Три Ножа и Проклятый принц - Екатерина Ферез
Яшка задрал широкую штанину и показал рисунок, похожий на цепь, трижды обвитую вокруг щиколотки.
– А третий, вот этот, когда Ян Ян за мной пришел… вот прям в тот момент, когда он доску выломал и велел вылазить.
Яшка повернулся и показал другое плечо, на котором алело пятно, более всего походившее на сидящего боком карпуля с вытянутой мордой, длинным острым носом, большими круглыми ушами и маленьким пушистым хвостом.
– Карпуль? – в недоумении произнес старик, – Созвездие Росы можно истолковать, как указание времени. Так в древности поэты называли первые часы после рассвета, время четырех утренних звезд. Что касается цепи, то тут и гадать нечего – тут явно указание на темницу и плен. Но карпуль? Почему появился этот глупый зверек? Ничего не понимаю…
Ян Ян и Яшка переглянулись.
– Тут такое дело, господин Гор, – сказал мальчишка, переминаясь с ноги на ногу, – Вы только не серчайте, но… Понимаете, Ян Ян когда сундук открывал, он ведь думал, что там карпульки. Я не сказал ему, что там вы лежите. Только не переживайте, что он бы не открыл тогда, он бы точно открыл! Просто мне очень уж смешно было посмотреть, как он удивится!
Ян Ян добавил, пряча глаза:
– Господин Гор, уважаемый, это верно. Я думал, что в сундуке карпульки.
Старик хмыкнул.
– Значит, эти рисунки на коже появляются сами собой и указывают на события, которые должны случиться? Но что же значат эти четыре звезды, на какое событие они указали? – спросил Ян Ян, – Постойте, погодите! Тогда ведь на рассвете принц покинул город и погиб в Чермянке! Да, все верно! Какое же еще событие это могло бы быть? Но причем тут Яшка и смерть принца? Давы? Это как-то связано с ними? Но ведь не они убили его? Или все же они? Но я видел своими глазами кольцо от кольчуги, и одежда у рыцарей в беспорядке, как будто с них сняли кольчуги, когда они были уже мертвы. Так ведь? Чтобы выдать за нападение дав с соломенными стрелами, а на самом деле их подстрелили из ларийских тяжелых луков, раз пробили кольчуги. Так ведь? Или нет… Но это точно должно быть про убийство принца, что же еще? Все наши беды начались с того, что пролилась королевская кровь! Так ведь? О боги, и почему этот проклятый Саркани решил помереть на нашей Исле?
– Вот уж не думаю, что этот, как ты выразился, проклятый Саркани помер, – медленно произнес Гор и допил вино.
– Да? Не помер? Вот и Юри сомневалась…
– Ты что ж полагаешь, речник, что принца королевской крови так просто можно убить или хотя бы ранить? О, нет! Мы тут изучаем род Саркани со времен короля Ли, и я тебе говорю со всей уверенностью – за шесть сотен лет ни один из них не умер насильственной смертью. А ведь великий король Ди выходил на поле боя без доспехов и оружия! Все Саркани скончались в своей постели во сне. Короли… осененные божественным светом, любимцы небес. Они сотворены из другого, куда более совершенно материала, чем мы простые смертные. Принц не мог погибнуть в тот день, просто потому что в нем течет кровь Саркани. Я его видел вот также, как тебя сейчас. Заглянул в его ледяные глаза цвета аконита. И знаешь что, речник, я даже не уверен, что он человек…
Гор замолк и через минуту уже спал, свесив голову на грудь.
– Сударь Ян Ян, – тихонько позвал Яшка, – Правда же он ужас как похож на карпуля, а? Эти его уши и нос… ну вылитый карпуль…
Ян Ян ухмыльнулся, погасил фонарь и прошептал одними губами:
– Пусть дед поспит немного, и мы отдохнем.
Прошло не больше часа с тех пор, как все трое уснули. Миновала полночь. Нежбор укутала плотная ночная темнота, какая бывает только в пасмурные дни. Вдали у Реки раздавался глухой мерный стук колотушки ночного обходчика.
Две серые тени выскользнули из переулка и устремились к дверям Ведомства по делам Усопших и Скорбящих. Свет тусклого масляного фонаря упал на одного из ночных гостей. Под плащом угадывалась крепкая фигура и ножны на поясе. Блеснули новенькие шпоры. Второй, подоспевший следом, был тучный и неловкий. То и дело натягивал капюшон поглубже и путался в складках слишком длинного, как будто с чужого плеча, плаща. Оказавшись у двери, он начал суетливо ощупывать круглые бока. Его спутник молча стоял рядом, но в его позе так явственно чувствовалась угроза, что белые пухлые руки толстяка тряслись и потели. Поэтому, когда все же нашлась в кармане серой мантии связка ключей, она тут же проскользнула меж его пальцев и с оглушающим звоном упала на мостовую.
Ян Ян проснулся. Резко мотнул головой, стряхивая остатки сна. Ему казалось, он только-только закрыл глаза, но затекшее ноющее тело тут же дало понять, что в неудобной позе, привалившись спиной к холодной стене, он провел уже немало времени. Свернувшийся на полу калачиком Яшка, разбуженный тем же звуком, встрепенулся и немедленно вскочил на ноги. Ян Ян подумал, что этот трюк ему точно не повторить.
– Прошу прощения, господин Ажу, – послышался с улицы высокий, похожий на женский голос.
– Не называй меня по имени, жирная ты скотина, – последовал ответ, – Открывай уже, чего же ты там возишься, свиномордая дрянь.
Лязгнул замок, скрипнула, а затем почти сразу же хлопнула дверь. Яшка насторожился.
– Буди старого, – прошептал Ян Ян.
Стоило мальчишке коснуться плеча Гора, как тот сразу же открыл глаза.
– Господин Гор, уважаемый, – прошептал Яшка, – Тут господин Ажу и с ним кто-то жирный, только что в дверь вошли.
– А? Что?
– Тут двое явились среди ночи, уже вошли. Я слышу их шаги внизу, – сказал Ян Ян, как мог тихо.
– А? Ты нашел топор? – спросил Гор.
– Топор?
– Да, болван! Топор! – воскликнул старик, и Яшка тут же приложил к его губам обе свои грязные ладошки.
– Тихо, уважаемый, тихо же…
Гор отпихнул мальчишку и вопросительно посмотрел на Ян Яна. Тот поднялся, с трудом преодолев сопротивление измученного тела.
– Господин Гор, в здание сейчас вошли двое, мы слышали их, потому и проснулись. Некий господин Ажу и с ним, судя по голосу… рискну предположить… ваш помощник, ну тот, который толстый и писклявый, как барышня.
– А… Пиштон Кита, так его зовут… Стало
