Маньчжурский гамбит. Том 2 - Павел Барчук

— Резонно, — кивнул я, принимая отказ без малейшего возмущения. — Уважаю деловой подход. Курицу, несущую золотые яйца, под нож не пускают.

Черный Секач скрестил на широкой груди мощные руки. Тулуп подозрительно затрещал. Тимоха рядом со мной недовольно хмыкнул.

Зная вахмистра, не удивлюсь, если он сейчас гоняет в голове мысль, не померятся ли силой с китайцем. Чисто ради удовлетворения собственного эго.

— Раз оборудование не продается, коммерция окончена, — категорично произнес Ли Хай-лэ, — Но мне любопытно… Зачем русскому князю понадобилось столько меди?

Я завис на мгновение. Внутри сработал тумблер, отвечающий за инстинкт самосохранения. Мозг принялся лихорадочно просчитывать ситуацию.

По факту — мы приперлись прямо в логово к местным алкогольным монополистам. Озвучь я сейчас правду — из залетного коммерсанта мгновенно превращусь в прямого конкурента. А с конкурентами хунхузы вряд ли станут церемониться. Меня, скорее всего, просто спустят под лед Сунгари вместе с верным вахмистром и переводчиком. Заранее, на всякий случай. И срать будет Черному Секачу на те слухи, что ходят о князе Арсеньеве. Хоть китайские генералы за моей спиной, хоть японские резиденты, хоть сам черт.

Не-е-е-ет… К столкновению интересов надо подготовиться организованно. А то, что столкновение непременно будет — к бабке не ходи. Как только запущу продажу качественного алкоголя, Черный Секач попытается отрубить мне руки. Возможно даже буквально. Но я уже буду ждать этого, а потому хрен у него что получится. Но сейчас лучше совершить тактическое отступление.

— Паровые котлы, — ровным, уверенным тоном выдал я, — Восстанавливаю лесопилку. Скупаю списанные локомобили и убитые паровозы у Управления железной дороги. Для ремонта теплообменников, клапанов и паропроводов позарез требуются медные трубы. Много качественного металла.

Секач слегка прищурился, изучая меня тяжелым, оценивающим взглядом. Пауза затянулась. Я даже начал подозревать, знает ли этот крепыш умные слова типа «локомобиль», а Тимоха снова потянулся рукой под пальто.

Наконец, вожак хунхузов медленно кивнул, принимая ответ. Напряжение, висевшее в спертом воздухе варочного цеха, спало.

— Паровые машины — хорошее дело. Шумное, — хмыкнул Хай-Лэ, снова демонстрируя золотые коронки. Хвастается он ими, что ли? — Жаль, что не могу помочь тебе с медью, князь Арсеньев. Но раз уж ты проявил уважение и пришел лично… Возможно, у меня найдется для тебя другой товар. — Секач махнул рукой в сторону урчащих чанов. — Отличный ханьшин. Крепкий, как маньчжурский мороз, и дешевый. Возьми для своих рабочих. Пусть пьют за здоровье русского князя.

Михаил перевел речь Секача залпом, на одном дыхании. По-моему, грузинский князь еле сдержал смех. Слишком уж самодовольно вожак хунхузов предлагал своё пойло

— Благодарю за щедрое предложение, — я покачал головой, — Однако лесопилка и пьяный мастеровой — дурная примета. Отрежет себе руки пилой, кто тогда станет доски таскать? Оставим спиртное до праздников.

Секач понимающе усмехнулся. Мы обменялись короткими, сухими кивками. Аудиенция завершилась.

Хмурый русский детина молча проводил нашу троицу через весь двор до самых ворот. Тяжелая железная калитка с лязгом захлопнулась.

После удушающего запаха варочного цеха, «ароматы» Сянфана теперь казались мне чистейшим горным воздухом. Из-за угла тут же медленно выехала пролетка с перепуганным извозчиком. Надо же, а он оказался честным малым. Отработал свои «чаевые» добросовестно.

Тимофей выглядел раздосадованным. Но не из-за сорвавшейся покупки. Вахмистр всей душой жаждал набить морду этому местному авторитету и наглядно доказать, чья порода крепче. Манджгаладзе тоже казался удрученным.

— Пустая трата времени, — глухо вздохнул грузинский князь, — Хунхузы никогда не согласятся продать медь.

Я с удовольствием вдохнул морозный воздух, хлопнул переводчика по плечу и легко запрыгнул на сиденье пролетки.

— Да и черт с ними, — усмехнулся я, потирая замерзшие руки. — Этот китайский Конан-варвар только что оказал мне неоценимую услугу. Теперь я точно знаю, где нам взять очень много меди.

Глава 12

Утро заползло в контору серым, мутным светом, едва пробивающимся сквозь заиндевевшие стекла. Глаза открылись сами собой. Несколько секунд ушло на привычную оценку состояния организма. Рана под повязкой отозвалась лишь глухим зудом. Заживает. Это замечательно.

Я уставился в потолок, вспоминая события вчерашнего дня. Вернее, одно событие. Самое важное. То самое озарение у ворот заброшенного пивзавода, когда мы с Михаилом и Тимохой покинули базу хунхузов.

Пока Черный Секач скалил золотые коронки и строил из себя большого босса, я времени даром не терял. В моей голове сложился идеальный план.

Селиванов говорил что хитромудрые японцы пылесосят цветной металл по всему Харбину, скупают медь подчистую и свозят на свои закрытые пакгаузы. Казалось бы — хреново. Но если посмотреть на это с другой стороны, суть очень сильно меняется.

По факту мы имеем место, где лежит укомплектованная медь. Много меди. Так зачем искать крохи по помойкам и кланяться местным «браткам», когда существует готовый, заботливо собранный запас?

Выкупить металл у самураев не выйдет при всем желании. Они его тупо не продадут. А вот грамотно экспроприировать…

Например, ограбить их склад, выставив при этом крайними хунхузов. Пусть потом империалисты и Черный Секач режут друг другу глотки, выясняя отношения. Кто бы не победил в их возне, я все равно останусь в выигрыше.

Однако любой успешный «гоп-стоп» начинается с качественной разведки. Именно поэтому верный Тимофей отправился вчера не в теплую постель, а морозить нос на ночную слежку. Вахмистр получил предельно четкий приказ: залечь возле японских пакгаузов, срисовать схему постов, засечь время смены караулов и вычислить слепые зоны. Без детальной фактуры соваться на охраняемые склады — чистой воды самоубийство.

Я довольно хмыкнул себе под нос, завозился в «постели». Пора вставать. Скоро приедет Манью. Должна приехать. Тимоха отсутствует, но я перед отбоем велел Селиванову утром отправить за девушкой пролетку. Вчера внучка Шэня, кстати, так и не пришла.

Не успел сползти с топчана, как в дверь постучались.

— Войдите!

Ожидал появления Манью, если честно. Даже был уверен, что это она.

Но вошла, к моему удивлению, не эта наглая особа, а Глаша. Молодая, дородная девица — как говорят, кровь с молоком. Увидев меня без рубахи, в одних штанах, девушка ойкнула, засмущалась и поспешила отвернуться. А я, как бы, не ждал никаких Глаш. Специально оголил грудь, чтоб Манью занялась перевязкой.

— Вера Николаевна послала спросить… вам завтрак уже нести? — протараторила покрасневшая до корней волос девушка.

— Нет. Сам спущусь. Минут через пятнадцать.

— Хорошо, — пискнула Глаша и поспешила убраться прочь из комнаты.

Я перевел взгляд в угол кабинета. Там