Универсальный солдат II. «Воскресший». Книга вторая - Иван Владимирович Сербин

— «Фокстрот-пять», я — «Фокстрот-четыре». Я в двадцати метрах от дороги, объект не вижу.

Прайер встревожился.

— «Фокстрот-четыре», я — «Фокстрот-один». Он как раз должен проходить мимо вас.

Наблюдатель отключил рацию и сделал ещё шаг вперёд. Дорожка была пуста. Человек с неё исчез, словно его там и не было. Он как будто растворился в лунном свете.

Наблюдатель продолжал напряженно вглядываться в серебристо-белую прогалину. Он был уверен, что подлесок надёжно скрывает его. В какой-то момент ему показалось, что где-то совсем рядом, тихо хрустнув сломалась ветка. Агент осторожно, не делая резких движений, достал из-под пиджака пистолет и обернулся. Лес за его спиной казался абсолютно безжизненным и неподвижным. Равно как и деревья. Ни один листок не шелохнулся.

Вдруг сбоку что-то прошуршало по листьям. Агент резко повернулся, одновременно взводя курок пистолета. Но это были лишь капли дождя, сорвавшиеся с сосны и упавшие в кустарник.

— Shit, — выдохнул мужчина, вновь поворачиваясь к дорожке.

Он всматривался в темноту до тех пор, пока вдруг не почувствовал, что за его спиной кто-то стоит. Агент начал было резко поворачиваться вокруг оси, но в эту секунду две сильные руки легли на его голову. Одна — чуть ниже затылка, вторая — на подбородок. Долей мгновения позже агент почувствовал резкий рывок страшной силы. В шее его что-то лопнуло, словно взорвалась гигантская хлопушка, перед глазами завертелись золотистые искры.

Скотт отпустил безвольное тело, и оно упало на влажную хвою, устилавшую землю.

«Они всё-таки добрались сюда», — подумал сержант.

Он обыскал убитого, вытащив из специального отделения на поясном ремне две запасные обоймы. Оглядевшись, сержант поискал глазами пистолет. Тот лежал в метре от тела. Скотт поднял его и положил в карман пиджака, туда же, где лежали нанизанные на проволоку уши убитых врагов. В этот момент он пожалел только об одном: у него сейчас нет ножа, чтобы отрезать ухо у этого парня. Но это вполне можно будет сделать и позже. После того как он перебьёт их всех.

Скотт осторожно передернул затвор «пустынного орла», досылая патрон в патронник. Затем свободной рукой вытащил из кармана проволоку со страшной гирляндой и водрузил её себе на шею. Разрыв хвою он принялся набирать влажную, дурманяще пахнущую землю и размазывать её по лицу. Скотт делал это до тех пор, пока вся его кожа не стала чёрной, как у настоящего негра.

«Они всё-таки нашли мой дом. Эти ублюдки уже здесь», бормотал он про себя, пробираясь через подлесок и прячась за деревьями.

Теперь ему стало ясно, что репортёрская сука перед тем, как улетать, дала задание своим агентам, чтобы те отыскали Скотта и убили его. А после этого она спокойно сможет вернуться в Америку, чтобы продолжать начатое. Рони Робертс просчиталась. Ей-то, наверное, было невдомёк, что она не доедет даже до аэропорта. Эта сука получила то, чего заслуживала — несколько пуль в свою хорошенькую предательскую скую башку. Однако приказ уже был отдан, и вот они здесь.

Поджидают его. Враги. Ви-си. Гуки. Значит, война не закончилась три дня назад. Она закончится только сегодня.

«Интересно, сколько их там? — думал Скотт, осторожно обходя дом и вглядываясь в темные окна. — Десять человек? Пятнадцать? Двадцать?»

Он пожалел, что не взял с собой автомат. С «хеклером» сейчас было бы гораздо проще.

Прохлада ночи приятно бодрила его. Он ощущал себя сильным и ловким, достаточно сильным и ловким для того, чтобы перебить эту вьетконговскую засаду. Пусть они отправятся следом за репортёрской сукой на тот свет. Это единственное, чего они заслуживают. Смерть — вот награда для предателей.

Спрятавшись в кустах, метрах в десяти от дома, Скотт внимательно осмотрел двор. Странно, что они не выставили часовых. Или они надеялись только на этого ублюдка, который прятался в подлеске?

Скотт поднял рацию и включил её на прием.

— «Фокстрот-четыре», вы видите объект? «Фокстрот-четыре», ответьте мне. «Фокстрот-четыре», я — «Фокстрот-пять», — заверещал передатчик.

Всё ясно. Сержант выключил его и отшвырнул в сторону. Это дерьмо ему больше не понадобится. Понятно, они ждут. Чёрт, почему у него нет пары гранат? Хотя нет, гранату он не мог бы кинуть: там, в доме, наверняка находятся его родители. Эти ублюдки прикрываются ими как щитом. Надо выманить их оттуда. Как именно?

Сержант на секунду задумался. Самое лучшее сейчас — сделать вид, будто он вовсе не подозревает о присутствии посторонних. Он обошёл дом по кругу и вышел на подъездную дорожку. Пусть думают, что он не слышал их разговора и не обнаружил их пост. Однако почему же они не выставили часовых? Ну ладно, этот вопрос он задаст последнему, оставшемуся в живых. Возможно, они ждут подкрепления или ещё что-нибудь. Но сейчас Джи-Эр-13 это не волновало. Сначала нужно разделаться с теми, кто засел в доме. Убить всех.

Он поднял руку и коснулся пальцами холодных, неприятно пахнущих отрезанных ушей, болтающихся на тонкой проволоке, а затем зашагал к дому.

* * *

Отступив в тень, Прайер напряженно вглядывался в темноту за окном.

Ну, где же он? Куда он пропал? И почему не отвечает «Фокстрот четыре»? Может быть, Скотт обнаружил наблюдателя? Маловероятно.

В эту секунду рация выдохнула:

— «Фокстрот-пять», я — «Фокстрот-шесть». Объект вижу.

— «Фокстрот-семь». Объект вижу. Примерно в пятидесяти метрах от ворот.

Прайер вздохнул с облегчением. Слава Богу, Хэлуэй всё- таки здесь. И ребята держат его на мушке.

* * *

Не доходя десяти метров до дома, Скотт остановился у ворот и, опустив руки, принялся с наслаждением вдыхать воздух. Да, здесь пахло домом. Хвоей, землей, листвой, дождём. На самом деле его не очень интересовали запахи. Он оглядывался вокруг. Уж если гуки догадались выставить наблюдателя, то наверняка, на всякий случай, они должны были позаботиться о прикрытии.

Уперевшись руками в ворота, сержант осторожно посмотрел вправо и влево.

«Ну, где же вы? Где же? — повторял про себя Скотт. — Где вы?»

Он видел собственную тень. Длинная, черная, неподвижная, она протянулась до расщепленного молнией вяза, стоя­щего прямо посреди двора. Слева вроде бы все было чисто. Чуть поодаль, освещенные лупой, виднелись крыши домов Уайттейла. Справа, там, где лес сходил на нет, Скотт тоже заметил крыши. Но плюс к этому он заметил и ещё кое-что. То, что так долго искал. Блеск линз, на которые