Универсальный солдат II. Проект «Унисол». Книга первая. - Иван Владимирович Сербин

Взглянув на часы, девушка заметила, что с момента звонка прошло уже почти сорок минут. Значит, у неё оставалось меньше двух часов до рейса на Сан-Анджело. А она обязательно должна была успеть на него, если хотела застать Люка в живых.

Это было весьма странное чувство, однако Рони каза­лось, что не стоит воспринимать всерьез Прайера и его команду. Смешно, но так оно и было на самом деле. За последний год она лишь утвердилась во мнении, что служ­бы безопасности по каким-то своим, непонятным ей, при чинам работают, ни на шаг не отступая от заранее разра­ботанных и, надо сказать, достаточно кондовых планов.

«Не потому ли Голливуд так часто высмеивает их в своих фильмах? На месте этих ребят я бы не обижалась», — подумала девушка.

Странность заключалась в том, что сами по себе, по­одиночке, эти агенты были вполне мобильными и обсто­ятельными ребятами. Но когда они собирались вместе... Рони вздохнула и покачала головой. Всегда одно и то же. Вся работа сводится к тому, чтобы согнать к месту про­исшествия побольше полицейских машин с мигалками, перестрелять всех и отбить заложников. И так из раза в раз.

Она вновь подошла к окну и посмотрела на улицу. Свет в домике номер три уже горел, а Митчелл шагал по подъездной дорожке к зданию конторы. Таксист же, как раз садился в свой автомобиль. Машина, заурчав двига­телем, покатила от административного здания к третьему домику.

«Понятно, — подумала Рони, — он хочет припарковать автомобиль поближе. Ну что же, в этом есть свой резон».

Она еще раз прошлась по комнате, а затем села в кресло. Девушка и представить себе не могла, как будет действовать её новый знакомый, но вполне справедливо рассудила, что если с её стороны потребуется какая-то помощь, то водитель найдет способ дать ей об этом знать. В его поведении не наблюдалось хаотичности, а значит, он достаточно быстро сообразил, что произошло, и дей­ствовал по какому-то, понятному лишь ему, плану.

Прошло минут десять-пятнадцать, когда Рони неожи­данно почувствовала, что в комнате кто-то есть. Это было странное ощущение, знакомое большинству людей. Сиг­нал, подаваемый всеми пятью органами чувств. Тонкий, почти неуловимый и, тем не менее, безошибочно дающий понять человеку, что он не один. Рони вскочила и отсту­пила к стене.

— Кто здесь?

— Успокойтесь.

Это был тихий шепот, но все же Рони сразу узнала его. Таксист вышел из прихожей и девушка замерла. Вместо светлых джинсов и куртки, в которых он приехал, на нём было надето нечто бесформенное и тёмное. Свободного покроя штаны и чёрная рубашка. Ступал мужчина абсолютно бесшумно. На ногах у него были кроссовки, но он отлично двигался совершенно независимо от этого. Рони безошибочно угадала в нём знатока своего дела.

— Вы что, тоже из службы безопасности? — прищурив­шись спросила она.

— Я? Нет.

— Вы здорово двигаетесь для водителя такси.

— Проходил обучение в корпусе «зелёных беретов». Комиссован из армии по ранению, — он говорил коротко и отрывисто и видимо вообще не был любителем празд­ной болтовни.

— А я так испугалась, — призналась Рони.

Таксист кивнул.

— У нас мало времени. Расскажите мне, что мы долж­ны делать.

— Мне нужно успеть на самолёт до Сан-Анджело, — ответила она. — Он улетает через полтора часа.

— Кто эти двое, что охраняют ваш дом?

— Агенты Управления Национальной Безопасности. А может быть ещё какие-нибудь агенты, чёрт их знает. Я уже запуталась, — Рони бросила короткий взгляд в сто­рону двери. — Как вы попали сюда?

Вопрос был резонный и вполне уместный в данных обстоятельствах.

— В этих домиках над ванной есть окошки, — мужчина кивнул за спину. — Единственные с торцевой стороны домиков.

Рони хлопнула себя ладошкой по лбу.

— Ну, конечно же. Окно. Ведь можно же воспользовать­ся окном!

— Нет, — таксист покачал головой. — Люди, которые вас охраняют, грамотные агенты. Они просматривают дом с двух сторон. А из ванной не вылезти. Слишком узко для такой высоты.

Скользящим шагом таксист приблизился к окну и, ото­двинув портьеру, выглянул на улицу. То, что он увидел, вполне удовлетворило его, и он кивнул, пробормотав еле слышно:

— Отлично, отлично.

Сняв с головы тёмную бейсбольную кепочку, он поло­жил её на стол и прошёл в кухню. Рони последовала за ним. Таксист быстро осмотрелся и, присев около стола, начал отвинчивать ножку табуретки.

— Что вы делаете? — шепотом спросила Рони.

— Ребята, стерегущие вас, вооружены. Было бы глупо драться с ними голыми руками.

— Да, пожалуй.

Через полминуты таксист стал обладателем весьма уве­систой дубинки, сделанной из хорошего дерева. Кроме того, внутри ножки был вставлен металлический стер­жень, так что оружие получилось довольно грозным.

— У вас есть какая-нибудь одежда?

— Нет, только то, что на мне, — Рони покачала головой.

— Понятно, — он обернул ножку полотенцем и по­смотрел на девушку. — Ну, теперь можно и повеселиться.

* * *

Вряд ли Свен Нильсен мог ожидать, что этот вечер закончится так бесславно. Он сидел на небольшом рас­кладном стульчике и лениво размышлял о завтрашнем дне.

Работа вполне устраивала агента, а особенно его уст­раивали деньги, которые он получал еженедельно в пухленьком белом конверте. И всё же в этой службе был ряд неудобств. Причём весьма весомых. Взять хотя бы то, что он практически никогда не располагал собственным временем. Нет, для них, конечно, как и для остальных людей выходные существовали, но постоянная отчетность доконала бы кого угодно. Начальство должно знать, где находится каждый агент. А стало быть, его могли в любой момент выдернуть из-за стола или сорвать с кресла в кинотеатре для того, чтобы он мчался куда-то, сломя голову. И ведь было бы из-за чего. Чаще всего, ему просто приходилось по три-четыре часа сидеть в оцепле­нии.

При воспоминании об этом у Свена заныли плечи. Когда держишь пистолет в течении трех часов в вытяну­тых руках, так или иначе, мышцы начинают болеть до­вольно чувствительно. И опора в виде автомобильной крыши в этом деле утешение весьма слабое.

Он вздохнул и почесал шею, затем полез в карман за сигаретами, вспомнил, что бросил курить неделю назад, и расстроился. Чем ещё заниматься, когда сидишь вот так, дожидаясь не спешащего наступить завтра и смотришь в оба, как бы девчонка не смотала удочки? Хотя даже самый распоследний дурак понимает,