Брошенцы - Аояма Нанаэ

Я сама не заметила, как Юдза оказался прямо передо мной. Вероятно, он в какой-то момент обернулся и, не увидев меня сзади, специально пошел обратно.

— Если так останавливаться и зависать в телефоне, можно потеряться.

— Да, я понимаю… Просто мне сообщение пришло, от коллеги…

— Это про работу?

— Нет, не совсем…

— Когда на улице не смотришь по сторонам, а стоишь, уставившись в землю, то совсем не замечаешь, что происходит вокруг, — это опасно. Если нужно написать ответ, лучше зайти куда-нибудь. А может быть, просто надо поесть?

Стоило ему задать этот вопрос, и в тот же миг я ощутила голод. Из-за всех этих неожиданных событий я совсем забыла про еду, но ведь до встречи с Юдзой у огорода я как раз собиралась вернуться домой и приготовить омлет с крабовыми палочками.

— Пообедаем? — Сказав это, Юдза снова быстро зашагал вперед.

В самом деле, может быть, именно из-за голода я сдулась уже в самом начале пути. Сосредоточившись на своем пустом желудке, я поспешила за Юдзой. Расстояние между нами сократилось настолько, что я шла, едва не наступая ему на пятки.

Наконец мы зашли… опять в комбини.

Юдза предложил мне выбрать готовый ланчбокс, и я взяла себе «трехцветное бэнто» — рис с топингами из яйца, фарша и шпината. Юдза выбрал невысокий, но широкий ланчбокс с тонкацу. У кассы я спохватилась, что забыла взять чай, и уже собиралась вернуться к холодильнику, но Юдза, который как раз успел расплатиться, протянул мне бутылку:

— Вот, уже купил.

В этом комбини не было зоны для питания, поэтому мы прошли еще чуть-чуть вдоль дороги и сели перекусить на скамейке у автошколы. С нашей скамейки было видно, как за оградой учебные автомобили медленно двигаются по извилистым трассам, минуя узкие места, подъемы и спуски.

— Вы устали?

— Ну… немножко да…

— До заката мы с вами будем идти так, как идем сейчас. Каждые сорок пять минут я планирую делать пятнадцатиминутный перерыв. Похоже на расписание уроков в начальной школе. Вам такой план подходит?

— Э-э… А где находится склад?

— Не знаю. В главном офисе не говорят. Но направление верное. Вот, посмотрите. — Юдза развернулся и указал на двухполосную дорогу, вдоль которой мы уже некоторое время шли.

Я увидела среди машин знакомый белый фургон, который двигался в том же направлении, что и мы. Это был один из тех фургонов, что ежедневно привозили чистые вещи с фабрики и увозили грязные на фабрику. Эти же фургоны доставляли в пункты приема и выдачи картонные коробки, отправленные обратно со склада.

— Нужно просто идти в ту сторону, куда направляется этот фургон. Вы не видели? Чуть раньше точно такой же проехал прямо рядом с нами.

— Правда? Я не обратила внимания.

— Раз туда можно доехать на машине, значит, это не так уж далеко, вряд ли понадобится идти несколько лет. Думаю, рано или поздно мы там окажемся.

Я была такая голодная, что съела ланч даже раньше, чем Юдза успел съесть половину своего. Честно говоря, я не наелась. От нечего делать начала считать катающиеся по территории школы учебные автомобили. И тут услышала:

— Может быть, вы хотите на машине поехать?

— На машине?

— Ну да. Разве вы не думаете, что лучше ехать на машине или на электричке, вместо того чтобы идти пешком?

— Ну… Может, такая мысль и была, но я ведь не умею водить…

— И я не умею. У меня нет водительских прав. Когда я был ребенком, мою кошку сбила машина. И с тех пор меня стало очень укачивать в машине. Я даже не мог ездить на школьные экскурсии в автобусе. И такси тоже не переношу.

— Значит, вы специально идете по той стороне дороги, где нет ограждения и пешеходной зоны, чтобы восстановить доверие к машинам?

— Да. Но даже если меня самого и не собьют, все равно прямо сейчас, в эту минуту, где-нибудь в мире происходит авария. В Японии в сельской местности сбивают оленей и кабанов. В Австралии, говорят, часто сбивают кенгуру. Я бы хотел по возможности не быть причастным к убийствам. Поэтому, когда до места назначения можно дойти пешком, я иду пешком.

— А на работу тоже пешком ходите?

— Да. Я живу в четырнадцати минутах ходьбы от химчистки. По крайней мере, в том темпе, в котором мы до этого с вами шли, получается ровно четырнадцать минут.

— А я езжу на работу на велосипеде. Примерно пять минут занимает. Пешком — ну, где-то минут пятнадцать. Если быстро идти, можно и за двенадцать, думаю.

— Когда идешь пешком, многое можно увидеть. — С этими словами Юдза отложил палочки. Обед был закончен.

Мы собрали пустые коробочки из-под ланча, вернулись в круглосуточный магазин и выбросили их в мусорный бак, затем снова пошли друг за другом вдоль все той же двухполосной дороги.

Если внимательно наблюдать за дорогой, раз в сорок пять минут обязательно можно было увидеть какой-нибудь из белых фургонов. Некоторые обгоняли нас и вскоре исчезали далеко впереди, другие двигались нам навстречу. Возможно, фабрика и правда стоит где-то на этой дороге, но что, если мы идем в обратном направлении? Меня снова начала обуревать тревога, но Юдза, похоже, был абсолютно уверен, что мы на верном пути. За исключением пятнадцатиминутных привалов каждые сорок пять минут, он за все время не только ни разу не остановился, но даже и не обернулся в мою сторону. Во время остановки мы просто присаживались куда-нибудь: на оградку цветника, разбитого перед частным домом, на ограничитель парковки, просто на бордюр. Мы молча разминали ступни и потягивались, сцепив руки за спиной. Только один раз, на развилке, мы свернули влево, но в целом, по моим ощущениям, мы неуклонно двигались на юг.

В какой-то момент Юдза снял тренч и зажал его под мышкой. Его бедра, обтянутые узкой юбкой, ритмично двигались из стороны в сторону. От ходьбы я тоже начала потеть и убрала пиджак в экосумку.

Когда завершился пятый цикл по системе переход — привал, начало стремительно темнеть. Юдза присел на бетонный блок на парковке сельскохозяйственного кооператива и объявил:

— На сегодня хватит.

— Я устала, — честно призналась я.

Я довольно часто хожу пешком, но не могла припомнить, когда в последний раз так долго шла почти без остановки. Ноги гудели от боли и тяжести. Было такое чувство, что икры разбухли, как японские барабаны вадайко, и что, если проколоть их иглой, оттуда фонтаном брызнет горькая жидкость.

— Охотно верю. Тогда давайте поужинаем где-нибудь неподалеку.

Ужинали мы в очередном