Принцесса, подонки и город тысячи ветров - Анна Ледова

— Оно у тебя есть, — прошептал он. — Сколько угодно. Я уже говорил: ты можешь мне доверять. Я не собираюсь тебя принуждать. Просто знай — я всегда на твоей стороне. Поддержу. Научу. А со временем ты сама поймёшь, где твоё место. И с кем.

Ласковый шёпот меня успокоил. Это была неподдельная забота и желание защитить. Имени Кристара не прозвучало, но то, что Коста понимает мои метания, было очевидно. Не нужно было слов.

— Не хочешь пообедать? Кажется, тебе не помешает травяной чай и пирог с сыром. Что скажешь?

— Идёт, — натужно улыбнулась я. — И знаешь… Может, мы смогли бы позаниматься сегодня магией? Мне сейчас катастрофически не достаёт знаний.

— Чему хочешь научиться?

— Атаковать. И как с помощью воздуха отгородить не только себя, а определённое пространство. Довольно большое. И хочу понять возможности некоторых других стихий. И можно ли спрятать магию даже от Смотрящего. И что такое аура и как…

— Ого! — засмеялся Коста. — Да тут учёбы не на один день. Обязательно всё расскажу. Подождёшь в моём кабинете? Я закончу дела в следственном и скоро вернусь. Кстати, что ты изучаешь?

— Да так, всякую дребедень, — решительно закинула я мешки с уликами в общую кучу на столе, которую потом разложит по нужным местам смотритель. — Ничего интересного.

К этим делам я ещё вернусь. Сейчас было важнее наладить отношения с Костой. Его кабинет был мне уже знаком, и я, погружённая в собственные мысли, устроилась в удобном кожаном кресле. Не в том, на котором извивалась, пока Эрланн ставил мне метку мага. Когда секретарша по моей просьбе принесла кофе, я попросила её выставить то кресло в коридор.

Я старалась ни о чём не думать. Чрезмерная информация чревата скоропалительными выводами, а ошибиться в рассуждениях я не хотела. Пусть уляжется, а я пока выпью кофе. Дрошка у нас был тот ещё философ: это он научил, что любую мысль надо переспать, а обдумать уже на свежую голову. Под основной думалкой, говорил он, есть ещё одна — та, что поглубже зарыта. Вот та спешки не любит. Зато и выводы верные делает — в отличие от той, что эмоциями забита.

Допив кофе, прошлась по кабинету, перебирая безделушки на полках. Что, интересно, значит для Косты эта картина с морским чудищем, топящим корабль? Кто подарил? Или вот эта мраморная статуэтка женщины с искусно вырезанным лицом — сам принес или она всегда тут стояла?

На полках, помимо пухлых рабочих папок, были книги. В основном узкоспециальные, касавшиеся магии и законов, связанных с ней. Но обнаружилась и пара исторических романов, и даже поэзия…

А это что? Да ладно!.. «Песнь ветра»? Неужели Коста тоже её читал? Сборник детских сказок, что мне читала мама на ночь. И точно такое же издание, что было у нас! Я, замерев от восторга, осторожно вытащила толстый фолиант, обрадовавшись ему, как старому знакомому. Раскрыла наугад, как делала всегда перед тем, как заснуть под новую увлекательную историю… Но у «Песни ветра» не оказалось страниц.

Все они были аккуратно срезаны у корешка, а внутри находились совсем другие бумаги.

Вырезки из газет. Пожелтевшие от времени документы. Приказы, отчёты Красной Стражи, чьи-то переписки, заключения прозектора… Объединённые одной общей темой.

Это было подробнейшее досье на целую семью магов-воздушников.

Изменников по фамилии Оркан.

Глава 20

Даже на мой дилетантский взгляд дело Орканов было шито белыми нитками. Голословные обвинения, притянутые за уши факты, отсутствие убедительных улик. Стремительное — всего два дня! — следствие. Не было протоколов допроса свидетелей, ни даже самих обвиняемых. Да просто не было суда! Только наспех состряпанный приговор и незамедлительная расправа. В заключении прозектора о причине смерти супругов Оркан стояло осторожное: несовместимое с жизнью магическое воздействие первого уровня. Слово «казнь» использовать побоялись.

Вот и свидетельство о смерти Фьельбрис Оркан: причина — утопление. На опознании присутствовали Абертина Перрес и… Алоиза Арвен⁈ К свидетельству была пришпилена вырезка из газеты. «Разыскиваются: Алиська Торпен, тринадцати лет, дочь трактирщицы».

Имущественные бумаги, выписки с банковских счетов Орканов. Заметки из газет и журналов, где хоть раз упоминалось их имя. Свидетельство о членстве в ратгаузе мона Николаса Оркан. Я не знала, что отец в том числе заседал в высшем совещательном органе Дансвика.

Вырванная страница из подарочного издания «Благороднейших семей Дансвика». Пожелтевшая заметка о помолвке Николаса Оркан с Ивелин Ноттирес…

Слишком много всего.

То, с какой тщательностью были подобраны бумаги, пугало. Тот, кто собрал это досье, не поленился вычистить архив Ордененбешиттельс, да и архивы других городских учреждений.

Да так, что ни я, ни мон Эрланн до меня не смогли ничего отыскать о незаконной воздушнице двадцати лет от роду. Тот, кто видит больше, чем другие. И умеет работать с архивами. Смотрящий.

— Ветерок, я закончил. Перекусим? Тут недалеко есть отличный ресторан…

Коста осёкся, с порога напоровшись на мой взгляд. Скользнул глазами по разбросанным документам на столе. Понял.

— Ветерок…

— Почему это хранится у тебя, Коста? — бесцветным голосом спросила я. — Твоя же работа, не отрицай.

— Ветерок, послушай… — Коста изменился в лице, сделал шаг вперёд, но я моментально выставила щит, и мужчина наткнулся на невидимую стену.

— Ты обманывал меня. Знал, кто я.

— Знал, — подтвердил Коста. — Только не обманывал, а защищал тебя. Я обещал не расспрашивать и не лезть в твои тайны, пока ты сама не решишь их раскрыть. Наоборот, оберегал их. От других.

— Давно знаешь? — сухо спросила я.

— Понял после инцидента с той гувернанткой на приёме. Кьеделиг, кажется…

— Ложь, — скривилась я.

Будто ржавым зазубренным лезвием провели по стеклу — именно так прозвучали его слова. Так вот как это работает.

Коста тяжело вздохнул и ответил правду:

— Выяснил сразу, как впервые увидел тебя. Не хотел, чтобы ты думала, будто я с первой встречи тебя преследую. Помнишь тот день, когда Крис нанял тебя следить за мной? Ему нужно было подтверждение, что ты действительно маг-воздушник. Той же ночью я отправился в архив департамента и провёл там несколько часов, пока не понял, кто ты. Здесь есть портрет Ивелин Оркан. Ты очень похожа на мать, Фьельбрис.

— Замолчи, Коста! Меня не так зовут! — на столе взвился небольшой вихрь, разбросав бумаги. — Я — Ветерок!

— Нет, я закончу, — резко