Тайна мистера Сильвестра - Анна Кэтрин Грин
Когда ушел последний, Грайс выглянул из-за ширмы.
— На вид все честнейшие и порядочнейшие люди, — произнес он. — А где же швейцар Гопгуд?
— Его сейчас пригласят, если это необходимо, — сказал Сильвестер.
— Да, я очень хотел бы услышать, что скажет Гопгуд, — ответил сыщик и снова спрятался за ширмой.
Но только Сильвестер протянул руку, чтобы вызвать швейцара, как вошел агент Гикса, Зальцера и К. Поклонившись ему со своей обычной сдержанностью, Сильвестер обратил его внимание на сейф, стоявший на столе.
— Это же ваш сейф, сэр, — сказал он, — сегодня он был найден в нашем хранилище вскрытым неизвестным преступником. Мы хотели бы узнать, пропало ли что-нибудь из него.
— Все перерыто, — ответил агент, внимательно осмотрев бумаги, заполнявшие сундук, — но ничего, кажется, не пропало.
Три человека в комнате вздохнули свободнее.
— Дело в том, — продолжал агент, с улыбкой обращаясь к президенту банка, — что в этом сейфе не было ничего такого, что могло быть важно другим, кроме нас. Будь тут денежные бумаги, я сомневаюсь, отделались ли бы мы так счастливо?
— Чья это вина, мы пока еще не знаем, — сурово заметил Сильвестер.
Потом, выразив свое удовлетворение, что ничего не пропало, он отпустил агента. Как только он ушел, Стьюйвесант встал.
— Вы сейчас планируете переговорить с Гопгудом? — спросил он, убирая в карман свою записную книжку.
— Да, сэр, если вы ничего не имеете против этого.
Директор подошел к двери.
— Мне кажется, вам лучше побеседовать с ним наедине, он человек робкий и как будто боится меня. Я выйду, пока вы будете с ним разговаривать.
Но Сильвестер с густым румянцем на лице торопливо остановил его.
— Я прошу вас остаться, — сказал он, быстро сообразив, что Гопгуд может наговорить лишнего, если его не удержит присутствие директора. — Гопгуд не до такой степени вас боится, чтобы не ответить на каждый вопрос прямо и чистосердечно.
И он с улыбкой придвинул Стьюйвесанту стул так, что тот счел неудобным не согласиться. Ширма слегка зашевелилась, но никто не обратил на это внимания; Сильвестер попросил пригласить Гопгуда. Он пришел запыхавшись.
— «Он нам не поможет», — подумал Бёртрем, взглянув сначала на швейцара, потом на дядю, а потом опустив глаза на стол.
— Гопгуд, я должен задать вам несколько вопросов, — сказал Сильвестер сдержанным, но довольно ласковым тоном.
Швейцар поклонился, вытаращил глаза на Стьюйвесанта и почтительно ждал.
— «Нет, он не может нам помочь», — опять подумал Бёртрем, и опять глаза его поднялись на лицо дяди и потом тревожно опустились.
— Я не хотел приставать к вам с расспросами, — продолжал Сильвестер. — Вы всегда выполняли свою работу безукоризненно, но сегодня мне хотелось бы вас спросить, не заметили ли вы что-нибудь странное в хранилище? Может быть что-то было не так с сейфами, стоявшими там? Или что-то еще, что могло возбудить ваше подозрение? Румяное лицо швейцара побледнело, а глаза его с испугом устремились на сейф Геррингтона, все еще стоявший на столе.
— Нет, сэр, — ответил он, — разве…
Но Сильвестер не дал ему договорить.
— Вы как и раньше добросовестно выполняли свои обязанности? Не позволяли никому входить в хранилище ни днем ни ночью? Вы не ослабили вашей обычной бдительности и не оставляли банк в те часы, когда он оставался только под вашим надзором?
— Ни на одну минуту, сэр, то есть…
Он замолчал, и глаза его обратились на Стьюйвесанта.
— Ни на одну минуту, сэр, — продолжал он, — если только в банке не оставался кто-нибудь еще.
— А охранник приходил на работу каждую ночь в обычное время?
— Да, сэр.
— Вы не забывали запирать хранилище после ухода клерков?
— Нет, сэр.
— И открывали в обычное время каждое утро?
— Да, сэр.
Еще один вопрос…
— Вы человек надежный, — продолжал президент, — но даже самые добросовестные люди иногда совершают ошибки. Не открыли ли вы кому-нибудь ту комбинацию, по которой открывается дверь хранилища?
— Нет, сэр; я слишком хорошо понимаю мою ответственность.
— Очень хорошо, — сказал он, хотя голос его, звучал разочарованно.
В этот момент дверь отворилась.
— Один господин желает видеть мистера Стьюйвесанта, — сказал чей-то голос.
С видом облегчения директор поспешно встал, вышел из комнаты и затворил за собой дверь.
Швейцар поспешно сделал шаг вперед и вскричал:
— Этот сейф нашли открытым? Кто-то заходил в хранилище, а я… Ах! Сэр, — торопливо воскликнул он, в своем волнении не обращая внимания на суровый взгляд Сильвестера. — Вы просили, чтобы я никому не рассказывал о том, как вы рано утром приходили в банк, а я ушел и оставил вас одного. А вы спустились в хранилище и по ошибке открыли сейф мистера Стьюйвесанта, помните зубочистку?
В зеркале отразилось в эту минуту очень бледное лицо, но ширма, зашевелившаяся минуту тому назад, теперь была неподвижна.
— Нет, — наконец сказал Сильвестер со спокойствием, удивившим его самого. — Я спрашиваю вас не о том, что было год тому назад. Но вы можете рассказать об этом, если хотите, это все легко объяснимо.
— Да, сэр, я знаю и прошу извинения, что я об этом упомянул, но я так оторопел от ваших вопросов, я хотел сказать правду, и вместе с тем мне не хотелось бы сказать при мистере Стьюйвесанте то, что было бы неприятно вам. Надеюсь, что я поступил как следует, — пролепетал он, сознавая, что лучше было не произносить этих слов, но не зная как выпутаться из затруднительного положения, в которое он попал из-за своего чрезмерного усердия.
— Я никогда не умел отвечать на вопросы, а если действительно случилось что-нибудь серьезное, я жалею, что вы тогда отпустили меня. Констанции Марии, может быть, стало бы хуже, но мне не пришлось бы отвечать на вопросы и…
— Гопгуд!
Он вздрогнул, взглянул на бледного Сильвестера и замолчал.
— Вы придаете слишком большое значение делу, происшедшему по ошибке и которое, как я сказал, легко объяснить. Дело, случившееся теперь, не так ясно. Три сейфа были вскрыты и из одного похищены денежные бумаги. Не можете ли вы помочь нам в поисках виновных?
— Нет, сэр.
Гопгуд сказал это смиренным тоном и отступил к двери.
— Что же касается ошибки, случившейся год тому назад, я сам скажу мистеру Стьюйвесанту, раз вы до сих пор так беспокоитесь об этой незначительной оплошности. Гопгуд еще раз бросил взволнованный взгляд на сейф, стоявший
