Универсальный солдат II. «Воскресший». Книга вторая - Иван Владимирович Сербин

* * *

Как только люди на пожарной лестнице заметили, что поднимающиеся вверх унисолы вовсе не собираются их убивать, они рванули назад. Вниз. Навстречу пяти молчащим, угрюмым фигурам. Те пропускали толпу через себя, словно просеивая её.

Не прошло и полминуты, как пожарная лестница была уже практически пуста. Теперь унисолы смогли подниматься гораздо быстрее. В отличие от своих жертв они не задыхались, шаги их были ровными и быстрыми.

Для Рони же все эти лестницы слились в бесконечную череду ступенек. Она словно бегом забиралась на Эмпайр Стэйт Билдинг[X]. Казалось, это не кончится никогда. То и дело мимо неё проплывали белые крашеные двери, на которых красным были выведены номера этажей. Последним оказался двадцать четвёртый. Тут Рони остановилась, едва переводя дух.

— Я больше не могу, — сказала она Прайеру. — Я задыхаюсь.

— Давайте быстрее, осталось всего четыре этажа, — агент сильнее сжал руку девушки и вновь потащил её за собой.

Рони едва-едва переставляла ноги, которые вдруг стали непослушными, словно набитыми ватой. Колени подгибались, и она чувствовала, что вот-вот собственное тело изменит ей. Она просто упадёт и останется лежать. Прямо здесь, на ступеньках.

— Давайте спрячемся где-нибудь на этаже, — предложила она.

— Нет, — Прайер тряхнул головой. — Нам не следует этого делать. Вертолёт не сможет снять нас оттуда. На крыше более удобная площадка. В любом случае, пока мы

будем вызывать чоппер, эти пятеро уже смогут найти нас и прикончить. Особенно, если догадаются разделиться.

Даже сквозь тяжёлые бухающие удары крови в ушах Рони уловила где-то ниже, но не слишком далеко, ровные шаги преследователей. Это словно придало ей сил. Задыхаясь, хватая воздух широко открытым ртом, она побежала ещё выше, следом за Прайером.

Тот постоянно оглядывался, сжимая в руке пистолет, словно рассчитывал, что эта девятимиллиметровая игрушка поможет им в такой передряге. В конце концов, если бы уни­солы зажали их, ему бы не осталось ничего другого. Только стрелять. Обороняться. Однако шансы остаться в живых в такой ситуации были ничтожно малы. Во всяком случае, здесь, на лестнице.

Наконец беглецы достигли площадки двадцать восьмого этажа. Рванув обитую железом дверь, Прайер и Рони выскочили в узкий тамбур, из которого узенькая стальная лестни­ца вела на крышу. Захлопнув за собой дверь, Прайер задвинул тяжёлый засов.

— Давайте, скорее наверх.

Преодолев последний пролёт, они выбежали на крышу. Агент запер за собой и вторую дверь.

Вытащив из кармана узенький пенальчик радиопередатчика, агент нажал кнопку вызова.

— «Парящий орёл», «Фокстрот-пять». Нам нужна помощь. Срочно чоппер на крышу. Повторяю, срочно чоппер на крышу «Сандл вудс». У нас проблемы. Приём.

Он перевёл тумблер в положение приёма, однако вместо ответа услышал лишь шум помех.

— Чёрт! Дерьмо! — крикнул агент. — «Парящий орёл», «Фокстрот-пять». Срочно чоппер на крышу «Сандл вудс». Приём.

И вновь из динамика донесся лишь шум.

— Похоже, ваш сержант Скотт заблокировал полицейские частоты, — агент сунул рацию в карман.

— И что нам теперь делать? — спросила Рони.

— Не знаю, чёрт побери. Не знаю. Во всяком случае, подходить к тому краю крыши, который выходит на Лексингтон- авеню, нельзя. В соседнем доме один из этих ублюдков со снайперской винтовкой. Он пристрелит вас быстрее, чем вы успеете досчитать до трёх.

Прайер принялся внимательно оглядываться. Трубы воздуховодов и вход в машинное отделение лифтов. Агент подо­шел к краю крыши и посмотрел вниз. Двадцатью восемью этажами ниже он заметил крохотные, словно коллекционные модели, очертания машин. И кое-где муравьиные пятнышки людей.

Но сейчас Ричарда интересовало не это. Он рассматривал балкон, находящийся в трёх этажах под ним. Примерно десять метров. Если бы была веревка, можно было бы спуститься туда. Но верёвки нет. Прайер прекрасно понимал: рано или поздно, вертолёты всё равно появятся здесь и снимут их. Может быть, это произойдёт через две минуты, а может, через десять. Но чопперы должны прибыть к месту бойни. Как и броневики Лос-Анджелесского Департамента Полиции.

Но как продержаться до их прибытия? У него есть пистолет, две сменных обоймы и пара десятков патронов россыпью. Но это и всё, на что можно рассчитывать. У Рони нет вообще никакого оружия. Да и вряд ли из пистолета так просто пристрелить унисола. Даже одного, не говоря уж о пятерых. И хотя парню в телекомпании Си-Эн-Эй это удалось, но подобное везение Прайер склонен был относить скорее к разряду случайностей, чем закономерностей. По крайней мере,

он не был уверен, что у него это получится так же легко. В данной ситуации спасение было бы настоящим чудом. На всякий случай Ричард взвел курок «анаконды», услышав, как повернулся с сухим щелчком барабан.

На лестнице сухо грохнула автоматная очередь. Рони вздрогнула.

— Что это?

— Это наши милые друзья, — встревоженно пояснил агент. — Как видите, они не из тех, кто легко отказывается от своих затей. Отойдите-ка вон туда, за трубу, — пятясь спиной, он тоже начал отступать за бетонный воздуховод. — Боюсь, что мы с вами в дерьме по самую макушку, — тихо пробормотал агент, и непонятно было, кому он это говорит: девушке или самому себе.

Ещё одна глухая очередь. Прайер мысленно поблагодарил людей, строивших это здание за добротные двери. В большинстве домов, в которых ему приходилось по разным причинам вышибать двери, все они открывались с одного удара. Здесь же замок выдержал уже второй град пуль.

— Ну, давайте, ребята, — прошептал Прайер. — Уж, по крайней мере, одному-то из вас я успею всадить свинцовый орешек в башку.

Внизу истошно завывали сирены, и этот пронзительный звук заглушал стук шагов. Прайер почувствовал, как его сердце зашлось в бешеном биении. Что ни говорите, а столь близкая перспектива смерти — не самое радостное событие в жизни.

В эту секунду где-то позади, за пару кварталов от «Сандл вудс», послышался стрекот винтов геликоптера. Прайер быстро оглянулся. Вертолет шел к месту боя над самыми крышами домов. Пилот, видимо, торопился вовремя подоспеть на помощь наземным силам полиции.

Агент выпрямился во весь рост и принялся махать рука­ми. Рони же продолжала скрючившись сидеть за трубой. Честно говоря, дела складывались так, что при её-то везучести особенно на удачу рассчитывать не приходилось.

—