Сестра молчания - Мария Владимировна Воронова

Почему первой арестовали именно ее – непостижимая загадка.

По логике вещей начать должны были с самой Муры, у нее более подходящая биография для террористки, все же и военный опыт имеется, и дореволюционный партстаж, то есть в теории она могла примкнуть к какому-нибудь вредному ядру, а навыки бойца помогли бы осуществить диверсию. Не идеологическую, такую как игнорирование хулы на Кирова, а самую настоящую. Завод какой-нибудь взорвать или поезд пустить под откос. В крайнем случае отравить больничную еду. Скромненько, конечно, зато эффективно и не покидая рабочего места. Хотя в последнее время больничные повара с этим сами прекрасно справляются, без помощи террористов.

Короче, немножко фантазии, и из секретаря парторганизации Марии Степановны Павловой можно вылепить настоящее чудовище. А Елена Егоровна что? С какой стороны ни возьми, мелкая правоверная рыбешка, разве что чуть пронырливее других.

Неужели поводом для ареста послужили слова Муры на бюро? Черт, как не хочется признавать, но, похоже, так и есть. Или это не она говорила, а Розалия Станиславовна? Мура нахмурилась, припоминая. Кажется, она просто сказала, что диверсия – это лишать город прекрасных врачей из-за напраслины вздорной бабы, а Розалия развила тему, мол, а вдруг эта баба не вздорная, а совсем наоборот? Вдруг это не злопыхательство, а продуманный план по срыву медицинской помощи населению? Получается, Мура увернулась от удара, и он пришелся по Антиповой. Прилетел бумеранг, сказала бы она, если бы поддалась злорадству.

Наверное, получив стенограмму заседания бюро, органы там у себя в Большом доме растерялись. Как это, люди обсуждали смерть Кирова и никого за это не наказали? Непорядок, не должно так быть. Мура вроде бы оправдалась, не подкопаешься, да и старая большевичка Карпова заступилась за нее, а она авторитет. Пока еще священная корова революции, надо ее беречь, после чисток не так уж много их осталось.

Врачи вроде бы действительно хорошие, нужные, и на бюро ясно сказали, что их арест – диверсия против трудового народа. Мало ли что, конечно, говорят, но кто знает, как все повернется, вдруг и правда арестуем докторов, и сами окажемся диверсантами. Слово-то сказано! Большой, конечно, соблазн отпустить всех с миром да забыть эту глупость, но сигнал есть, а мы не отреагировали. Что начальство скажет по этому поводу? Не хочется даже думать. Поэтому разоблачим-ка мы террористку Антипову, которая ложным доносом хотела дезорганизовать лечебную работу в академии. Раз она доносчица, так быстро нам всю свою сеть сдаст, и заступаться за нее никто не станет.

Впрочем, сейчас следовало не размышлять над чекистской логикой, а думать, что делать дальше. Как должна реагировать партийная организация на арест своего члена? Самое простое – ничего не знать. Официально никакого извещения об аресте не поступало, а секретарь парторганизации не ясновидящая. Мало ли куда человек исчез? Через несколько дней ее уволят за прогулы, Мура проведет заседание ячейки, выберут нового парторга, и все. И будто никогда Антиповой и не было на свете. Если вдруг Елену Егоровну отпустят, то она принесет справку, что сидела в тюрьме, значит, отсутствовала по уважительной причине, и ее восстановят на работе. А у Муры заболит голова о том, нужно ли восстанавливать в должности парторга человека, на которого упала тень подозрения. В чем? Да какая разница в чем, упала, и все.

Или сейчас нужно забежать впереди паровоза? Созвать собрание, раструбить на весь свет, как доблестные чекисты выявили хитро замаскированного врага, возблагодарить их за спасение от страшных диверсий, призвать утроить классовое чутье и удесятерить бдительность, а напоследок восславить товарища Сталина?

А потом выяснится, что Антипова вообще не арестована, а, например, умерла. Ведь подслеповатого молодого человека можно было в принципе понять как угодно.

Мура вздохнула. Насколько же легче был порядок, когда паршивую овцу сначала исключали из партии и только потом арестовывали. Тогда все понимали, что партия действительно состоит из лучших людей и борется за чистоту своих рядов, а теперь что ж? Не грозная сила, а какая-то слабоумная старуха, не видит врага у себя под носом.

Или вообще ни о чем не думать, а спихнуть ответственность на партячейку? Пусть сами выясняют, что случилось с их вожаком, сами созывают собрание, сами составляют резолюцию, а Мура только подпишет. Ведь нельзя зажимать инициативу с мест, дорогие товарищи! Ну да, когда надо исполнить очередное идиотское указание сверху, тут про инициативу с мест мы даже не вспоминаем, а как принять самостоятельное решение, так вот она, тут как тут.

Нет, если она хочет сохранить остатки самоуважения, придется решать самой. Посоветоваться с вышестоящими товарищами, с той же Розалией Станиславовной, но решение принять лично.

Только вот какое? Мура прикидывала то так, то эдак и гнала от себя простое и страшное понимание, в котором арест Антиповой исключал все сомнения.

До сегодняшнего дня можно было еще убеждать себя, что все не напрасно. Троцкисты и прочие оппозиционеры мечтают захватить обратно утраченную власть и ради этого готовы на все, в том числе на сотрудничество с иностранной разведкой, на диверсии, на террористические акты. Можно было поверить, что враги и шпионы проникли в самое сердце нашей родины, в Кремль, и устроили там заговор, чтобы убить самого товарища Сталина.

В это было проще поверить, чем в то, что людей хватают просто так, ни за что ни про что, и уже в тюрьме фабрикуют им нелепые обвинения, и делают это не какие-то белогвардейские оккупанты, не бандиты, а родной НКВД, тот самый орган государственной власти, который обязан обеспечить безопасность советских граждан.

До сегодняшнего дня можно было спрятаться, как улитка в раковине, за формулой: «У нас зря не сажают! Раз взяли, значит, было за что!» Но Антипову посадили именно зря, и Мура точно знала, что брать ее было не за что. Елена Егоровна недалекая интриганка и склочная баба, но в тюрьме она сидит совершенно напрасно.

Теперь чекисты начнут «разматывать клубок». В какую сторону он покатится?

От этой мысли Мура зачем-то рассмеялась. На первый взгляд кажется, что если Антипова враг, то Мура и Гуревич с Воиновым честные граждане, но это только на первый. Как-нибудь увяжут чекистские следователи этот антагонизм. В нынешнее время, когда хочется служебного роста, раскрыть разветвленную шпионскую сеть – пара пустяков. Раз стоят их имена в одном ряду, то и сидеть им в одной тюрьме. Очень логично.

За такими горькими размышлениями Мура