Универсальный солдат II. «Воскресший». Книга вторая - Иван Владимирович Сербин

Оставив раненого, Боб вновь вернулся в студию, мимохо­дом удивившись тому, что потолок всё ещё держится, а камера до сих пор работает.

« Третий канал новостей, ребята, — подумал он. — Смотрите внимательно. Вы — первые зрители этой дерьмовой сенсации. Через два часа выйдут газеты, которые обсосут нас до косточек».

Он схватил бесчувственное тело Рика Милтона и тоже потащил его в коридор, продолжая бормотать на ходу:

— Боюсь, ребята, что вас двоих мне на горбу не вытянуть. Сами понимаете, годы не те.

* * *

В это время унисол, засевший в доме напротив, заполнил барабан гранатомёта и поднял стекло. Он не хотел до поры до времени обнаруживать себя.

Здание «Си-Эн-Эй» выглядело так, словно на него скинули десяток-другой авиационных бомб. Стекла вылетели практически везде от шестого этажа и выше. На пятом и четвёртом повреждения тоже конечно были, но менее значительные. По-видимому, сильнее всего взрывная волна ударила вверх.

Подняв гранатомёт к плечу, уперевшись локтями в узкий подоконник, унисол тщательно прицелился и нажал на курок. Гранаты вылетали из ствола вместе с облачками сизого, неприятно пахнущего, дыма. Звук при этом получался такой, словно открывали бутылки с шампанским. Тяжёлые, сорокамиллиметровые болванки, жужжа, словно гигантские шмели, перелетали через улицу и взрывались в окнах четвёртого и пятого этажей телекомпании.

Вот-вот должны были появиться гуки. Однако сейчас унисола это мало волновало. Он знал, что внизу есть ребята, которые займутся ви-си. Его задача заключалась в том, чтобы выкурить из здания всех до единого, а уж потом накрыть врага прямым огнём.

Этот парень никогда не участвовал в настоящих боевых действиях, если не считать пары дней охраны штаба во время войныв Персидском заливе. Да и, собственно говоря, это с трудом можно было назвать настоящей войной. Он никогда непредполагал, что ему придется заниматься поимкой шпионов, однако сержант объяснил задачу именно так.

Когда боёк щелкнул вхолостую, солдат неспешно сменил обойму. Гранаты, окольцованные стальными ободками, выглядели, как спелые плоды невероятного дерева. Унисол заполнил ими барабан и вновь поднял гранатомёт к плечу. Оставшихся двенадцати гранат хватило бы ровно на одно снаряжение. Но боеприпасы могли понадобиться позже, когда им придётся отступать, оставляя позиции.

Он задержал дыхание и мягко нажал на курок.

Клонг! Клонг! Клонг! Гранаты одна за другой вылетали из ствола и устремлялись к зданию. Взрывы грохотали беспрестанно.

Внизу, в подъезде, показались люди. Они выскакивали на тротуар, закрывая головы, стараясь уберечься от обломков бетонных стен, градом падающих вниз.

Расстреляв боезапас, унисол неторопливо перезарядил гранатомёт в последний раз и отложил его в сторону. Это пригодится потом. Пока же он поднял снайперскую винтовку и приник к телескопическому прицелу. В тонкой паутинке дальномера он чётко увидел голову одного из врагов. Усыпанный бетонной крошкой, тот с каким-то отрешенным видом стоял на тротуаре, совершенно механически отряхиваясь от пыли. Снайпер переместил прицел таким образом, чтобы перекрестье легло точно на переносицу человека, а потом нажал на курок. Парень внизу кукольно дернул руками и мягко осел на тротуар.

Послышались истошные крики, а мгновением позже внизусыто заурчали «хеклеры», свинцовым градом рассыпая пули вдоль улицы. Люди, выбегающие из подъезда небоскрёба,

попадали под шквальный огонь. Они вскрикива­ли, хватаясь за грудь, голову или живот, и падали на серый асфальт.

* * *

Боб Клайвел подхватил на руки Рика Милтона и повер­нулся к оператору.

— Сиди здесь, — сказал он. — Я скоро вернусь за тобой.

В эту секунду где-то совсем рядом, может быть через комнату или через две, грохнул взрыв. Правда, он был гораздо слабее, чем первые.

— Упс, — изумленно сказал Клайвел. — Похоже, ребята, заваруха ещё не кончилась. Ну тогда нам, тем более, нужно поторопиться, — он помчался к пожарному выходу, задыхаясь под весом бесчувственного тела. — Ты же вроде худень­кий, приятель, — едва слышно бурчал он. — Откуда же в тебе столько веса-то? Так не годится, парень. Через год ты расползёшься, перестанешь в брюки влезать.

Толкнув дверь, ведущую на пожарную лестницу, он устремился по ней вниз. Несколько раз Боб спотыкался и едва не падал. Спасало его только то, что каким-то невероятным, скорее волевым, чем физическим усилием он умудрялся устоять на ногах, зная, что падать ему нельзя. Стоит упасть, и он рискует свернуть себе шею.

— И лестницы тут узкие, мать их! — злобно орал Боб под аккомпанемент рвущихся гранат. — И ступеньки перекошенные!

С потолка сыпалась штукатурка, стены выгибались, однако Клайвел продолжал бежать. Конечно, эти ребята, архитекторы, не знали, что какому-то кретину придёт в голову палить по зданию из гранатомёта. Но, чёрт побери, можно же было учесть подобную возможность.

Бобу удалось спуститься до второго этажа. Здесь следы разрушения были не так сильны. Скорее всего, палили от четвёртого и выше. А в том, что палили, Боб не сомневался. В своё время он служил в армии и слышал разрывы гранат. Даже научился различать их по звуку. Однако то, что рвануло наверху, не было гранатой, выпущенной из гранатомёта.

«Скорее всего, взрывчатка», — подумал Клайвел, карабкаясь вверх по заваленной обломками лестнице.

Интересно, какому кретину пришло в голову подрывать телекомпанию? Только не говорите мне, что это опять ирландские или арабские террористы. Я все равно в это не поверю, — бурчал он, то и дело, спотыкаясь и удивляясь про себя, как же ему удалось спуститься по этой лестнице вниз.

Грохота взрывов слышно больше не было. Однако где-то на улице раздавались автоматные очереди и одинокие всхли­пы винтовочной пальбы. Боб еще не знал, что его коллеги сейчас валятся на тротуар, буквально изрешеченные автоматными очередями.

Вдалеке послышалось завывание пожарной сирены. А мгновением позже в неё вплелось пение полицейских громкоговорителей. Этот истошный плач раздирал барабанные перепонки.

«Хотя, пожалуй, это всё-таки лучше, чем слышать, как рвутся гранаты», — думал Клайвел, ныряя в коридор пятого этажа.

Оператор всё ещё сидел у стены, но теперь он не стонал.

«Похоже, бедняга потерял сознание», — подумал Боб.

Стараясь действовать быстро и в то же время осторожно, он поднял оператора на руки и с ужасом подумал о том, что ему предстоит ещё раз преодолеть путь с пятого по второй этаж. А потом и ниже.

— Ладно, парень, потерпи, потерпи, — хрипло выдавил он, — ты ещё счастливо отделался. Знаешь, сейчас врачи