной, почти пугающей эффективностью. Медсёстры, вначале пытавшиеся уговорить на "лёгкую диету", теперь просто катили в палату тележки, полные еды, и уходили, украдкой бросая завистливые взгляды на мою совершенно не пополневшую фигуру.

— Тело требует ресурсов для восстановления — я же говорил, что оно сработает, — пожал я плечами, чувствуя, как под кожей что-то лениво шевелится, будто намекая на получение очередной порции белка. — Я всегда быстро заживаю.

Врач что-то отметила в планшете, её лицо оставалось непроницаемым, но в уголках глаз читалось сильное недоумение. Она явно хотела задать ещё вопросов, но, судя по всему, получила сверху чёткие указания не лезть куда не следует. Я почти уверен, что моё состояние находится под пристальным контролем госпожи Старк.

— Продолжайте отдыхать, мистер Фокс, — сказала она на прощание, — на днях повторим снимки.

Когда дверь закрылась, я вздохнул. Эта игра в "чудесное выздоровление" начинала меня утомлять. Но что поделать? Альтернативы не было, да и не сказать, что меня не радует столь быстрое восстановление.

Хорошим отвлечением стали визиты Петры. Она заскакивала почти каждый день, и с каждым разом выглядела всё светлее. Тени под глазами исчезли, плечи распрямились, а в её улыбке появилась какая-то особая, её собственная искренность, которую так сложно увидеть в других людях.

Позавчера она влетела в палату, слегка запыхавшись, с сияющими глазами.

— Сильвер! Ты не поверишь! — выпалила она, даже не поздоровавшись как следует.

— Давай, удиви, — я отложил журнал, который безуспешно пытался читать.

— Анита! — Петра села на край стула, ёрзая от нетерпения. — Она… она выделила мне именную стипендию! От Старк Индастриз! Хотя, тут правильнее сказать, что от неё лично, но это детали. И сказала, что как только я как следует оформлю и структурирую свои наработки по биополимерным материалам, то мне гарантирован огромный грант на исследования!

Она произнесла это всё на одном дыхании и её лицо сияло так, что, казалось, могло осветить весь Нью-Йорк. Я смотрел на неё и чувствовал странное, тёплое удовлетворение. Эта девочка, вечно сутулящаяся, вечно извиняющаяся, наконец-то получила признание. Настоящее, материальное, да ещё и от человека, чьё слово в этом мире что-то значило.

— Петра, это прекрасно, — сказал я, и в голосе без всякого усилия прозвучала искренняя радость, — ты этого явно заслуживаешь.

— Ты… ты правда так думаешь? — она слегка покраснела, опустив глаза.

— Уверен в этом, — кивнул я, — да, разумеется, учёный из меня никакой, но поверь моему опыту, люди вроде Аниты Старк не тратят свои усилия впустую и если твой проект её заинтересовал, то она видит в нём огромный потенциал. Да и, я уверен, признание тебя в твоём кхм "хобби" — оно тоже не за горами.

Она улыбнулась — скромно, но очень счастливо. В этот момент она была не супергероиней, не студенткой-заучкой, а просто молодой девушкой, у которой наконец-то что-то получилось.

Прошло ещё два дня и врачи, снова сделав снимки, лишь недоумённо развели руками. Кости срослись. Полностью. Идеально. Медицинское чудо, которое они не могли объяснить, свершилось прямо у них на глазах.

Но выписывать меня не спешили. Причина была проста и цинична: во-первых, они сами не верили в такое быстрое выздоровление и ждали подвоха. Во-вторых, и это прозвучало почти открыто, госпожа Старк их линчует, если они не дадут ей полный, стопроцентный гарант моего здоровья. Потому мне вежливо, но настойчиво предложили остаться для наблюдения ещё на три-пять дней. А заодно — пройти полноценную физическую реабилитацию в их медицинском спортивном комплексе.

Это предложение зацепило меня. Недавний бой с вампиршей, несмотря на кажущуюся уверенную победу, оставил после себя неприятный осадок. Не страх, нет. Осознание. Холодный,