Три Ножа и Проклятый принц - Екатерина Ферез
Голос Гора дрогнул.
– Слушай, речник, я поклялся посвятить жизнь поискам истины, но теперь понимаю, что мое предназначение сохранить тайну от посягательств. Пусть она так и останется неразгаданной на веки вечные, быть может, в том залог спасения Ислы… Если им, этим подлецам и детоубийцам, нужен Золотой Ковчег, то наша цель ясна, как июльский полдень на Реке. Мы должны уберечь его во что бы то ни стало!
– Господин Гор, уважаемый, я вовсе не понимаю, о чем вы толкуете. Нам надо бы самих себя уберечь. С нами мальчишка, вы еле живы, да и я едва на ногах стою. Нам бы поесть чего, да к причалу пробираться. Не ровен час, найдут нас, ведь точно же ищут! Уважаемый, прошу вас, давайте уже выбираться на свет из подвалов. Сможем ли уйти из здания Усопших к валу вниз по течению?
Лицо Гора перекосилось от злости:
– Болван ты, речник, вовсе не слушаешь о чем говорю тебе. Вот у давенка спроси, он вперед тебя сообразит, что такое предназначение. Ничего нет важнее, чем исполнить свой долг. Эй, мальчик, отвечай, что твой народ знает о предназначении?
Яшка замялся:
– Тут такое дело, уважаемый господин Гор, я-то сирота и рос при клане сколько себя помню… Про дав мне ничего не известно. Верно будет сказать, что вы при ваших сединах знаете о всем таком куда больше моего. Клянусь, никаких давских тайн мне не ведомо.
Ян Ян рассеяно глядевший на Яшку заметил, что тот даже кончиком пальца не коснулся своей брови, что со всей очевидностью свидетельствовало – клятва его искренней не являлась. Гор же сердито махнул на мальчишку рукой и снова повернулся к Ян Яну.
– Слушай, речник, я помогу вам выбраться к Реке, но ты мне пообещай, что прежде заберем Ковчег. Нельзя его им оставить, понимаешь?
– Да как мы его утащим? Ну, правда, уважаемый? Мало мне что ли вас с мальчишкой на шее. Вы уж простите за откровенность, но сундук ваш на своем горбу никуда не потащу.
– Вот болван, – усмехнулся Гор и добавил со злостью, – Ковчег-то размером с твой крошечный ум, в ладошке спрятать сможешь.
Трое спутников молча шли меж высоких шкафов, заполненных старыми книгами. В голове Ян Яна крутились язвительные ответы, но вслух он так ничего и не сказал. С каждым шагом все сильнее наваливалась усталость, и ему казалось, что стоит остановится, он тотчас же упадет и уснет на неделю. Старик снова сгорбился. Он все сильнее шаркал по полу босыми ногами. Вскоре, подозвал мальчишку и оперся на его плечо. Добравшись до выхода из библиотеки, все трое вздохнули с облегчением.
– Никогда бы не подумал, что тут столько всего, – произнес Яшка, – То есть, я хочу сказать, ну и большое же подземелье под Усопшими!
– Верно, мальчик, – согласился Гор, – Это подземелье, как и туннели, соединяющие несколько самых старых зданий, наследие древнего города, что стоял тут до Нежбора.
– Город до Нежбора? – удивился Яшка, – Это еще что за город? Кто же тут жил?
– Мы не знаем. Быть может те, кто построил когда-то на Безлюдном острове дворец, что ныне превращен в руины. Те, кто поставил в Дортомирском лесу чернолицых идолов, которых вы зовете головешками. Те, кто скорее всего возвел и Храм Упокоения. Те, кто жил на Исле до нас.
Яшка замер, пораженный услышанным. Он вопросительно посмотрел на Ян Яна, словно, хотел убедиться, что тот тоже слышал эти удивительные вещи.
– То есть, как это жил до нас? – спросил Ян Ян растерянно, – Когда же это, то есть я хочу понять…
– До начала времен, до правления первого короля Ли Саркани. Скажи, речник, думал ли ты о том, что было до того, как первый Саркани объединил Лари с Кара и покорил Ислу?
Ян Ян отрицательно помотал головой.
– Вот именно… Странно не правда ли, что почти никто на Исле не задумывается о подобном? Пойдемте, нет у нас времени на беседы. Надо забрать ковчег и уходить, как можно дальше отсюда.
Кабинет Гора походил на свалку потрепанных книг, в беспорядке громоздившихся на всех без исключения поверхностях. Часть этих книжных башен уже успела зарасти нитями паутины. Пол был устлан толстым слоем бумаг, исписанных торопливыми каракулями. Сундуки и шкафы распахнуты. Стол завален всяким хламом, посреди которого лежали раскрытые книги, а на них еще книги и еще.
– Постойте, – воскликнул Ян Ян, – Тут явно кто-то что-то искал!
– С дороги, речник, тут все как обычно, – ответил раздраженно Гор и решительно прошел внутрь, подняв полами грязной мантии вихрь бумаг,– Зажгите свечи.
Он порылся в одном из шкафов и выкинул на пол ворох серых тряпок, астролябию, пустые глиняные бутылки из-под глоткодера и пару стоптанных сапог. Довольно крякнул и бросил мальчишке скомканную рубашку, а Ян Яну длинную серую мантию младшего служащего ведомства и мятую шляпу с полями из конского волоса.
– Переодевайтесь, – скомандовал старик, отряхивая крысиный помет с высокой шапки так похожей на уменьшенную копию тех величественных башен, что носят на голове жрецы Храма.
Ян Ян зажег несколько свечей и поставил фонарь на каминную полку рядом с облезлым чучелом орла. Он оглядел комнату, служившую Гору и кабинетом, и спальней, о чем свидетельствовала узкая кровать, спрятанная за легкой трехстворчатой ширмой. Ян Ян приоткрыл окно, желая избавиться от спертого воздуха и запаха подгнивающих объедков.
– Задерни штору, болван, – прикрикнул на него Гор, – Неровен час свет увидят с улицы, мы же прямо напротив Биржи!
Мантия оказалась коротковата и узка в груди, потому Ян Ян не стал застегивать пуговицы, решив, что сделает это потом. Старик тем временем привел свою одежду в порядок, умылся и стал чуть больше походить на самого себя. Он, постанывая, опустился в высокое кресло и склонился над столом, перебирая бумаги и что-то бормоча под нос. Наконец довольно крякнул и извлек из ящика стола пузатую бутылку из синего стекла, в которой безошибочно угадывалось знаменитое могденское вино, и выпил залпом почти половину. Под действием напитка лицо Гора чуть порозовело. Ян Ян обернулся в поисках Яшки. Мальчишка стоял у занавешенного окна и стягивал испачканную в грязи и крови, изодранную рубаху.
