Кровавые следы (Возрождение СС) - Юрген Поморин
Позднее Кастнеру и другим сионистским лидерам бросят упрек в том, что они вносили в список в первую очередь членов своих семей и друзей.
Бехер работает сообща с Эйхманом. Почти каждый день по приказу Эйхмана тысячи евреев запихиваются в вагоны для скота и отправляются в концлагерь. Бехер торопит Эйхмана. Чем сильнее будет страх жертв перед смертью, тем скорее возрастет их готовность платить больше. Выступая через несколько лет в суде, Эйхман расскажет о нажиме, который оказывал на него Бехер:
«Этот особоуполномоченный в последующем почти беспрестанно оказывал на меня нажим, требуя, чтобы я максимально ускорил эвакуацию и тем самым — была бы создана нервозная обстановка, поскольку, как заявил Бехер, он хочет возможно лучше и быстрее выполнить приказ рейхсфюрера…»[70]
Само собой разумеется, оберштурмбанфюрер СС Бехер утверждает, будто он абсолютно ничего не знал о массовых убийствах и отправке евреев в газовые камеры. Во всяком случае, позднее он официально заявил об этом. Когда же его «коллега» Эйхман опроверг это утверждение, Бехер, страшно запинаясь, произнес:
— …Это верх всякой лжи, с какой я когда-либо встречался. Собственно… собственно говоря, совершенно немыслимо, что этот человек был офицером СС. Я не знаю, что сказать[71].
ХОРОШАЯ ДОБЫЧА
20 июня 1944 года представители сионистских организаций, в том числе д-р Кастнер, тащат в штаб-квартиру СС в Будапеште три тяжелых чемодана. Просмотрев их содержание, Бехер остается доволен: 200 тысяч американских долларов, 100 тысяч швейцарских франков, 500 английских фунтов стерлингов, 700 египетских фунтов, 50 шведских крон, 1680 граммов золотого лома, 18 860 граммов изделий из золота, 500 золотых фунтовых монет, 755 граммов платины, золотые и платиновые часы, бриллианты, ценные бумаги и венгерские банкноты на сумму 13,5 миллиона пенгё[72].
Представители сионистских организаций и эсэсовские руководители никак не могут договориться о стоимости принесенного. Наконец составляется протокол. Эсэсовцы оценивают переданное им имущество в 3,2 миллиона, а сионисты в 7,2 миллиона швейцарских франков.
После длительных проволочек один транспорт с евреями отправляется наконец в путь: в нем 1684 человека, за каждого из них заплачено по одной тысяче долларов. Деньги Бехер забирает себе[73].
Транспорт направляется, однако, не в нейтральную Швейцарию. Через восемь дней после того, как он покинул Будапешт, он прибывает 8 июля 1944 года в концентрационный лагерь Берген-Бельзен возле Ганновера.
Лишь через некоторое время по указанию Гиммлера будапештский транспорт двумя частями продолжает путь в Швейцарию. У СС немало причин для такой задержки. Она продолжает требовать от венгерских евреев товары, продовольствие и наличные деньги, чтобы возместить «недостающие суммы».
31 августа 1944 года первый поезд с 318 евреями идет в нейтральную Швейцарию. В это же время Бехер стоит в Санкт-Маргаретене, в караульной будке, на мосту через Рейн, соединяющем Германию со Швейцарией. Он нервничает, периодически поглядывая на часы, и напряженно всматривается в то, что происходит по другую сторону моста.
Наконец он замечает, что шлагбаум поднимается, и группа хорошо одетых людей вступает на мост, а на середине они останавливаются.
Бехер разозлен тем, что представители «мирового еврейства» заставляют себя ждать. Поэтому он стоит еще полминуты, проверяет, на месте ли его галстук, и движется по мосту. Хотя он в гражданском платье, твердые, быстрые шаги выдают в нем старого офицера. Приветствие лаконичное, но вежливое.
С этой минуты представители «расы господ» и евреи становятся партнерами по переговорам. Посланцы еврейских организаций во главе с Сали Майером предлагают, чтобы в следующей встрече участвовал личный представитель президента США Рузвельта. Бехера это вполне устраивает. Даже если новая «сделка» и не состоится, знакомство с доверенным Рузвельта все равно желательно для Бехера. С этим доверенным, Росуэллом Д. Маклелланом, Бехер встретится 5 ноября 1944 года в цюрихском отеле «Савой». Мы еще увидим, как он использовал контакты с американцами.
Похоже, что Бехер и Эйхман не единожды клали себе в карман выкуп за одних и тех же евреев. Во время суда над Эйхманом в 1961 году стало известно, что проживающий в Швейцарии торговец по имени Йозеф Мандль пытался выкупить свою семью, отправленную Бехером и Эйхманом в концлагерь Освенцим. Богатые евреи в Швейцарии собрали для этого 750 тысяч швейцарских франков, в том числе 300 тысяч принадлежали самому Мандлю. Когда 1684 евреев вывезли из лагеря Берген-Бельзен, Мандль был уверен, что оговоренные условия выполнены. Он, однако, не знал еще тогда, что в Будапеште также были уплачены деньги, притом в намного большем количестве[74].
А что мог сделать «живой товар» Бехера? Газовые печи Освенцима топились ведь круглые сутки…
В период эры Эйхмана-Бехера немцы насильственно вывезли из Венгрии и уничтожили 434351 человека еврейской национальности. 1684 избежали этой участи, так как за них был уплачен «выкуп».
Позже Бехер будет выдавать себя за «друга евреев».
Гиммлер воздает должное тому, каким образом Бехер сумел шантажировать и обобрать венгерских евреев. Он назначает его начальником штаба по эвакуации Венгрии. Фашисты намереваются оставить приближающейся Красной Армии полностью опустошенную страну.
В период между 20 октября 1944 года и 4 мая 1945 года возглавляемый Бехером штаб по эвакуации вывозит из этой страны 1167 железнодорожных составов с приблизительно 55 тысячами заполненных грузовых вагонов. На баржах по Дунаю транспортируются машины, сырье, полуфабрикаты и готовая продукция из 514 предприятий. Фашисты забирают 605 тысяч голов крупного рогатого скота. К концу войны Венгрия была дочиста ограблена, экономически разорена.
Стоимость имущества, украденного Бехером и его штабом, оценили позднее приблизительно в 13 миллиардов швейцарских франков[75].
А куда девались оборудование и ценности, насильственно изъятые у Венгрии? Их доставили в Австрию и тогдашнюю Германию и отдали в распоряжение германских фирм. Авиационное производство, например, на предприятиях Мессершмитта процветало с помощью венгерских машин и другого оборудования.
После войны было установлено, что Венгрия ограблена настолько, что для возобновления производства у нее имеется всего 10 процентов довоенного количества мощностей. Вместе с тем украденные у Венгрии и невозвращенные промышленное оборудование и материалы способствовали быстрому экономическому
