Универсальный солдат II. Проект «Унисол». Книга первая. - Иван Владимирович Сербин

запуталось в тонких фиолетовых облаках. На тёмно-синей, покрытой мелкой рябью, глянцевой поверх­ности океана появилась алая дорожка. Голливудские холмы запылали закатным пожаром. Зелень на них при­обрела иссохший, оранжевый оттенок. Кое-где уже за­жглись фонари, и Лос-Анджелес мало-помалу начал при­обретать праздничный вид, который так любила Рони. Город из другого мира, возникший в пустыне подобно Фата-моргане[XII].

Девушка несколько секунд смотрела в бездонное чистое небо и, наконец, вздохнув, повернулась к мужу.

— Ну что, попробуем завести нашу колымагу? — спро­сила она.

Люк с сомнением взглянул на припаркованную, на специальной площадке рядом с другими такими же автомобилями машину и покачал головой.

— Мне кажется, у нас довольно приключений на сегод­ня, — спокойно возразил он. — Думаю, будет лучше, если мы возьмем такси.

Девушка согласно кивнула. Она и сама, надо признать­ся, порядком устала за этот день. Слишком много пере­живаний выпало на её долю. Слава Богу, что полиция всё-таки разобралась, по чьей вине произошла авария. Девушка мельком подумала о страховке и о новом авто­мобиле.

«Эти ребята в пикапе ещё легко отделались. Кретины, — она покачала головой. — Страшно подумать, чем могло закончиться подобное происшествие. Ей действи­тельно повезло, что её фотография в чёрной траурной рамочке не появилась в новостях компании Си-Эн-Эй. Чарльз, с унылой, вытянувшейся физиономией задушевно и нудно читающий некролог. Что может быть противнее? Особенно, если учесть, что этот некролог был бы о ней. Однако ведь ничего не случилось? — бодро оборвала она собственные размышления. — Успокойся, подруга. Всё в порядке. Ты легко отделалась. У тебя нет даже ни единой царапины. С Люком тоже, слава Богу, все в порядке. Так что поезжай домой и выспись».

Девушка повернулась к мужу:

— Может быть, ты поймаешь такси, дорогой? — Конечно.

Люк шагнул вперёд и вытянул руку. Из несущегося по Вестерн-авеню потока машин вынырнул желтый «понти­ак» с оранжевой табличкой «Свободен» на крыше и оста­новился у бровки тротуара.

Без лишних разговоров Рони забралась на переднее сиденье, Люк же устроился сзади. Он недолюбливал такси. В основном потому, что, как правило, их узнавали и начинали приставать с расспросами. А Люк не любил расспросов. Вопросы, равно как и ответы на них, лишь напоминали ему о собственном забытье, в которое в пос­леднее время он уходил всё чаще и чаще. Светлое пятно его памяти сужалось с каждым днем, оставляя за своими границами лишь бездонную, холодную темноту. Все эти дурацкие разговоры напоминали ему нечто похожее на болтовню в больнице. «Как? Ты был в коме? И что ты во время этого дела чувствовал?»

Однако, все непременно хотели узнать что-нибудь но­венькое. Никому не хватало газетных новостей. «Скажите, а правда, что этот парень был псих? И что, он действи­тельно хотел убить вас и ваших родителей? Он, правда, пёрся за вами через все Штаты?» Люк только вздыхал и отворачивался к окну. Он никак не мог привыкнуть к подобному образу жизни, хотя и несколько освоился с ним. В конце концов, вопросы преследовали его повсюду, В суде, на допросах в полиции, на встречах с репортёрами. Его пытали и мучили, вытягивали жилы. Доили, как уме­лый фермер доит коров. И при этом, как правило, жутко возмущались, если он отказывался отвечать.

— Вам куда, мисс? — таксист был разухабистым квад­ратным малым, напоминавшим своим внешним видом портового грузчика.

— На Лексингтон. К «Сандал вудс апартаментс».

— А, ну как же, знаю, — таксист кивнул.

Машина набрала скорость и влилась в поток мерцаю­щих огоньками, шуршащих шинами, ревущих моторами железных собратьев. Таксист, к немалому удивлению Люка, попался малообщительный. Он всё больше молчал и лишь в экстренных случаях разражался потоками брани, после чего тяжеловато извинялся, кивая сидящей на сосед­нем сиденье пассажирке.

Несомненно, он тоже узнал их. Люк заметил несколько быстрых взглядов, брошенных мужчиной на Рони. Тем не менее, парень молчал, и Люк был благодарен ему за это. Хотя в присутствии жены он чувствовал себя не так ско­ванно, как в одиночестве. По крайней мере, будучи репор­тером, Рони точно знала, что и когда нужно отвечать. Он в таких случаях уходил в тень, хоть и являлся основным объектом интереса всех и каждого.

Лишь высаживая их у подъезда и получая щедрые чаевые, таксист скупо и нервно улыбнулся.

— Вы отличный репортёр, миссис Робертс. Я ваш поклонник, — сообщил он. Впрочем, без излишнего подобострастия.

— Спасибо, — улыбнулась девушка в ответ. — Прият­но слышать.

— Вас, наверное, уже достали все эти кретины с фотокамерами? — таксист посмотрел через стекло на вечерний город. Выглядел он так, словно разговаривал с кем-то посторонним, находящимся вне машины.

— Не могу сказать, что вы сильно ошибаетесь, — засмеялась Рони.

— О’кей. Я просто хотел сказать вот что, — таксист кашлянул, помялся и наконец, вновь повернулся к девуш­ке. — Если вам когда-нибудь понадобится без лишней шумихи проехаться по городу, вызывайте меня. Я рабо­таю на компанию «Кэб энд Кар», машина двадцать один.

— Хорошо, — Рони кивнула. — Спасибо за предложе­ние. Хотя не думаю, что мне когда-нибудь придётся воспользоваться им.

— Ну, знаете, в жизни всякие штуки случаются, — казалось, таксист почувствовал себя легче, высказав всё это. Могучей пятернёй он взъерошил себе волосы и улыб­нулся несколько смущённо. — Запомните, «Кэб энд Кар», машина двадцать один. Я всегда к вашим услугам. Знаете, терпеть не могу репортёров.

— Я сама репортёр, — засмеялась девушка.

— Ну да. Наверное, своего брата они клюют ещё круче.

— О’кей. Ещё раз спасибо за предложение, — Рони кивнула и захлопнула дверцу.

Такси взревело мотором и, резво скатившись с подъ­ездной дорожки, нырнуло в металлическую реку. Рони несколько секунд смотрела вслед машине, а затем оберну­ласьк мужу. Люк стоял, подняв голову и глядя куда-то вверх.

— Странно, — неожиданно безжизненным тоном про­изнёс он. — Посмотри.

Рони проследила за его взглядом и неожиданно для себя увидела в окнах собственной квартиры свет. В этот момент она вновь ощутила прилив тревоги, уже посетив­ший её сегодня утром.

— Чёрт побери, я никого не жду, — растерянно произ­несла она. — Что это всё значит?

— Я думаю, нам нужно подняться, — решительно предложил Люк, — и всё выяснится само собой.

— Да, наверное, — Рони дернула плечом.

Однако, оттого что она приняла какое-то решение, ей не стало легче. Напротив, с каждой секундой дурное пред­чувствие становилось всё острее и острее. Прежде чем войти в главный холл, девушка оглянулась. На этот раз она заметила